Ситуации

Огромные панорамные окна офиса «JK Entertainment» выходили на сверкающий Сеул, который в этот вечерний час напоминал рассыпанную горсть бриллиантов. Но Крис было не до эстетики. Она скрестила ноги, обутые в удобные кроссовки, и поудобнее устроилась в кожаном кресле своей лучшей подруги. На столе, среди кип документов и графиков, сиротливо стоял бумажный пакет с еще теплыми сэндвичами и стакан латте.

– Хвасу, это просто издевательство, – Крис картинно всплеснула руками, отчего рукава её безразмерной черной толстовки сползли вниз. – Ты работаешь здесь уже полгода, и я вижу тебя реже, чем свою тетю, которая вечно в разъездах между Сеулом и Нью-Йорком. Твой босс — просто тиран. Он что, думает, если он «Золотой макнэ» и гений индустрии, то люди вокруг него — это роботы на подзарядке?

Хвасу, судорожно печатавшая что-то в ноутбуке, даже не подняла головы, лишь нервно поправила очки.

– Крис, тише, пожалуйста. У него слух как у летучей мыши. И он не тиран, он просто... перфекционист.

– Перфекционист? – Крис фыркнула, потянувшись за своим стаканом. – Дорогая, перфекционизм заканчивается там, где начинается эксплуатация труда. Этот Чон Чонгук, судя по твоим рассказам, просто избалованный успехом мальчишка, который возомнил себя центром вселенной. Ну серьезно, заставлять тебя переделывать отчет в десять вечера в пятницу? У него вообще есть сердце или там вместо него калькулятор, подсчитывающий прибыль от акций?

Крис откинулась на спинку кресла, вальяжно закинув ногу на ногу. Черные лосины подчеркивали её стройные ноги, а небрежный пучок на голове и отсутствие макияжа только добавляли ей той уверенности, которую дает осознание собственной привлекательности. Она привыкла к роскоши империи своей тети, но предпочитала комфорт пафосу.

– Я бы на твоем месте просто зашла к нему в кабинет, швырнула бы этот отчет на стол и сказала: «Мистер Чон, идите-ка вы... в отпуск». И желательно на необитаемый остров, чтобы не портить кровь нормальным людям.

Хвасу вдруг замерла. Её пальцы зависли над клавиатурой, а лицо медленно начало приобретать оттенок свежевыбеленной стены. Она широко открытыми глазами смотрела куда-то за плечо Крис.

– Хвасу? Ты чего? – Крис нахмурилась, поднося стакан к губам. – Ты так побледнела, будто увидела привидение. Или...

В воздухе внезапно разлился едва уловимый, но очень дорогой аромат парфюма: ноты сандала, кожи и чего-то терпкого, мужского. За спиной Крис послышался негромкий, бархатистый голос, от которого по коже невольно пробежали мурашки.

– К сожалению для мисс Хвасу, на необитаемых островах плохо ловит интернет, а отчеты сами себя не проверят.

Крис едва не поперхнулась латте. Она медленно, стараясь сохранить остатки достоинства, поставила стакан на стол и обернулась.

Прямо за её креслом стоял он. Чон Чонгук выглядел именно так, как на обложках журналов, только в сто раз внушительнее в реальности. Черная рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами, закатанные рукава, открывающие татуировки на предплечье, и взгляд — пронзительный, холодный и одновременно чертовски любопытный.

– Мистер Чон! – Хвасу подскочила со своего места, едва не уронив стул. – Простите, это... это моя подруга, она просто завезла мне ужин, мы уже заканчиваем...

Чонгук не сводил глаз с Крис. Он слегка наклонил голову набок, изучая незваную гостью. Его взгляд скользнул по её простой толстовке, по черным лосинам и остановился на лице, где не было ни капли страха — только легкое смущение, которое она мастерски скрывала за маской безразличия.

– Значит, избалованный мальчишка? – Чонгук сделал шаг вперед, обходя кресло и вставая почти вплотную к Крис. – И тиран с калькулятором вместо сердца?

Крис почувствовала, как в кабинете стало тесно. Она медленно встала, заставляя себя смотреть ему прямо в глаза. Несмотря на то, что на ней были кроссовки на плоской подошве, а он был выше, она не собиралась отступать.

– Я лишь высказала свое мнение, основываясь на графике работы моей подруги, – ответила она, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Не знала, что подслушивание чужих разговоров входит в обязанности генерального директора.

