Брак

Токио задыхался от влажного ночного зноя. Город, никогда не знавший сна, переливался неоновыми огнями, отражаясь в панорамных окнах элитных апартаментов в районе Минато. Юки Окумура стоял на балконе тридцатого этажа, чувствуя, как прохладный ветерок едва касается его обнаженного торса.

Ему было всего двадцать, но в мире охотников его имя произносили с благоговейным трепетом. S-ранг. Охотник, чьё пламя было не рыжим и не золотым, а иссиня-чёрным, пожирающим саму суть монстров, выходящих из врат. Юки был невероятно хорош собой: высокий, атлетически сложенный, с рельефными мышцами, по которым сейчас скатывались редкие капли пота после тренировки. Его густые чёрные волосы были растрепаны, а ярко-голубые глаза, казалось, светились в темноте не хуже рекламных вывесок Сибуи.

На его правом плече и груди раскинулась сложная татуировка — хитросплетение узоров и цветов, которые казались живыми, когда мышцы перекатывались под светлой кожей. В ушах поблескивал пирсинг, а на шее на тонкой цепочке висел кулон — единственное напоминание о временах, когда он ещё не был «богом среди людей».

Юки сделал глоток дорогого виски, чувствуя приятное жжение в горле, и затянулся сигаретой. Тонкая струйка дыма смешалась с ночным воздухом.

– Папа?

Тихий сонный голос заставил его обернуться. В дверях балкона стояла маленькая фигурка. Асалия. Его годовалая дочь, его маленькое чудо и единственная слабость. Она была точной копией отца — те же черные волосы, те же черты лица, обещающие в будущем ослепительную красоту. Единственным отличием были её глаза — пронзительно-зелёные, как утренняя роса на листьях сакуры.

Мать девочки исчезла почти сразу после родов. Она бросила младенца, заявив, что это «отродье» разрушит её жизнь, и ушла, не оглядываясь. Юки тогда лишь усмехнулся. Он не нуждался в той, кто не видит ценности в собственной крови.

– Почему ты не спишь, маленькая искра? – Юки присел на корточки, и на его лице появилась мягкая, несвойственная ему улыбка.

Он взял её на руки, ощущая тепло маленького тела. Девочка уткнулась носом в его плечо, мгновенно успокаиваясь. Юки собирался вернуться в комнату, как вдруг его взгляд упал на собственную правую руку.

На безымянном пальце, прямо поверх татуированной кожи, пульсировало нечто странное. Тёмная, призрачная энергия сгустилась, обретая форму кольца. Оно не было золотым или платиновым. Оно состояло из чистой тьмы, переплетённой с фиолетовыми искрами. Теневое кольцо.

– Что за чертовщина... – прошептал Юки, пытаясь коснуться украшения, но пальцы проходили сквозь него, ощущая лишь ледяной холод, от которого по коже пробежали мурашки.

Кольцо словно вросло в его ауру, связывая его с кем-то бесконечно далеким и в то же время пугающе близким.

***

Сеул. Здание Ассоциации охотников Кореи.

Гул голосов в главном зале мгновенно стих, когда двери кабинета председателя распахнулись от мощного удара магической волны. Сон Джинву, Теневой Монарх, человек, перед которым склонялись короли и боги, выглядел так, будто готов был стереть это здание с лица земли.

– Кто из вас это сделал?! – голос Джинву прозвучал подобно раскату грома, заставляя сотрудников Ассоциации вжаться в кресла.

– Господин Сон, мы... мы не понимаем, о чём вы... – пролепетал один из чиновников, дрожа всем телом.

Джинву вскинул левую руку. На его безымянном пальце горело точно такое же кольцо из тёмной энергии, какое появилось у Юки в Токио. Оно пульсировало в ритм его сердца, и Джинву чувствовал, как через эту связь к нему приходят отголоски чужих эмоций: спокойствие, запах виски и табака, и бесконечная нежность к кому-то маленькому.

– Это магический контракт высшего порядка, – Джинву подошёл к столу, и поверхность мебели покрылась трещинами под его ладонью. – Вы допустили вмешательство артефакта древнего уровня во время последней зачистки. Вы сказали, что всё под контролем. А теперь я женат. На мужчине. В другой стране!

