Мой ангел

Серый рассвет лениво вползал в окно съёмной квартиры, высвечивая пылинки, танцующие в воздухе. Ирина Крылова сидела на подоконнике, подтянув одну ногу к груди. Короткие светлые волосы были взъерошены после беспокойного сна, а в пальцах медленно тлела сигарета. Она не любила утро. Утро всегда приносило трезвость и навязчивые мысли, которые хотелось заглушить либо хорошей дракой, либо парой стопок чего-нибудь покрепче.

В коридоре послышался приглушённый шорох. Вика Николаева, как обычно, проснулась ни свет ни заря. Она вошла в кухню, поправляя козырёк своей неизменной чёрной кепки. Тёмные волнистые волосы были стянуты в тугой хвост, а на шее виднелся край татуировки.

– Опять не спишь, Ир? – тихо спросила Вика, подходя к чайнику.

– Да как тут уснёшь, – Ирина выпустила струю дыма в форточку. – В голове какой-то гул. Слушай, Вик, может, вечером в «Омут» заскочим? Говорят, там сегодня смена классная, и народу будет немного.

Вика пожала плечами. Она была воплощением спокойствия в их дуэте. Если Ира была пороховой бочкой, готовой вспыхнуть от косого взгляда, то Вика — тихой гаванью, способной усмирить любой шторм.

– Можно. Только без мордобоя сегодня, ладно? Я обещала Пики, что вернусь домой вовремя и с целыми кулаками. Она вчера опять на меня обиделась, когда я задержалась.

– Твоя кошка — самый строгий надзиратель, которого я знаю, – усмехнулась Ирина, спрыгивая с подоконника. – Ладно, я на тренировку. Надо грушу побить, а то руки чешутся.

Дни в их промышленном городке тянулись однообразно, словно заезженная пластинка. Борьба, мотоциклы, редкие подработки и вечера, залитые дешёвым алкоголем, чтобы хоть как-то раскрасить серую реальность. Но этот вечер обещал быть иным.

---

Бар «Омут» встретил их приглушённым светом и запахом хмеля. За стойкой работала невысокая девушка с очень короткими чёрными волосами. Над её левой бровью виднелась небольшая татуировка, а взгляд казался непривычно печальным для бармена. Это была Катя. Она двигалась плавно, почти бесшумно, словно боялась привлечь к себе лишнее внимание.

Рядом с ней, у края стойки, сидела Адель. Она выглядела ярко: короткие кудрявые волосы, пирсинг в губе и брови, на ней была объёмная кофта собственного дизайна. Адель что-то увлечённо рассказывала Кате, активно жестикулируя, но в её глазах, если присмотреться, пряталась та же тень, что и у подруги.

– Две текилы и пиво, – бросила Ирина, облокачиваясь на стойку и бесцеремонно разглядывая Катю.

Катя вздрогнула от резкого голоса и быстро кивнула, принимаясь за заказ. Её руки слегка подрагивали, когда она расставляла шоты.

– Эй, полегче, – Адель прищурилась, глядя на Ирину. – Она тебя не кусала, чего так официально?

Ирина усмехнулась, оценив дерзость незнакомки.

– А я и не нападаю. Просто пить хочется. Я Ирина, а это Вика. Мы тут часто бываем, но вас раньше не видела.

– Я Адель, – девушка чуть расслабилась, заметив, что Вика, стоящая рядом, миролюбиво улыбается. – А это Катя. Она здесь недавно.

Вика сняла кепку, положив её на стойку, и внимательно посмотрела на Адель.

– Красивые тату, – заметила она, кивнув на руки девушки. – Давно занимаешься танцами? У тебя осанка специфическая.

Адель удивлённо приподняла бровь.

– Ого, глаз-алмаз. С восьми лет. Дансхолл — моя жизнь. А ты как поняла?

– У меня тоже глаз намётан на людей, которые вкладывают душу в то, что делают, – спокойно ответила Вика. – Я на байке езжу, там тоже важен баланс.

Пока Вика и Адель зацепились языками, Ирина продолжала наблюдать за Катей. Та старалась не поднимать глаз, протирая и без того чистый стакан. В какой-то момент Катя случайно задела локтем пустую бутылку, и та с грохотом покатилась по полу. Девушка резко сжалась, плечи поползли к ушам, а в глазах на секунду мелькнул настоящий, животный страх.

Ирина, привыкшая к дракам и агрессии, вдруг почувствовала странный укол в груди. Она видела этот страх раньше. Это был страх человека, которого долго и систематически ломали.

– Эй, Котёнок, – тихо позвала Ирина, протягивая руку и накрывая ладонь Кати своей. – Всё нормально. Это просто стекло. Никто не злится.

Катя подняла на неё огромные, полные растерянности глаза.

– Извини... я просто... задумалась, – прошептала она.

– Не извиняйся, – Ирина сжала её пальцы, чувствуя, какая Катя хрупкая. – Давай, налей мне ещё одну, и забудь. Ты здесь в безопасности.

