Встреча

Свобода пахнет дешевым энергетиком и пыльным асфальтом Воронежа. Для кого-то это запах безнадеги, но для меня — Иры Костиной, это аромат победы. Три месяца назад я сбежала из Брянска, от вечного «ты же девочка» и «помой посуду за братом», и теперь я сама себе хозяйка. Моя квартира — моя крепость. Моя жизнь — мой выбор. Или я так думала, пока не наступил этот пятничный вечер.

Я стояла у входа в клуб, потягивая из банки ледяной напиток, и разглядывала компанию, в которую меня втянула Лена. Лена — девчонка классная, но иногда слишком активная.

– Ира, ну не кисни! – она пихнула меня локтем. – Посмотри, какие ребята.

Ребята как ребята. Артем и Дима — типичные любители погудеть на выходных. Катя — куколка с идеальной укладкой, которая буквально пожирала глазами третьего парня.

Игнат.

Он стоял чуть в стороне, прислонившись к стене, и в нем было что-то… неправильное. Слишком высокий — я со своими 165 сантиметрами чувствовала себя рядом с ним ребенком, хотя он, кажется, перевалил за метр девяносто. Белая футболка натягивалась на широких плечах, светлые волосы небрежно взъерошены. Он улыбался, шутил, но в его зеленых глазах я видела не веселье, а какое-то странное, холодное спокойствие. Словно он не участвовал в тусовке, а наблюдал за нами, как за рыбками в аквариуме.

– Игнат, – представился он, протягивая руку. Голос у него был глубокий, с легкой хрипотцой.

– Ира, – я коротко кивнула, не спеша отвечать на рукопожатие. Я не из тех, кто тает от симпатичной мордашки.

Внутри клуба гремела музыка. Я сидела на кожаном диване, цедя второй энергетик, и наблюдала за танцполом. 2rbina 2rista здесь, конечно, не ставили, крутили обычную попсу, но ритм помогал абстрагироваться.

– Слушай, Ира, – Лена вдруг хитро прищурилась, перекрикивая басы. – А у тебя же права есть?

Я замерла, медленно повернув голову к подруге.

– С чего ты взяла?

– Ты паспорт когда доставала, я краем глаза карточку увидела, – она улыбнулась во все тридцать два зуба.

Артем и Дима, уже успевшие заказать по второй порции виски, тут же оживились.

– Опа! – Дима хлопнул в ладоши. – Так у нас сегодня трезвый водитель! Игнат, слышишь? Ты сегодня можешь расслабиться, золотко наше.

Я почувствовала, как внутри закипает раздражение.

– Эй, я не подписывалась работать извозчиком, – отчеканила я, поправляя очки. – Я город знаю плохо, и машину чужую водить не собираюсь.

– Да ладно тебе, Ир, – Игнат, который до этого момента пил только воду, вдруг подался вперед. – Машина легкая в управлении. Я буду рядом, подскажу дорогу. Ребята просто хотят отдохнуть, а мне… мне сегодня не очень хочется быть за рулем.

Он смотрел на меня в упор. В его взгляде не было мольбы, скорее — мягкое, но непреклонное давление. Катя рядом с ним надула губы, явно недовольная тем, что внимание Игната переключилось на «серую мышку» в кепке и барсетке.

– Я серьезно, – добавила я, чувствуя, как сарказм просится наружу. – Если я ваш танк куда-нибудь впишу, виноваты будете сами.

– Договорились, – усмехнулся Игнат.

Через два часа, когда компания окончательно «дошла до кондиции», мы вывалились на парковку. Ночной воздух Воронежа был душным.

– Вон она, – Игнат кивнул в сторону черного внедорожника.

Я замерла. Range Rover. Моя мечта. Черный, хищный, блестящий в свете фонарей. Я невольно засмотрелась на обтекаемые формы кузова.

– Нравится? – Игнат подошел сзади. Я не слышала его шагов. От него пахло дорогим парфюмом и совсем немного — крепким алкоголем, который в него влили Артем с Димой в последний час.

– Мощная, – коротко бросила я, стараясь сохранить равнодушие.

Он протянул мне ключи. Тяжелый брелок лег в ладонь, обжигая холодом металла.

– Садись. Показывай, на что способна девчонка из Брянска.

