Заново

Серое небо Сеула словно зеркально отражало внутреннее состояние Субина. Весь день всё валилось из рук: сначала он проспал важную лекцию по уголовному праву, затем пролил кофе на конспекты, а под конец дня получил строгий выговор от профессора за недостаточно глубокий анализ дела в курсовой работе. В двадцать три года жизнь будущего адвоката казалась бесконечной чередой кодексов, поправок и бессонных ночей, проведенных за учебниками.

Субин шел по оживленной улице, пряча подбородок в высокий воротник пальто. Холодный осенний ветер заставлял глаза слезиться, а в мыслях набатом стучало одно и то же: «Зачем всё это?». Он всегда старался быть идеальным, правильным, предсказуемым. Таким его воспитали. Таким его когда-то отдали замуж.

Ему было всего восемнадцать, когда родители решили его судьбу. Договорной брак, союз двух влиятельных семей — классическая история, которая в современном мире казалась пережитком прошлого, но для Субина стала суровой реальностью. Его мужем стал Пак Богом. Мужчина на десять лет старше, статный, невероятно красивый и пугающе харизматичный. Богом был тем самым «идеальным сыном», о котором мечтают все матери, и «идеальным мужем», которого Субин поначалу боялся до дрожи в коленях.

Но страх быстро сменился любовью. Богом был нежным. Он заботился о юном Субине, приносил ему теплое молоко по ночам, когда тот готовился к экзаменам, и мягко целовал в лоб перед сном. Субин влюбился так сильно, как только может влюбиться подросток, внезапно ставший взрослым. Он верил, что эта сказка навсегда.

А потом всё рухнуло.

Два года назад они развелись. Официальная причина — «непримиримые разногласия». На деле же Субин просто понял, что он — лишь временная замена. Богом всегда любил другого. Человека, который был в его жизни задолго до Субина, но с которым он не мог быть вместе по каким-то семейным обстоятельствам. Когда эти препятствия исчезли, Субин сделал единственно верный, как ему тогда казалось, поступок — ушел, не желая быть тенью в чужом сердце.

И вот сегодня, спустя два года тишины, он увидел его.

Они стояли у входа в дорогой ресторан. Богом выглядел безупречно в своем темно-синем костюме. В тридцать два года он стал еще более мужественным, в его взгляде появилась та уверенность, которая приходит только к абсолютно счастливым людям. Он придерживал зонт над высоким, изящным мужчиной, который что-то увлеченно рассказывал, активно жестикулируя.

Богом улыбался. Не той вежливой, мягкой улыбкой, которую он дарил Субину, а открытой, сияющей, полной обожания. Он осторожно поправил шарф своему спутнику, и это мимолетное движение отозвалось в груди Субина резкой, почти физической болью.

– Субин-а? – Голос Богома разрезал шум дождя.

Субин вздрогнул. Он и не заметил, как остановился всего в нескольких метрах от них, глупо уставившись на пару. Пути назад не было.

– Здравствуй, Богом-хён, – Субин постарался придать голосу твердость, но вышло жалко и тихо.

Богом сделал шаг навстречу, его спутник последовал за ним, с любопытством разглядывая незнакомца.

– Не ожидал тебя здесь встретить, – Богом улыбнулся, и в его глазах промелькнуло что-то похожее на искреннюю радость. – Ты так повзрослел. Слышал, ты учишься на адвоката?

– Да, на последнем курсе, – ответил Субин, глядя куда угодно, только не в эти добрые карие глаза. – Много работы.

– Познакомься, это Тэхён, – Богом мягко положил руку на плечо своего спутника. – Тэхён, это Субин. Я тебе о нем рассказывал.

– О, так это ты тот самый Субин! – Тэхён улыбнулся так лучезарно, что Субину захотелось зажмуриться. – Очень приятно. Богом говорил, что ты самый талантливый студент на своем потоке.

– Приятно познакомиться, – выдавил из себя Субин, чувствуя, как внутри всё сжимается в тугой узел.

Это был он. Тот самый мужчина из прошлого. Человек, ради которого Богом когда-то отпустил Субина, даже не попытавшись его удержать. Теперь, глядя на них двоих, Субин понимал, почему. Они смотрелись вместе так гармонично, словно два кусочка одного пазла. В их жестах, в том, как Тэхён доверчиво прижимался к плечу Богома, а тот собственнически обнимал его за талию, чувствовалась история длиной в вечность.

– Ты промок, – заметил Богом, нахмурившись. – У тебя даже зонта нет. Давай мы тебя подвезем? Нам по пути.

– Нет-нет, спасибо, – быстро заговорил Субин, отступая на шаг. – Мне тут совсем рядом. Буквально за углом.

– Субин, не глупи, – в голосе Богома прорезались те самые властные нотки, которые Субин когда-то так любил. – На улице ледяной дождь, ты заболеешь.

– Правда, поехали с нами, – подхватил Тэхён. – Мы как раз собирались заехать за кофе.

– Я правда не могу, – Субин почувствовал, как к горлу подкатывает ком. – У меня... у меня встреча. Извините. Я рад был вас видеть. Счастливо.

Он развернулся и почти побежал прочь, не разбирая дороги. Сердце колотилось в ребра, как пойманная птица. Он ведь желал ему счастья. Каждый день после развода он повторял себе, что Богом заслуживает быть с тем, кого любит по-настоящему. Но видеть это счастье своими глазами оказалось невыносимо.

Дома, в маленькой съемной квартире, Субин долго стоял под горячим душем, пытаясь смыть с себя это чувство никчемности. Он посмотрел в зеркало: мокрые волосы, бледная кожа, уставшие глаза. Ему двадцать три, он молод, у него впереди блестящая карьера, но внутри — выжженное поле.

