Нулевой пациент

Артур проснулся от того, что в его голове кто-то переключал каналы. Невидимый палец с силой вдавливал кнопки в мягкую ткань мозга, заставляя реальность вспыхивать белым шумом. Он попытался поднять руку, чтобы потереть виски, но рука не шевельнулась. Вместо этого его пальцы начали выстукивать по одеялу странный, рваный ритм, который он не заказывал.

– Доброе утро, мой маленький сосуд, – прозвучал голос.

Это не был голос в привычном понимании. Звук рождался не в ушах, а где-то за глазными яблоками, вибрируя в самой структуре черепа. Склизкий, влажный, преисполненный невыносимого высокомерия.

– Кто здесь? – прохрипел Артур, чувствуя, как во рту пересохло.

– О, мы всё еще играем в эту игру? – Нейракс, казалось, усмехнулся внутри его лобной доли. – Я — твой новый архитектор. Твой личный бог, уютно устроившийся между гиппокампом и твоим никчемным здравым смыслом. Посмотри в окно, Артур. Видишь это солнце? Скоро оно будет светить только для нас.

Артур почувствовал, как его тело само собой поднялось с кровати. Движения были кукольными, дергаными. Червь Neurax, тонкий, как волосок, и бесконечно более сложный, чем любая человеческая мысль, аккуратно обвивал ствол мозга, пробуя на вкус нейротрансмиттеры своего носителя.

– Остановись, – Артур вцепился пальцами в край стола, пытаясь сопротивляться чужой воле. – Уходи из моей головы.

– И пропустить такое зрелище? – Паразит пустил волну искусственного дофамина по венам мужчины, вызывая тошнотворное чувство эйфории. – Ты даже не представляешь, как долго я ждал подходящего момента. Мир так скучен, Артур. Люди едят, спят, размножаются и умирают, даже не осознавая, какой потенциал скрыт в их сером веществе. Но я... я сделаю вас произведениями искусства.

Артур почувствовал, как его ноги сами собой несут его к выходу из квартиры. Он хотел закричать, позвать на помощь, но челюсть словно онемела. Червь заблокировал речевой центр, оставив лишь возможность издавать невнятное мычание.

– Тише, тише, – прошептал Нейракс, посылая в мозг волну успокоения, от которой Артуру захотелось плакать. – Не порти момент. Мы идем в аэропорт. Нам нужно разнести благую весть.

– Ты... ты убьешь их всех? – мысленно взмолился Артур, когда они вышли на залитую солнцем улицу Лондона.

– Убить? Какое примитивное слово, – паразит внутри него явно обиделся. – Смерть — это финал. Я же предлагаю вечность. Я изменю их. Я заставлю их любить меня. Я стану их единственной истиной, их величайшим желанием. Ты — Нулевой Пациент, Артур. Ты — первый мазок на чистом холсте моей новой империи. Гордись этим.

На станции метро было тесно. Артур чувствовал запах чужого пота, парфюма и утреннего кофе. Для него это были запахи жизни, но для Нейракса это была карта целей. Артур чувствовал, как внутри него что-то шевелится — микроскопические яйца, готовые созреть и вырваться наружу с каждым его выдохом, с каждым прикосновением к поручню.

– Видишь ту женщину в красном плаще? – Голос червя стал вкрадчивым, почти интимным. – Подойди к ней. Она выглядит такой... восприимчивой.

– Нет, – Артур попытался затормозить, но его тело продолжало идти вперед с пугающей уверенностью хищника.

– О, не будь занудой, – хихикнул Нейракс. – Смотри, как это просто.

Артур, против своей воли, остановился рядом с женщиной. Его рука, словно живя своей жизнью, осторожно коснулась её плеча.

– Простите, – произнесли его губы голосом, который он сам едва узнал. В нем звучала странная, гипнотическая мелодия. – Кажется, у вас что-то упало.

Женщина обернулась. Она была молода, в её глазах читалось легкое замешательство.

– Что? О чем вы...

Артур выдохнул. Он почувствовал, как легкое облако невидимых спор покинуло его легкие. Нейракс внутри него ликовал, вибрируя от восторга. Артур увидел, как зрачки женщины на мгновение расширились, а затем в глубине её глаз промелькнуло нечто странное — тонкая, едва заметная золотистая искра.