Я открыла машину. Салон пах кожей и чистотой. Пока я подгоняла под себя кресло — а мне пришлось прилично пододвинуться вперед, чтобы доставать до педалей, — сзади загружалась шумная толпа. Лена, Артем и Дима ввалились на заднее сиденье.

– Игнатик, а я куда? – Катя застыла у пассажирской двери, хлопая ресницами. – Может, я к тебе на коленки? Тут тесно…

– Катя, сядь к ребятам, – голос Игната прозвучал вежливо, но так холодно, что у меня по спине пробежал холодок. – Или к Лене на колени. Спереди места нет.

Катя обиженно засопела, но спорить не рискнула и втиснулась назад. Игнат сел рядом со мной, вальяжно откинувшись на спинку кресла.

– Заводи, Ира.

Я нажала кнопку пуска. Двигатель отозвался глухим, благородным рыком. Я почувствовала, как по рукам пробежала дрожь восторга. Это не папина старая «Лада», на которой я училась. Это — зверь.

– Сначала Лену, она живет ближе всех, – скомандовал Игнат.

Я аккуратно выехала с парковки. Машина слушалась малейшего движения. Я вела уверенно, несмотря на то что город знала обрывками. Игнат молчал, только изредка короткими фразами указывал повороты.

Когда мы высадили последнего пассажира — Катю, которая напоследок бросила на меня взгляд, полный яда, — в салоне повисла тишина.

– Ну что, теперь меня? – спросила я, не поворачивая головы. – Где тебя высадить?

– Сначала отвезем тебя, – спокойно ответил Игнат. – Время позднее, я не оставлю девушку одну на улице ловить такси. Говори адрес.

Я продиктовала улицу. Мы ехали по пустынным проспектам. Я чувствовала на себе его взгляд. Он не смотрел на дорогу, он смотрел на мой профиль.

– Ты не похожа на подруг Лены, – нарушил он тишину. – Тебе скучно с ними.

– Мне ни с кем не скучно, если меня не трогают, – отозвалась я. – Я просто люблю тишину.

– И одиночество? – подхватил он. – Переехать в другой город, чтобы спрятаться от семьи… Это смело. Или трусливо, смотря с какой стороны посмотреть.

Я резко затормозила на светофоре.

– Откуда ты знаешь про семью?

Игнат усмехнулся, и в этой усмешке промелькнуло что-то хищное.

– Лена болтлива. А я умею слушать.

– Слушай поменьше, целее будешь, – огрызнулась я. – Мы приехали. Мой дом.

Я припарковалась у подъезда и протянула ему ключи.

– Спасибо за тест-драйв. Машина — огонь.

Игнат не спешил забирать ключи. Его пальцы коснулись моей ладони, и он медленно сжал их, заставляя меня посмотреть ему в глаза.

– Знаешь, Ира, в Воронеже много дорог. Но ты выбрала ту, которая привела тебя ко мне.

– Это просто совпадение, Игнат, – я попыталась высвободить руку. – И пафос тебе не идет.

– Совпадений не существует, – он подался ближе. Теперь я видела, что его зрачки расширены, но не от алкоголя. – Ты ведь хочешь татуировку? Розы с шипами на руке?

Я похолодела. Об этом я говорила только Лене, и то — один раз, вскользь.

– Ты маньяк или просто сталкер? – я постаралась, чтобы мой голос звучал твердо, хотя сердце забилось чаще.

– Я тот, кто получает то, что хочет, – он наконец забрал ключи, но не отстранился. – Иди домой, Ира. И не забудь закрыть дверь на все замки. Хотя… если я захочу войти, они тебя не спасут.

– Пошел ты, – бросила я, выходя из машины.

Я почти бежала к подъезду. Оказавшись в квартире, я действительно закрыла дверь на все обороты и прислонилась к ней спиной. Сердце колотилось в горле.

– Придурок, – выдохнула я в темноту коридора. – Обычный богатенький придурок с замашками альфа-самца.

Я подошла к окну и осторожно отодвинула занавеску. Черный Range Rover все еще стоял внизу. Игнат не уезжал. Он сидел в машине, и я была уверена — он смотрит прямо на мои окна.

