Секс

В тот день на острове Бамбу стояла невыносимая жара. Воздух дрожал над песчаным пляжем, а джунгли словно замерли в ожидании хоть малейшего дуновения ветра. Но для Эми Роуз причиной нестерпимого жара была вовсе не погода. Внутри неё полыхал пожар, который не могли потушить ни освежающие коктейли Мех-Би, ни купание в океане. Это был затяжной, мучительный «недотрах», как она сама грубо называла это про себя в моменты особого раздражения.

Соник, как назло, сегодня был особенно невыносим. Его самоуверенная ухмылка, то, как он поправлял свои синие иглы, и его бесконечные геройские позы доводили Эми до точки кипения. Она больше не хотела ждать. Ей надоели эти вечные догонялки и невинные свидания.

– Соник, мне нужна помощь с кое-какими вещами в доме, – бросила она, когда они проходили мимо её хижины после очередной потасовки с роботами Эггмана. Голос её звучал резче, чем обычно.

– Оу, Эми, ты же знаешь, я планировал забежать к Тейлзу... – начал было синий ёж, потирая затылок.

– Это не обсуждается, – отрезала она, буквально схватив его за локоть и потянув за собой. – Живо.

Соник вскинул брови. Такая напористость была ему в новинку, но что-то в её взгляде – лихорадочном и тёмном – заставило его промолчать и подчиниться.

Как только дверь её дома захлопнулась, Эми даже не дала ему времени осмотреться.

– Иди в спальню, – скомандовала она, уже снимая на ходу свои перчатки.

– Эй, Эми, полегче! – усмехнулся Соник, стараясь скрыть нарастающее волнение. – Если ты хотела пригласить меня на свидание в спальню, могла бы просто попросить.

– Заткнись и иди, – бросила она через плечо.

Когда он вошёл в комнату, наполненную ароматом лаванды и ванили, Эми уже ждала его. Она стояла спиной к нему, прямо посреди широкой кровати. Соник остановился в дверях, его дыхание сбилось.

Эми медленно, вызывающе медленно, начала наклоняться вперёд. Она упёрлась ладонями в покрывало, выгибая спину так сильно, что её короткое розовое платье задралось выше талии. Она встала в самую бесстыдную позу, которую только можно было вообразить, – раком, выставив свои округлые бедра прямо перед его лицом.

На ней не было белья.

Соник почувствовал, как кровь мгновенно отлила от головы. Между её ног, в самой сокровенной глубине, всё блестело от влаги. Эми была настолько возбуждена, что её естественная смазка стекала по нежной коже, дразняще поблескивая в лучах заходящего солнца, пробивавшихся сквозь жалюзи.

– Ну что, герой? – прошептала она, оглядываясь через плечо. Её глаза горели вызовом. – Так и будешь стоять и смотреть, как я тут теку от одного твоего вида?

Соник издал низкий, почти рычащий звук. Весь его образ «хорошего парня» осыпался, как старая штукатурка. Он в два шага преодолел расстояние до кровати, его руки, всё ещё в перчатках, грубо легли на её бедра, сжимая их до белых пятен.

– Ты специально это устроила, да? – его голос стал неузнаваемым, хриплым и властным. – Притащила меня сюда, чтобы показать, какая ты грязная маленькая шлюшка?

Эми вздрогнула от его слов, и по её телу пробежала волна экстаза. Это было именно то, что ей было нужно. Никакой нежности. Никакой романтики. Только эта первобытная, грубая жажда.

– Да... – выдохнула она, прижимаясь лицом к подушке. – Я хочу, чтобы ты это сделал. Прямо сейчас.

– Ты посмотри на себя, – Соник одной рукой бесцеремонно раздвинул её ягодицы, открывая себе полный вид на её сочащуюся щелку. – Ты же просто истекаешь соком. Сколько ты об этом мечтала, Эми? Сколько раз ты представляла, как я буду пользовать тебя, как последнюю девку?

– Всегда... – простонала она, чувствуя, как его горячее дыхание обжигает её кожу.

Соник не стал тратить время на прелюдии. Он быстро расправился со своими кроссовками и спортивными лентами, его возбуждение было настолько сильным, что причиняло почти физическую боль. Он пристроился сзади, его твердый член упёрся в её мокрый вход.

– Ты заслужила это, – прорычал он ей в самое ухо, хватая её за розовые иглы и заставляя откинуть голову назад. – Сейчас я выебу из тебя всю эту спесь.

Одним мощным толчком он вошёл в неё на всю длину. Эми вскрикнула, её пальцы впились в простыни. Это было остро, глубоко и невероятно правильно. Её узкие мышцы судорожно сжались вокруг него, заставляя Соника зашипеть от удовольствия.

– О боже, Соник... – всхлипнула она.

– Не называй меня по имени, – он начал двигаться, задавая жесткий, рваный темп. – Для тебя я сейчас тот, кто будет иметь тебя, пока ты не начнешь умолять о пощаде. Поняла меня, сучка?

– Да... поняла... – Эми задыхалась, подстраиваясь под его толчки. Каждый удар его бедер о её ягодицы отзывался в голове вспышками салюта.

Соник не сдерживался. Он вбивался в неё со скоростью, на которую был способен только он, превращая их близость в настоящий марафон похоти. Комната наполнилась звуками шлепков плоти о плоть и их тяжелым, прерывистым дыханием.

– Тебе нравится, когда я так с тобой разговариваю? – он наотмашь шлепнул её по заднице, оставляя красный след. – Нравится чувствовать себя использованной?

– Да! Ещё! – кричала Эми, теряя связь с реальностью. – Сильнее, Соник! Разнеси меня!

– Смотрите-ка, наша правильная Эми Роуз на самом деле просто хочет, чтобы её жестко трахнули, – он перехватил её за талию, приподнимая и вбиваясь ещё глубже, под углом, который заставлял её буквально выгибаться дугой. – Ты такая мокрая, такая тесная... Ты создана для того, чтобы принимать меня внутри.

Эми чувствовала, как внутри неё нарастает неодолимая волна. Её недотрах превращался в неистовое пламя, которое вот-вот должно было взорваться. Она чувствовала каждое движение его члена внутри, то, как он заполняет её до предела.

– Я сейчас... я сейчас кончу! – прохрипела она, её тело начало мелко дрожать.

– Нет, ты не кончишь, пока я не разрешу, – Соник на секунду замедлился, доводя её до края и намеренно удерживая там. – Сначала скажи мне, чья ты дырка?

– Твоя... только твоя! – Эми уже не соображала, что говорит, её разум затуманился от наслаждения.

– Хорошая девочка, – он снова ускорился, переходя на предельную скорость. – Тогда получай всё, что хотела.

Последние толчки были настолько мощными, что кровать жалобно заскрипела. Соник чувствовал, как её внутренности пульсируют, зажимая его в тиски, и сам больше не мог сдерживаться. С гортанным рыком он прижал её к матрасу и излился глубоко внутрь неё, наполняя её горячим семенем.