Окумура

Ночной воздух Сеула был прохладным, но Окумура Юки его почти не чувствовал. Он стоял на крошечном балконе своей съемной квартиры, прислонившись спиной к облупившейся стене. В пальцах тлела сигарета — вредная привычка, которую он приобрел совсем недавно, чтобы хоть как-то унимать дрожь в руках после бесконечных смен на подработках.

Юки затянулся, глядя на огни города. Ему было всего шестнадцать. Метис, наполовину кореец, наполовину японец, он всегда выделялся в толпе. Густые черные волосы, вечно взлохмаченные и лезущие в глаза, пронзительный взгляд ярко-голубых глаз и атлетичное телосложение, которого он добился изнурительными тренировками. Поскольку Юки не обладал магией и не пробудился как охотник, он решил, что станет настолько сильным физически, насколько это возможно для человека. Его торс и правая рука были покрыты сложными татуировками — цветы, геометрия, абстрактные линии, переплетающиеся в единый узор, который скрывал его одиночество от мира.

Но неделю назад его жизнь окончательно раскололась на «до» и «после».

Дверь на балкон была приоткрыта. Там, в полумраке комнаты, спала маленькая девочка. Амалия. Его дочь.

Юки до сих пор помнил лицо той женщины, матери ребенка, с которой он переспал по глупости на одной из вечеринок год назад. Она пришла к нему, швырнула документы и ребенка, заявив, что девочка ей не нужна, что она видеть её не может. «Делай с ней что хочешь», — бросила она напоследок. ДНК-тест подтвердил невозможное. Амалия была его маленькой копией, за исключением глаз — они у неё были нежно-бирюзовыми.

– И что мне с тобой делать, мелочь? – прошептал Юки, выпуская дым.

Он был сиротой. У него не было никого, кроме лучшего друга Сон Сухо. Но даже Сухо не знал об этом секрете. Юки боялся. Боялся осуждения, боялся, что его сочтут безответственным, или, что еще хуже, заберут Амалию в приют. Он не мог этого допустить.

На следующее утро Юки чувствовал себя разбитым. Экзамены в школе, работа грузчиком по вечерам и бессонные ночи с младенцем превращали его жизнь в ад.

– Эй, Юки! Выглядишь паршиво, – раздался звонкий голос Сухо в школьном коридоре.

Юки вздрогнул и натянул на лицо привычную маску спокойствия. Он поправил воротник куртки, скрывая татуировку на шее и черную цепочку с кулоном.

– А, Сухо... Привет. Просто не выспался... Эти экзамены выматывают, – он слегка улыбнулся, стараясь, чтобы голос не дрожал.

– Друг, тебе нужно больше отдыхать, – Сухо похлопал его по плечу. – Ты и так пашешь как проклятый. Зачем тебе столько денег?

– Коплю на будущее, – уклонился от ответа Юки. – Ладно, мне пора.

– Хорошо, до понедельника! Отдохни как следует, – помахал ему рукой сын величайшего охотника.

– Ага, – Юки зевнул и побрел к выходу.

Дома его ждала госпожа Пак — добрая соседка, которая присматривала за Амалией, пока Юки был в школе. Её собственные дети давно уехали за границу, забыв о матери, и в молодом парне с ребенком она нашла того, о ком могла позаботиться.

– Ох, Юки-я, ты совсем бледный, – запричитала она, передавая ему проснувшуюся девочку. – Иди, я приготовила немного супа, поешь. Амалия сегодня была паинькой.

– Спасибо, госпожа Пак. Я не знаю, что бы делал без вас.

Суббота выдалась солнечной. Юки решил, что ребенку нужен свежий воздух, да и продукты в холодильнике закончились. Он надел серую облегающую футболку, которая выгодно подчеркивала его развитую мускулатуру груди и пресса, черные штаны и кроссовки. Нацепив солнцезащитные очки, чтобы скрыть темные круги под глазами, он посадил Амалию в коляску и вышел на улицу.

Он не знал, что в этот же торговый центр решил зайти Сон Джинву.

После развода с Хэин, которая предала его, изменив с бывшим лучшим другом, Джинву искал покоя. Мир охотников был полон пафоса и крови, но здесь, среди обычных людей, он пытался найти хоть какую-то опору. Сухо часто рассказывал ему о своем друге Юки — парне без магии, но с невероятной силой воли. Джинву видел Юки пару раз издалека, и каждый раз его внимание цеплялось за этого юношу. Юки был для него словно лучик света в той тьме, в которую превратилась личная жизнь Верховного охотника. В нем была какая-то первобытная, чистая энергия, не запятнанная маной, но полная жизни.

