Тень

Сон Джинву стоял у панорамного окна своей гостиной, глядя на огни ночного Сеула. В доме царила удушающая, почти музейная безупречность. Ча Хэ Ин, его прекрасная жена, спала наверху, и её дыхание было ровным, как у фарфоровой куклы. Сын, Сон Сухо, гордость отца и надежда человечества, тоже видел сны в своей комнате. Всё в жизни Теневого Монарха было именно таким, каким он когда-то мечтал его сделать: безопасным, светлым и правильным.

Но именно эта правильность медленно душила его.

Джинву сжал кулак, чувствуя, как под кожей перекатывается мощь, способная стирать миры. В этом мире ему не было равных, не было вызовов, не было... жизни. Он чувствовал себя экспонатом в золотой клетке, пока три месяца назад в его реальности не появилась трещина.

Киллер. Тень, облаченная в черное, с мотоциклетным шлемом, скрывающим лицо. Он не был охотником в привычном понимании, он не использовал ману так, как это делали другие. Но он был быстр, смертоносен и обладал пугающим знанием человеческой анатомии. Он убивал тех, кого не могла достать рука закона: насильников, работорговцев, мразей, откупившихся от судов.

И Джинву, вместо того чтобы остановить его как страж порядка, нашел в этих столкновениях свой спасательный круг.

Каждая их схватка была танцем на грани. Парень в шлеме умудрялся бить по болевым точкам так точно, что даже мышцы Монарха на мгновение немели. Они дрались на равных в рукопашную, без магии, только голые рефлексы и жажда чувствовать сопротивление. Иногда они, не сговариваясь, работали вместе, зачищая притоны, а потом снова сходились в короткой, яростной дуэли.

Но уже три дня город был пуст. Тишина давила на уши.

– Где же ты? – прошептал Джинву, вглядываясь в темноту переулков.

Его разрывало беспокойство, совершенно не подобающее богу этого мира. Он привык контролировать всё, но этот незнакомец был переменной, которую он не хотел вычислять. Он хотел, чтобы тот просто был.

***

В паре кварталов от особняка Сон, в пентхаусе с видом на реку Хан, Окумура Юки стоял на балконе. На нем не было ничего, кроме свободных домашних штанов. Ночной воздух холодил кожу, покрытую каплями пота после интенсивной тренировки. Ярко-голубые глаза, обычно насмешливые, сейчас были затуманены легкой дымкой усталости и алкоголя.

Юки сделал глоток виски прямо из горлышка и затянулся сигаретой. Пепел сорвался вниз, подхваченный ветром. На его правом плече и груди в лунном свете отчетливо проступала массивная татуировка — хитросплетение черных узоров и цветов, которые казались живыми в полумраке.

Ему было всего восемнадцать, он был лучшим другом Сона Сухо, «обычным» парнем с пирсингом в ушах и вечной полуулыбкой на лице. Но сейчас, в одиночестве, маска спадала.

– Три дня, – усмехнулся Юки, выпуская облако дыма. – Наверное, Великий Монарх уже места себе не находит.

Он знал, кто такой Сон Джинву. Трудно было не узнать человека, который является легендой. Но Юки не боялся его. Напротив, в этих ночных схватках он видел то, чего не замечали другие: Джинву был мертв внутри. Его идеальная семья, его идеальный статус — всё это было лишь красивым саваном. И Юки, надевая шлем и беря в руки ножи, становился для него единственным доказательством того, что кровь в жилах Джинву всё еще может кипеть.

Юки прикрыл глаза, наслаждаясь тишиной. Ему нравилось это чувство власти над эмоциями самого сильного существа на планете. Он знал, что Джинву ищет его. Чувствовал этот незримый зов силы.

Внезапно позади него в комнате раздался шорох. Юки не обернулся. Он лишь чуть сильнее сжал бутылку.

– Ты поздно, Сухо, – произнес он, не открывая глаз. – Твой отец не одобряет ночные прогулки, даже если ты уже почти взрослый.

Дверь на балкон открылась шире, и в проеме показался Сон Сухо. Он выглядел взволнованным.

– Юки, ты не выходил на связь три дня! – Сухо подошел к другу и нахмурился, заметив виски. – Опять? Что с тобой происходит?

Юки медленно повернулся. Его растрепанные черные волосы упали на лоб, а в голубых глазах блеснул опасный огонек.

– Просто отдыхаю, друг. Мир слишком скучен, если не брать от него всё, – он сделал еще один глоток и облокотился на перила. – Как там дома? Твой отец всё так же безупречен?

Сухо вздохнул, становясь рядом.

– Отец в последнее время сам не свой. Постоянно пропадает по ночам, возвращается взвинченный. Мама волнуется, хотя и не подает виду. Мне кажется, он что-то ищет. Или кого-то.

Юки тихо рассмеялся. Звук был хриплым и странно приятным.

– Ищет, говоришь? Может, ему просто не хватает хорошей встряски. Знаешь, Сухо, иногда идеальная жизнь — это самая страшная тюрьма.

– Ты говоришь странные вещи, – Сухо посмотрел на татуировку друга. – Откуда в тебе эта тяга к грани? Ты ведь мог бы стать великим охотником, официально.

– Официально — это скучно, – Юки щелчком отправил окурок в полет. – Официально — это когда за тебя решают, кто враг, а кто друг. Я предпочитаю выбирать сам.

Он посмотрел на Сухо, и на мгновение тому стало не по себе от глубины этого взгляда. Юки выглядел гораздо старше своих лет. В нем чувствовалась древняя, дикая сила, которая не имела отношения к системе или рангам.

