Две судьбы четырёх пар

Вечернее солнце Огненной столицы медленно тонуло в океане, окрашивая небо в те же багровые и золотые тона, что и знамена народа Огня. Но для Юми этот закат казался холодным. Она стояла на балконе, и ветер шевелил её длинные черные волосы, которые обычно были аккуратно уложены. Её голубые глаза, обычно ясные и чистые, как небо над храмом Воздуха, сейчас были затуманены обидой.

Юми была магом огня, и её пламя всегда считалось одним из самых горячих в академии, но сейчас она чувствовала, как внутри всё выгорает дотла.

Два года. Два года она была рядом с Аангом. Она поддерживала его, когда бремя Аватара становилось слишком тяжелым, она смеялась над его шутками и учила его тонкостям культуры своего народа. Она любила его. Но в последнее время эта любовь стала похожа на тяжелые кандалы.

Причиной была Катара.

Юми знала, что они через многое прошли вместе. Она знала, что Катара была первой, кого Аанг увидел, пробудившись из айсберга. Но границы между «дружбой» и «чем-то большим» давно стерлись. Аанг смотрел на Катару так, словно мир вращался вокруг неё, а Юми была лишь приятным дополнением. Самое абсурдное заключалось в том, что Катара встречалась с Зуко. И Зуко, этот гордый и вечно серьезный Хозяин Огня, тоже начал замечать странности.

Последней каплей стал инцидент на тренировочной площадке сегодня утром. Юми и Катара случайно столкнулись во время спарринга — обычная неуклюжесть, из-за которой обе девушки повалились на каменный пол.

Юми сильно ударилась локтем, и по её бледной коже потекла тонкая струйка крови. Она подняла взгляд, ожидая, что Аанг подбежит к ней. Но Аватар пронесся мимо своей девушки, даже не взглянув в её сторону.

– Катара! Ты в порядке? – его голос дрожал от паники. Он бережно взял мага воды за руки, помогая ей подняться, и начал суетиться вокруг, проверяя каждую царапину.

Юми осталась сидеть на холодном камне. Она смотрела на них, и в этот момент что-то внутри неё окончательно надломилось. Она поднялась сама, не дожидаясь помощи, и, не сказав ни слова, ушла. Аанг даже не обернулся. Он не заметил её ухода.

Вечер застал её в небольшом, полутемном баре в нижнем городе. Здесь не было пафоса дворца, только запах жасминового чая и крепкого рисового вина. Юми сидела за угловым столиком, глядя в свою чашку. Напротив неё сидели Тоф и Зуко.

Тоф, как всегда, чувствовала вибрации земли и состояние своих друзей лучше, чем кто-либо другой.

– Знаешь, Сахарок, от тебя так несет унынием, что у меня даже зубы сводит, – проворчала Тоф, опрокидывая очередную стопку. – А ты, Искорка, – она кивнула в сторону Зуко, – сидишь тише воды, ниже травы. Что, опять проблемы в «райском саду»?

Зуко тяжело вздохнул, вертя в руках пустую чашку. Его золотистый глаз тускло блестел в свете ламп.

– Катара... она всё время с ним, – глухо произнес он. – Я пытаюсь быть понимающим. Я знаю, что они команда. Но сегодня на тренировке...

– Я видела, – перебила его Юми. Её голос сорвался. – Точнее, я чувствовала это. Я для него – прозрачная.

– Аанг говорит, что она ему как сестра, – Зуко криво усмехнулся. – Но я не обнимаю свою сестру так, как он обнимает её. И я не смотрю на Азулу так, словно она — единственный источник кислорода в комнате.

– Они сами не понимают, что творят, – Тоф покачала головой. – Они привыкли полагаться друг на друга настолько, что вытесняют всех остальных. Это эгоистично.

Юми сделала большой глоток вина. Алкоголь обжег горло, но не смог заглушить боль в груди.

– Я больше не могу, – прошептала она. – Я просто... устала.

Через пару часов, когда звезды уже вовсю сияли на бархатном небе, Зуко вызвался проводить Юми до её покоев. Они шли по тихим улочкам столицы. Воздух был теплым, пахнущим ночными цветами, но между ними повисла тяжелая тишина.

– Ты действительно решила? – спросил Зуко, глядя на её профиль.

Юми остановилась и посмотрела на свои руки.

– Да. Я расстанусь с Аангом. Я так больше не могу, Зуко. Я просто устала бороться за эти сломленные отношения. Каждый день я пытаюсь доказать, что я достойна его внимания, но проигрываю призраку их прошлого.