Джинву стоял у витрины магазина электроники, когда заметил знакомую фигуру. Юки шел по аллее, толкая перед собой коляску.

«Ребенок?» — Джинву замер. Сухо никогда не упоминал о том, что у его друга есть сестра или кто-то еще.

Юки остановился у лавочки, чтобы поправить одеяльце девочке. Амалия проснулась и потянула ручки к отцу. Юки улыбнулся — это была самая искренняя и теплая улыбка, которую Джинву когда-либо видел. Парень осторожно взял малышку на руки, прижав к своей широкой груди. На фоне его татуировок и сурового вида эта сцена выглядела невероятно трогательно.

– Ну чего ты, маленькая? – тихо ворковал Юки, не замечая ничего вокруг. – Сейчас купим смесь и пойдем домой. Потерпи еще немного.

Джинву не удержался. Он медленно подошел ближе, скрывая свою ауру, чтобы не напугать парня.

– Красивая девочка, – негромко произнес он.

Юки вздрогнул и резко обернулся. Увидев перед собой отца Сухо, он едва не выронил Амалию. Его сердце ушло в пятки.

– Господин... господин Сон? – Юки побледнел. – Что вы здесь делаете?

– Просто гуляю, – Джинву внимательно посмотрел на ребенка. Бирюзовые глаза девочки смотрели на него с любопытством. – Она очень похожа на тебя.

Юки сглотнул, чувствуя, как ладони становятся влажными. Скрывать правду перед человеком, который видит людей насквозь, было бессмысленно.

– Это моя дочь, – выдохнул он, опуская голову. – Пожалуйста... Сухо не знает. Никто не знает.

Джинву почувствовал странный укол в груди. Не гнев, не осуждение, а глубокое сочувствие и... восхищение? Этот мальчик, лишенный магии, в одиночку нес на плечах груз, который сломал бы многих взрослых. В его глазах светилась такая решимость защитить это маленькое существо, что Джинву невольно сравнил его с собой в те времена, когда он только начинал свой путь.

– Сколько ей? – спросил Джинву, подходя на шаг ближе.

– Почти год, – Юки прижал Амалию крепче. – Её мать... она просто оставила её мне. Сказала, что ей всё равно.

– И ты не отказался от неё, – это был не вопрос, а констатация факта.

– Как я мог? – Юки поднял глаза, и в их голубизне Джинву увидел сталь. – Она — это всё, что у меня есть. Я буду работать на десяти работах, если придется. Я стану для неё всем.

Джинву молчал долгое время, глядя на этого невероятного подростка. В мире, где все гнались за рангами и мощью, перед ним стоял настоящий герой. Без магического ранга, но с сердцем титана.

– Тебе не обязательно делать это в одиночку, Юки, – тихо сказал Джинву.

– Я справлюсь, – упрямо ответил парень. – Я сильный. Вы же сами видели, я тренируюсь каждый день.

– Сила — это не только мышцы, – Джинву позволил себе легкую полуулыбку. – Но я уважаю твой выбор. Твой секрет останется со мной. Пока ты сам не решишь рассказать Сухо.

Юки заметно расслабился. Плечи, которые он привык держать в напряжении, немного опустились.

– Спасибо, господин Сон.

– Просто Джинву, – поправил его охотник. – И... если тебе когда-нибудь станет слишком тяжело, помни, что есть люди, готовые подставить плечо.

Юки кивнул, провожая взглядом уходящего Джинву. Он не понимал, почему этот великий человек проявил к нему интерес, но в тот момент ему впервые за долгое время стало чуточку легче.

Он посадил Амалию обратно в коляску и поправил очки. Впереди была долгая дорога, школа, работа и сотни трудностей, но теперь, в тени его татуированного тела, билось не одно сердце, а два. И он был готов сразиться с целым миром ради своей маленькой Амалии.

А Сон Джинву, идя по людной улице, поймал себя на мысли, что этот парень действительно стал для него чем-то особенным. Лучиком света, который напомнил ему, ради чего на самом деле стоит сражаться в этом мире. Не ради уровней и трофеев, а ради тех, кто ждет тебя дома.