Хвасу за спиной Крис издала звук, похожий на приглушенный стон отчаяния.

Чонгук усмехнулся. Это не была добрая улыбка; скорее, это был оскал хищника, который нашел новую интересную игрушку.

– В моем офисе всё принадлежит мне, включая звуки в этих стенах, – он сложил руки на груди, и Крис невольно отметила, как удачно рубашка подчеркивает его плечи. – А вы, стало быть, та самая племянница госпожи Валтор? Я слышал о приезде «наследницы империи», но не ожидал встретить её в своем офисе в... таком домашнем виде.

Крис выпрямила спину. Упоминание тети всегда действовало на неё как красная тряпка на быка.

– Мой «домашний вид» никак не влияет на мою способность здраво оценивать ситуацию, мистер Чон. И ситуация такова: ваша сотрудница падает от усталости. Если вы такой гениальный руководитель, то должны знать, что эффективность падает после двенадцати часов работы.

– Крис, пожалуйста... – прошептала Хвасу, дергая подругу за край толстовки.

Чонгук проигнорировал помощницу. Он сократил расстояние между собой и Крис еще на полшага. Теперь она могла чувствовать тепло, исходящее от него.

– Вы очень смелая, – произнес он тише. – Или просто не понимаете, с кем разговариваете.

– Я прекрасно понимаю, – парировала Крис, вскинув подбородок. – Вы — человек, который мешает мне поужинать с подругой.

В кабинете повисла звенящая тишина. Хвасу, казалось, перестала дышать. Чонгук смотрел на Крис несколько долгих секунд, и в его темных глазах что-то изменилось. Холод сменился странным блеском — азартом.

– Что ж, – он внезапно отступил назад и посмотрел на Хвасу. – Хвасу-ши, вы свободны. Можете идти ужинать. Отчет закончите завтра к десяти утра.

Хвасу моргнула, не веря своим ушам.

– Правда? О... спасибо, мистер Чон! Спасибо!

– Не благодарите меня, – Чонгук снова перевел взгляд на Крис. – Благодарите свою прямолинейную подругу.

Крис уже собралась подхватить свою сумку и уйти вместе с Хвасу, но голос Чонгука остановил её у самого выхода.

– Мисс Валтор?

Она обернулась, держа руку на дверной ручке.

– Да?

– В следующий раз, когда решите прийти и раздавать советы по управлению персоналом... наденьте что-нибудь менее вызывающее, чем эта толстовка. Она слишком отвлекает от ваших «умных» речей.

Крис вспыхнула.

– Это обычная одежда, мистер Чон. Если она вас отвлекает, возможно, проблема в вашей концентрации, а не в моем гардеробе.

Она вышла из кабинета, плотно прикрыв за собой дверь. Сердце колотилось где-то в горле. Хвасу догнала её уже у лифта, едва переводя дух.

– Крис! Ты с ума сошла? Ты хоть понимаешь, что ты ему наговорила? Никто, слышишь, никто в этой компании не смеет так с ним общаться!

– И зря, – Крис нажала на кнопку вызова лифта, чувствуя, как дрожат пальцы. – Ему полезно спуститься на землю.

– Он смотрел на тебя так, будто хотел либо уволить меня, либо... я даже не знаю, – Хвасу покачала頭ловой. – Но он отпустил меня! Это чудо.

Когда двери лифта закрылись, Крис прислонилась к зеркальной стенке. Перед глазами всё еще стоял образ Чонгука — его татуировки, его насмешливая улыбка и этот взгляд, который, казалось, видел её насквозь.

Тем временем в своем кабинете Чон Чонгук подошел к столу, где всё еще стоял недопитый латте Крис. Он коснулся пальцами края стакана, там, где остался едва заметный след.

– Крис Валтор... – произнес он вслух, и на его губах заиграла странная, предвкушающая улыбка. – Посмотрим, насколько хватит твоей смелости в следующий раз.

Он подошел к окну и проводил взглядом черную машину, отъезжающую от здания. Чонгук всегда получал то, что хотел. И сейчас, впервые за долгое время, ему захотелось чего-то гораздо более интересного, чем годовая прибыль компании. Ему захотелось приручить эту дерзкую девчонку в черной толстовке.

Вечер в Сеуле только начинался, и эта случайная встреча была лишь первой главой в игре, правила которой Чонгук собирался написать сам. Но он еще не знал, что Крис Валтор не привыкла играть по чужим правилам.