Телефон на тумбочке завибрировал. Сообщение от неизвестного номера.

«Я рад, что у тебя всё хорошо. Ты выглядишь очень серьезным адвокатом. Пожалуйста, береги себя и не ходи под дождем без зонта. Богом».

Субин швырнул телефон на кровать и закрыл лицо руками.

– Почему ты до сих пор так заботлив? – прошептал он в пустоту комнаты. – Почему ты не можешь просто быть холодным?

Прошло несколько дней, но встреча не выходила из головы. Субин пытался сосредоточиться на праве, но вместо параграфов видел улыбку Богома, обращенную к другому. Он понимал, что это глупо. Что он сам ушел. Что их брак был ошибкой с самого начала. Но сердце не подчинялось логике юридических терминов.

В пятницу вечером, когда Субин выходил из библиотеки, он снова увидел знакомую машину у ворот университета. Черный седан, который он узнал бы из тысячи. Богом стоял прислонившись к капоту, скрестив руки на груди. Заметив Субина, он оттолкнулся от машины и пошел навстречу.

– Нам нужно поговорить, – сказал Богом вместо приветствия.

– О чем? – Субин крепче прижал к себе сумку с книгами. – У тебя всё хорошо, у меня тоже. Нам не о чем говорить, хён.

– Ты убежал тогда, как будто увидел привидение, – Богом подошел вплотную, и Субин снова почувствовал этот знакомый аромат его парфюма — смесь кедра и дорогого табака. – Я видел твои глаза, Субин-а. Тебе не "хорошо".

– Это не твое дело, – огрызнулся Субин, чувствуя, как защитные барьеры начинают рушиться. – Мы в разводе. Ты счастлив с Тэхёном. Зачем ты здесь?

Богом вздохнул и мягко взял его за локоть, отводя в сторону от потока студентов.

– Тэхён — замечательный человек, – тихо произнес он. – И да, я люблю его. Но это не значит, что мне плевать на тебя. Мы прожили вместе три года, Субин. Ты был моим мужем.

– Я был твоим "заместителем", – горько усмехнулся Субин. – Давай называть вещи своими именами. Ты женился на мне, потому что родители надавили, а Тэхёна тогда не было рядом.

Богом промолчал, и эта тишина была красноречивее любых слов. Он не стал отрицать. Это ударило по Субину сильнее, чем если бы он начал оправдываться.

– Знаешь, что самое обидное? – Субин поднял глаза, полные непролитых слез. – Что я действительно тебя любил. Мне было восемнадцать, и я думал, что ты — мой весь мир. А я для тебя был просто удобным вариантом.

– Это неправда, – Богом сделал шаг вперед, сокращая дистанцию до минимума. – Ты никогда не был "просто вариантом". Я искренне заботился о тебе. Я хотел, чтобы ты был счастлив.

– Тогда почему ты не остановил меня, когда я подал на развод? – выкрикнул Субин, уже не заботясь о том, что на них оборачиваются прохожие. – Почему ты просто подписал бумаги и сказал "удачи"?

– Потому что я видел, как ты гаснешь рядом со мной, – голос Богома стал хриплым. – Ты заслуживал того, кто будет любить тебя первого и единственного. Кто не будет носить в сердце тень другого человека. Я отпустил тебя, потому что это был единственный способ дать тебе шанс на настоящую жизнь, а не на существование в моей золотой клетке.

Субин замер. Он никогда не думал об этом с такой стороны. Для него уход был бегством, актом отчаяния. Он думал, что Богом вздохнул с облегчением, когда дверь за ним закрылась.

– Я хочу, чтобы мы были друзьями, – продолжал Богом, осторожно касаясь ладонью щеки Субина. – Тэхён знает всё. Он не против. Он даже сам предложил пригласить тебя на ужин.

– На ужин? – Субин нервно рассмеялся. – Ты серьезно? Ты хочешь, чтобы я сидел за одним столом с человеком, который занял мое место? Который всегда был на моем месте, даже когда я спал в твоей постели?

– Никто не занимал твое место, Субин-а, – мягко сказал Богом. – У тебя в моей жизни всегда будет своя комната. Другая, отличная от его.

– Я не могу, хён, – Субин покачал головой, отстраняясь. – Может быть, когда-нибудь потом. Через год, через пять лет. Но не сейчас. Сейчас мне всё еще больно видеть тебя с ним.

Богом долго смотрел на него, и в его взгляде смешались грусть и понимание. Он кивнул, принимая этот отказ.

– Хорошо. Я не буду давить. Но обещай мне одну вещь.

– Какую?

– Перестань винить себя за то, что ты чувствуешь. Ты имеешь право на эту боль. Но не дай ей разрушить твое будущее. Ты будешь великим адвокатом, Субин. Я в этом никогда не сомневался.

Богом развернулся и пошел к машине. Субин стоял и смотрел ему вслед, пока красные огни фар не скрылись в вечерних сумерках.

Дождь снова начал накрапывать. Субин открыл сумку и достал зонт, который купил вчера. Он раскрыл его над головой, слушая мерный стук капель по ткани.

«Я желал ему счастья», – подумал он, делая первый шаг в сторону метро. – «И он счастлив. Теперь пришла пора мне найти свое».

Путь к исцелению был долгим, и сегодняшний вечер стал лишь первой ступенькой. Но впервые за два года Субин почувствовал, что он не просто тень прошлого. Он — Чхве Субин, человек со своей собственной судьбой, которая только начинается. И в этой судьбе больше не было места для чужих призраков. Только для него самого и для того будущего, которое он построит своими руками.