– Ладно, иди домой, – Юки мягко толкнул друга в плечо. – Скоро рассвет. А мне нужно выспаться. У меня предчувствие, что следующая ночь будет жаркой.

Когда Сухо ушел, Юки снова остался один. Он зашел в комнату, где на кровати лежал его черный костюм и матовый шлем. Коснувшись пальцами холодного пластика, он прошептал:

– Ну что, Джинву... давай посмотрим, как долго ты сможешь притворяться счастливым.

***

Джинву не выдержал. Он сорвался с места, когда часы пробили три часа ночи. Тенью он скользнул через окно, мгновенно перемещаясь по крышам зданий. Его чувства были обострены до предела.

Он не использовал «Сенсорное восприятие» в полную силу, чтобы не спугнуть добычу, но он искал тот самый уникальный след — запах озона, металла и чего-то еще, что принадлежало только тому парню.

Остановка на крыше старого склада в промышленном районе. Здесь они дрались в прошлый раз. Джинву закрыл глаза, восстанавливая в памяти каждое движение незнакомца. Тот был ниже его, гибче, его удары были похожи на укусы змеи. И эта его манера... он никогда не сдавался. Даже когда Джинву прижимал его к стене, парень умудрялся вывернуться, оставив после себя лишь дерзкий смешок.

– Я знаю, что ты здесь, – негромко сказал Джинву в пустоту.

Из тени за вентиляционной трубой вышел человек. Черная куртка, шлем в руках. В этот раз он не стал его надевать.

Джинву замер. Перед ним стоял парень с ярко-голубыми глазами и растрепанными черными волосами. Юки.

Шок был настолько сильным, что Монарх на мгновение потерял контроль над своей аурой. Тени вокруг него взметнулись, готовые поглотить всё живое, но Юки даже не дрогнул. Он лишь криво усмехнулся, глядя прямо в глаза отцу своего лучшего друга.

– Долго же ты соображал, Сон Джинву, – голос Юки звучал насмешливо. – Я думал, Теневой Монарх быстрее свяжет два и два.

– Ты... – Джинву сделал шаг вперед, его голос дрожал от смеси ярости и странного облегчения. – Юки? Друг моего сына?

– Именно так, – Юки бросил шлем на бетонный пол. – Ночью я — тот, кто заставляет твое сердце биться. Днем — тот, кто пьет колу с твоим сыном и обсуждает видеоигры. Какая ирония, правда?

Джинву смотрел на него, и в его голове рушился образ той самой «музейной» реальности. Этот мальчишка, которого он видел на семейных ужинах, был тем самым монстром, который возвращал его к жизни в подворотнях.

– Зачем? – только и смог спросить Джинву.

Юки подошел ближе. Между ними осталось меньше метра. Несмотря на разницу в силе, Юки смотрел на него как на равного. Или даже как на того, кто нуждается в жалости.

– Потому что ты задыхаешься, – просто ответил Юки. – Ты создал мир, в котором тебе нет места. Ты — бог, которому не поклоняются, а которого просто не замечают в его человеческой маске. Тебе скучно, Джинву. И мне тоже.

Юки протянул руку и коснулся груди Джинву, прямо там, где под кожей билось мощное сердце.

– Я — твой спасательный круг. И ты не убьешь меня, и не сдашь полиции. Потому что без наших ночей ты снова станешь просто красивой статуей в своем идеальном доме.

Джинву схватил парня за запястье. Его хватка могла бы раздробить сталь, но Юки лишь приподнял бровь, не выказывая боли.

– Ты играешь с огнем, – прорычал Джинву.

– Я и есть огонь, – парировал Юки, сокращая дистанцию до минимума. – Ну что, продолжим наш танец? Или ты сегодня слишком «отец семейства» для этого?

В глазах Юки вспыхнул тот самый азарт, который Джинву видел каждую их встречу. И в этот момент Сон Джинву понял: тайна, которую он хранил три месяца, только что стала его самым опасным и желанным проклятием.

Он не отпустил запястье Юки. Напротив, он дернул его на себя, заставляя столкнуться грудью.

– Ты не имеешь права так со мной разговаривать, – прошептал Джинву, но в его голосе не было приказа. Только жажда.

– Права? – Юки рассмеялся ему в лицо. – В этом городе у кого сила, у того и права. Давай, Монарх. Покажи мне, что ты еще жив.

И они снова сошлись в схватке. Но в этот раз это было иначе. Каждое касание, каждый блок ощущались острее. Это не была битва врагов. Это была битва двух одиночеств в мире, который стал для них слишком тесным.

Джинву чувствовал запах пота и дорогого парфюма Юки, видел, как играют мышцы под его татуировками. Юки был воплощением хаоса, который так отчаянно требовался его упорядоченной душе.

Когда они наконец разошлись, оба тяжело дышали. Юки вытер кровь с разбитой губы и улыбнулся — искренне, без тени издевки.

– Увидимся завтра на ужине, Сон Джинву. Не забудь спросить Сухо, как у меня дела в колледже.

С этими словами Юки прыгнул с крыши, растворяясь в ночи прежде, чем Джинву успел что-то ответить.

Монарх остался один на крыше. Его кулаки всё еще дрожали от адреналина. Он знал, что завтра ему придется сидеть за одним столом с этим парнем, смотреть, как он улыбается Хэ Ин и дает советы Сухо. Он будет видеть этого «идеального друга», зная, какой вкус у его крови и какой огонь горит в его глазах.

И самое страшное было в том, что Джинву ждал этого ужина больше, чем любого другого события в своей жизни. Идеальная семья осталась там, внизу, в свете ночников. А здесь, наверху, в тени и холоде, он наконец-то чувствовал себя живым.