– О... спасибо, – пробормотала она, и её лицо вдруг разгладилось, приняв выражение блаженного покоя. – Спасибо вам большое. У вас... очень добрые глаза.

– Видишь? – Нейракс довольно заурчал. – Она уже любит нас. Разве это не прекрасно, Артур? Никакой злобы, никакой агрессии. Только чистое, дистиллированное обожание.

– Ты превращаешь нас в овощи, – Артур почувствовал, как по его щеке скатилась слеза.

– Я превращаю вас в счастливых овощей, – поправил его паразит. – А теперь, идем. Самолет в Бразилию вылетает через два часа. Нам нужно опылить этот мир, пока ученые в своих белых халатах не начали совать нос в мои дела.

Весь путь до аэропорта Хитроу был для Артура кошмаром наяву. Он видел, как люди вокруг него начинают меняться. Кто-то вдруг останавливался посреди тротуара и начинал улыбаться пустоте. Кто-то бросал свои сумки и шел за Артуром, словно привязанный невидимой нитью. К тому моменту, как он подошел к стойке регистрации, за ним следовало уже трое «обращенных».

– Ты — мой мессия, Артур, – шептал Нейракс, когда они проходили паспортный контроль. – Ты несешь свет в этот темный мир.

– Ты просто извращенец, – Артур стиснул зубы. – Тебе нравится это чувство власти?

– Власти? О, бери выше. Мне нравится созидание. Я — художник, а человечество — моя глина. Я перепишу ваши инстинкты. Я сделаю так, что само упоминание моего имени будет вызывать у вас оргазм. Разве это не божественно?

В зале ожидания Артур сел на свободное кресло. Его тело наконец-то расслабилось, но это не было отдыхом. Это была пауза перед следующим актом.

– Почему я? – спросил он, глядя на свое отражение в витрине магазина беспошлинной торговли. Из зеркала на него смотрел человек с пустыми, лихорадочно блестящими глазами.

– Потому что ты был таким... обычным, – Нейракс, казалось, потянулся внутри его мозга, задевая центры удовольствия. – В тебе не было ничего выдающегося. Идеальный чистый лист. Мне нравится смотреть, как такая серость наполняется моим величием. Ты — мой любимый питомец, Артур. И я обещаю, я заставлю весь мир заботиться о тебе.

– Я хочу умереть, – честно признался Артур.

– Глупости. Смерть — это так неэффективно. Ты будешь жить долго. Очень долго. Я буду поддерживать твое тело в идеальном состоянии, пока мои дети будут пировать в головах миллиардов. Ты будешь сидеть на троне из их преданности, а я буду нашептывать тебе сказки о нашем триумфе.

В этот момент по громкой связи объявили посадку на рейс до Сан-Паулу. Артур встал. Его движения стали плавными, почти грациозными. Нейракс оттачивал контроль, привыкая к управлению сложным биологическим механизмом.

– Ну что, мой маленький пророк? – Голос паразита стал громче, перекрывая все остальные мысли. – Пойдем. У нас впереди целая планета, которую нужно научить повиновению.

Артур шел по телескопическому трапу, чувствуя, как внутри него пульсирует чужая, древняя и абсолютно безумная воля. Он знал, что через несколько недель мир, который он знал, перестанет существовать. Не будет войн, не будет голода, не будет ненависти. Будет только бесконечный, липкий шепот в головах миллионов людей.

– Я люблю тебя, Артур, – прошептал Нейракс, посылая очередную волну искусственного счастья.

Артур не ответил. Он просто улыбнулся стюардессе на входе в самолет, и та, заглянув в его золотистые глаза, улыбнулась в ответ — точно такой же, пустой и восторженной улыбкой.

– Я знаю, – наконец подумал Артур, и эта мысль уже не была его собственной. – Мы все тебя любим.

Червь Neurax довольно свернулся кольцом вокруг гипофиза. Игра только начиналась, и он не собирался проигрывать. В конце концов, боги не проигрывают своим творениям. Они их просто переделывают под себя.