Слезы, которые она сдерживала весь день, наконец хлынули из глаз. Она закрыла лицо руками, и её плечи задрожали. В этот момент она не была гордым магом огня, воительницей или возлюбленной Аватара. Она была просто сломленной девушкой.

Зуко замер. Он никогда не видел Юми такой. Она всегда была яркой, живой, его опорой в совете. Видеть её слезы было почти физически больно, потому что он чувствовал то же самое. Он тоже чувствовал себя лишним в жизни той, которую любил.

– Юми, посмотри на меня, – тихо сказал он.

Он подошел ближе и осторожно взял её за лицо, приподнимая его. Его большие пальцы бережно вытирали слезы с её бледных щек.

– Ты не должна бороться за место в чьем-то сердце, – его голос был полон горечи. – Если тебя там не ценят, это не твоя вина.

В этот миг в мире остались только две сломленные души, объединенные общей болью и предательством тех, кому они доверяли. Зуко смотрел в её голубые глаза, и какая-то неведомая сила, рожденная из отчаяния и внезапной нежности, потянула его вперед.

Он поцеловал её.

Это не был поцелуй страсти. Это был поцелуй утешения, горький и соленый от слез. Юми на мгновение замерла, но не оттолкнула его. Напротив, она судорожно схватилась руками за его одежду, прижимаясь к его груди, словно он был единственным якорем в бушующем океане.

Через минуту Зуко отстранился, тяжело дыша. На его лице отразился шок.

– Юми... я... – он не знал, что сказать. Он сам не понял, как это произошло.

Но Юми не ответила. Она лишь сильнее всхлипнула, уткнувшись ему в плечо. Напряжение последних месяцев, алкоголь и эмоциональное истощение взяли свое. Её ноги подкосились, и если бы не крепкие руки Зуко, она бы упала. Через несколько мгновений её дыхание выровнялось — она уснула прямо у него на руках, полностью измотанная.

Зуко осторожно подхватил её, собираясь отнести в дом, но вдруг замер.

В нескольких шагах от них, в тени цветущей вишни, стояли двое.

Аанг и Катара.

Они вышли на прогулку, надеясь найти Юми и извиниться за утренний инцидент. Они шли, весело переговариваясь, пока не увидели впереди две знакомые фигуры. Они слышали всё. Слышали слова Юми о разрыве, видели её слезы и видели этот поцелуй.

Аанг стоял бледный, как полотно. Его серые глаза были широко распахнуты, а кулаки сжаты так, что костяшки побелели. Катара прижала ладонь к губам, её глаза наполнились ужасом и осознанием.

Сцена перед ними была подобна удару молнии. Они увидели своих партнеров не как «надежный тыл», который всегда будет ждать, а как людей, которых они планомерно разрушали своим безразличием.

Зуко посмотрел на Аанга. В его взгляде не было вины — только холодная, колючая ярость и бесконечная усталость.

– Ты слышал её, Аватар, – ледяным тоном произнес Зуко, поудобнее перехватывая спящую Юми. – Она устала. И я тоже.

– Зуко, это не то, что ты думаешь... – начала было Катара, делая шаг вперед, но её голос дрогнул.

– Нет, Катара, – отрезал Хозяин Огня. – Это именно то, что есть. Вы двое так заигрались в свою «особенную связь», что забыли о тех, кто был рядом с вами. Вы сломали её. И вы почти сломали меня.

Аанг хотел что-то сказать, подойти к Юми, забрать её, объяснить, что он любит её больше жизни, но слова застряли в горле. Он смотрел на то, как Юми доверчиво прижимается к Зуко во сне, и понимал: он потерял её. Не потому, что Зуко её украл, а потому, что он сам отпустил её руку слишком много раз.

Зуко развернулся и пошел прочь, не оглядываясь.

Аанг и Катара остались стоять на пустой улице. Ветер колыхал полы их одежд, но тишина между ними теперь была не уютной, а удушающей. Они посмотрели друг на друга, и впервые за долгое время между ними не было искры понимания. Была только тяжесть вины и осознание того, что за их близость пришлось заплатить слишком высокую цену.

В ту ночь в Огненной столице погасло одно пламя, чтобы, возможно, когда-нибудь разгореться с новой силой, но уже в другом очаге. А Аватар впервые понял, что даже он не может исправить разбитое сердце простым «извини», когда это сердце уже отдано другому для защиты.