В этот момент к стойке подошёл какой-то подвыпивший парень и, грубо отодвинув Адель, потребовал водки.

– Слышь, малявка, пошевеливайся, – буркнул он Кате. – Чё застыла, как вкопанная?

Катя побледнела, её пальцы судорожно вцепились в край стойки. Адель уже открыла рот, чтобы ответить, но Ирина оказалась быстрее. Она плавно переместилась, перекрывая парню доступ к Кате.

– Друг, у тебя проблемы со слухом или с воспитанием? – голос Ирины стал холодным, как лед. – Девушка работает. А ты подождёшь. Или выйдешь проветриться.

Парень окинул взглядом коротко стриженную Ирину и её мощные плечи.

– Ты чё, защитница нашлась? – он попытался толкнуть её в плечо.

Вика, до этого мирно беседовавшая с Адель, мгновенно оказалась рядом. Она не двигалась угрожающе, но в её позе было столько скрытой силы, что парень замялся.

– Уходи, – коротко бросила Вика. – Пока мы добрые.

Когда незваный гость скрылся за дверью, в баре воцарилась тишина. Катя смотрела на Ирину так, словно та только что спасла ей жизнь.

– Спасибо, – едва слышно произнесла она.

– Пустяки, – Ирина подмигнула ей. – Не терплю, когда нападают на тех, кто не хочет драться.

Вечер потёк в другом русле. Они вчетвером переместились в дальний угол бара, где было тише. Адель рассказывала о своих эскизах одежды, о том, как дедушка поддерживал её, когда весь мир, включая собственных родителей, отвернулся.

– Он единственный, кто верил, что я чего-то стою, – Адель крутила в руках зажигалку. – Отец думал, что бокс — это способ стать сильнее, чтобы дать сдачи, но на самом деле я просто хотела, чтобы меня перестали трогать.

Вика слушала её, не перебивая. Она чувствовала боль этой девушки, скрытую за ярким имиджем и пирсингом.

– Ты уже доказала, что достойна всего самого лучшего, – мягко сказала Вика. – Просто потому, что ты выстояла. Не каждый сможет пройти через такое и остаться человеком.

Адель посмотрела на неё, и в этом взгляде было столько благодарности, что Вике захотелось просто обнять её и закрыть от всего мира.

– Знаешь, – Адель чуть улыбнулась, – мне кажется, твоя кошка Пики мне бы понравилась. У меня тоже есть потребность в тепле, хоть я и строю из себя колючку.

Тем временем Ирина и Катя сидели чуть поодаль. Катя, обычно закрытая и пугливая, под влиянием спокойной уверенности Ирины начала понемногу раскрываться. Она рассказала о матери, о дяде, о тех страшных месяцах в больнице, куда её отправили за «неправильные» мысли.

– Я иногда боюсь оставаться одна, – призналась Катя, глядя в свой стакан с соком. – Мысли начинают давить. Кажется, что я всё ещё там, в той комнате, и никто не придёт.

Ирина осторожно коснулась её плеча.

– Теперь ты не одна. У тебя есть Адель, а теперь... теперь есть и мы. Я, может, не самый лучший собеседник, но я умею охранять границы. Если тебе станет страшно, просто позвони. Я приеду и разгоню всех твоих демонов.

Катя робко улыбнулась. Это была первая искренняя улыбка за долгое время.

– Ты правда такая добрая, как кажешься? – спросила она.

– Только для своих, Котёнок, – Ирина подмигнула. – Для остальных я — ходячая проблема.

Ближе к закрытию бара Вика предложила:

– Слушайте, завтра выходной. Погода обещает быть отличной. Адель, хочешь прокатиться на мотоцикле? Я знаю одно место за городом, там очень красиво на рассвете.

Адель просияла.

– Спрашиваешь! Я обожаю скорость. Кать, ты как?

Катя посмотрела на Ирину.

– Если Ира поедет... то я тоже хочу.

– Куда я денусь, – усмехнулась Ирина. – Придётся присматривать за вами, а то Вика на своём байке улетит в закат, и ищи вас потом.

Выходя из бара в прохладную ночную сырость, они не чувствовали привычного одиночества. Серость будней никуда не делась, но теперь в ней появились яркие пятна.

Вика шла рядом с Адель, изредка касаясь её плеча, и Адель не отстранялась — наоборот, она словно тянулась к этому спокойному теплу. Ирина же шла чуть позади с Катей, следя за тем, чтобы та не споткнулась, и время от времени отпуская шутки, заставляя девушку тихо смеяться.

– Знаешь, Вик, – негромко сказала Ирина, когда они уже подходили к дому. – Кажется, этот город перестал быть таким уж скучным.

– Согласна, – Вика поправила кепку и посмотрела на звёзды, пробивающиеся сквозь смог. – Иногда, чтобы найти свет, нужно просто зайти в правильный бар.

Они разошлись по домам, но каждая из них знала: завтрашний день уже не будет похож на предыдущий. В мире, где их ломали, предавали и не любили, они нашли друг друга. И это было только начало.