Я не знала, что в этот момент Игнат Раевский, сын человека, чье имя заставляет дрожать бизнес-элиту страны, вертит в руках мой кошелек, который я «случайно» выронила на сиденье. Он открыл его, достал мою фотографию и провел по ней большим пальцем.

– Костина Ирина Сергеевна, – прошептал он в пустоту салона. – Ты даже не представляешь, как скучно мне было до сегодняшнего дня.

Он нажал на газ, и машина с ревом сорвалась с места, оставляя после себя только запах жженой резины.

А я стояла у окна и смотрела на свои руки. На то место, где должны были быть розы с шипами. Почему-то мне показалось, что шипы уже начали впиваться в мою кожу.

***

Меня зовут Игнат. Для большинства — Дьяченко, обычный парень с хорошей тачкой и сомнительными связями. Для немногих — Раевский, наследник империи, построенной на крови и жестких контрактах.

Я привык, что мир вращается вокруг меня. Женщины были лишь фоном, легкой добычей. Катя, Лена — они все одинаковые. Их глаза загораются при виде логотипа на руле или счета в ресторане.

Но Ира…

Когда она села за руль моего Ровера, я увидел, как она коснулась руля. Не как вещи, а как живого существа. В ней не было страха, не было желания впечатлить. Только холодная, расчетливая уверенность и капля сарказма, которая действовала на меня лучше любого афродизиака.

Она думает, что сбежала из Брянска от контроля. Она думает, что Воронеж — это ее территория свободы.

Глупая, маленькая девочка. Она просто сменила одну клетку на другую. И в этой клетке хозяином буду я.

Я достал телефон и набрал номер своего начальника службы безопасности.

– Слушаю, Игнат Викторович, – раздался сухой голос на том конце.

– Улица Лизюкова, дом сорок. Костина Ирина Сергеевна. Завтра к утру мне нужно всё. Где родилась, чем дышит, какой марки зубную пасту предпочитает. И… пробей магазин одежды, где она работает.

– Будет сделано. Что-то еще?

– Да. Купи этот магазин. Оформи на один из оффшоров. Хочу, чтобы с понедельника у Ирины Сергеевны сменилось руководство.

Я отключил вызов и откинулся на подголовник.

Дарк роман? Нет, Ира. Это не роман. Это охота. И я только что нашел след.

Мне нравилось, как она дерзила. Нравилось, как она смотрела на меня через свои очки в черной оправе. Она считает себя сильной, потому что не боится матернуться или сказать правду в лицо. Но она не знает, что такое настоящая сила.

Настоящая сила — это когда ты можешь сломать жизнь человека, просто щелкнув пальцами, или сделать ее сказкой, от которой невозможно отказаться.

Я посмотрел на ее фото еще раз. Обычная внешность? Нет. В ней была та самая искра, которую я искал в куче фальшивых бриллиантов. Прямое каре, карие глаза, за которыми прячется целый мир, полный протеста.

– Розы с шипами, значит? – я улыбнулся своему отражению в зеркале заднего вида. – У тебя будут твои розы, Ира. Но шипы буду контролировать я.

Эту ночь я не спал. Я кружил по городу, изучая маршруты, по которым она ходит на работу, вычисляя, где она покупает свой любимый энергетик.

К утру у меня был файл. Полный отчет о ее жизни. Родители — обычные работяги, брат, от которого она устала. Ее побег в Воронеж был актом отчаяния, попыткой найти себя.

Она не знала, что, убегая от «ты же девочка», она бежит прямо в руки к тому, кто сделает ее своей «девочкой» навсегда. Но не для того, чтобы она мыла посуду. А для того, чтобы она стала украшением моей жизни. Моей личной, колючей и такой притягательной Ирой.

В понедельник она придет на работу. И ее будет ждать сюрприз.

А пока… пока я просто припаркуюсь за углом ее дома. Я хочу увидеть, как она выйдет за хлебом. Хочу увидеть, как она поправляет очки и хмурится на утреннее солнце.

Игра началась. И, в отличие от всех предыдущих, в этой игре я не собираюсь давать фору.

– Добро пожаловать в мою реальность, Ира Костина, – прошептал я, глядя на свет в ее окне, который только что погас. – Тебе здесь очень не понравится. Но ты никогда не захочешь уйти.