– Мы... мы проводим расследование, – заикаясь, ответил представитель Ассоциации, кланяясь так низко, что едва не касался лбом пола. – Окумура Юки... S-ранг из Японии. Система выбрала его как наиболее совместимую по силе сущность для стабилизации вашего избыточного резонанса. Это судьба, господин Сон!

– Судьба? – Джинву прищурился, и тени в углах комнаты зашевелились, принимая угрожающие формы. – У меня есть невеста. Ча Хэ Ин ждёт объявления о помолвке.

В этот момент двери кабинета снова открылись, и вошла Ча Хэ Ин. Она выглядела безупречно, как всегда, но её взгляд сразу зацепился за кольцо на руке Джинву.

– Джинву-я, что происходит? – спросила она, нахмурившись. – В новостях уже пишут о каком-то «энергетическом союзе» с японским охотником. Это шутка?

Джинву посмотрел на неё, ожидая увидеть сочувствие или хотя бы тревогу за его состояние. Но в глазах Хэ Ин он прочитал нечто иное. Там был холодный расчет и едва скрываемое раздражение.

– Это кольцо... оно портит наш имидж, – продолжила она, подходя ближе. – Если ты связан с этим Окумурой, акции моей семьи упадут. Ты должен немедленно разорвать это. Ты же Монарх, ты сильнее любой магии.

Джинву замер. Слова Хэ Ин больно резанули по ушам. «Наш имидж»? «Акции семьи»? Он смотрел на женщину, которую считал своей судьбой, и впервые видел её по-настоящему. За маской невинности и хрупкости скрывалась холодная карьеристка, которую интересовал только его статус сильнейшего охотника в мире и те блага, которые этот статус приносил.

– Значит, тебя волнуют только акции? – тихо спросил он.

– А что ещё должно меня волновать? – Хэ Ин вскинула подбородок. – Мы — лицо Кореи. Ты не можешь быть связан с каким-то татуированным мальчишкой из Токио, который только и делает, что светит мышцами в журналах и воспитывает незаконнорожденного ребенка.

Джинву почувствовал странный укол защиты. Через кольцо он ощутил волну тепла и тихую колыбельную, которую Юки в этот момент напевал Асалии. Это было так искренне и чисто, что контраст с гнилой душой Хэ Ин стал невыносимым.

– Этот «мальчишка», как ты выразилась, — S-ранг, – отрезал Джинву. – И, кажется, он куда более настоящий человек, чем ты.

– Что ты сказал? – Хэ Ин всплеснула руками. – Джинву, опомнись! О нем ходят слухи... он ведет разгульный образ жизни, он опасен!

– Он отец, который не бросил своего ребенка, – Джинву развернулся к выходу. – В отличие от тех, кто готов бросить всё ради статуса.

Он вышел из здания, игнорируя вспышки камер журналистов. Кольцо на пальце стало теплее. Джинву закрыл глаза и на мгновение позволил себе сосредоточиться на связи. Он увидел — не глазами, а душой — балкон, ночной Токио и мужчину с невероятно голубыми глазами, который прижимал к себе спящую девочку.

Юки Окумура.

Тот, кажется, тоже почувствовал его присутствие. В голове Джинву прозвучал низкий, чуть хриплый голос, пронизанный иронией:

– Ну привет, «муженёк». Надеюсь, ты не слишком злишься, что я курю в твое отсутствие?

Джинву непроизвольно улыбнулся. Это было безумие. Это была катастрофа. Но почему-то впервые за долгое время он почувствовал, что жизнь перестала быть скучной чередой зачисток подземелий.

– Я скоро буду, – мысленно ответил Джинву. – Приготовь второй бокал виски. Нам нужно обсудить условия нашего... союза.

На другом конце пролива Юки Окумура усмехнулся, глядя на кольцо, которое теперь сияло мягким фиолетовым светом.

– Жду с нетерпением, Сон Джинву. Посмотрим, так ли ты хорош, как о тебе пишут.

Судьба, возможно, совершила ошибку, но для Джинву эта ошибка стала шансом вырваться из золотой клетки фальшивой любви и обрести нечто гораздо более могущественное и опасное. Чёрное пламя и Тень были готовы встретиться. И мир содрогнется от этого союза.