наша тайна

Утро началось с привычного ритуала перед зеркалом. Даша скользнула взглядом по своему отражению: ярко-рыжие волосы волнами спадали на плечи, а голубые глаза лучились лукавством. При росте в сто шестьдесят сантиметров она казалась хрупкой статуэткой, но внутри этой статуэтки скрывался настоящий чертенок. Она знала, как на нее смотрят парни, и умело этим пользовалась, особенно когда дело касалось одного конкретного человека.

На пути к школе она «случайно» столкнулась с Деном. Тот расплылся в улыбке, предлагая донести ее сумку. Даша знала, что Ден в нее влюблен, и хотя ее сердце принадлежало другому, она позволила ему идти рядом.

Когда они вместе переступили порог школы, Даша сразу почувствовала на себе тяжелый, обжигающий взгляд. Даня, которого все звали просто Рыжим, стоял у окна. Его высокий рост — сто девяносто два сантиметра — позволял ему возвышаться над толпой. Спортивная фигура, такие же рыжие волосы и льдисто-голубые глаза, в которых сейчас плескалась скрытая ярость.

– Спасибо, Ден, ты такой милый, – громко произнесла Даша, кокетливо поправляя прядь волос и краем глаза наблюдая за Рыжим.

Даня не шевельнулся, лишь желваки заходили на его лице. Он любил ее до безумия, но поклялся себе, что никогда не покажет этой слабости. Для него чувства были сродни поражению. Он лишь крепче сжал лямку рюкзака и отвернулся, делая вид, что разговор с друзьями ему интереснее.

Вечер принес новые приключения. Маша позвонила внезапно, ее голос в трубке дрожал от предвкушения:

– Дашка, забей на уроки! Идем в клуб, там сегодня будет жарко.

Даша не раздумывала долго. Она выбрала самое откровенное, черное облегающее платье, которое едва прикрывало бедра. «Пусть видит, если придет. Пусть мучается», – пронеслось в голове.

В клубе музыка била по перепонкам, а коктейли лились рекой. Маша и Даша танцевали до упаду, пока мир не начал слегка вращаться. Когда пришло время уходить, ноги слушались плохо. У входа Машу подхватил ее парень Максим.

– Даш, тебя подбросить? – спросил он, придерживая едва стоявшую на ногах Машу.

– Сама дойду, тут срезать через дворы — пять минут, – отмахнулась Даша, глупо улыбаясь.

Темный переулок встретил ее сыростью и тишиной, которая быстро сменилась тяжелыми шагами за спиной. Какой-то парень преградил ей путь, его лицо было неприятным, а запах перегара бил в нос.

– Куда такая красавица одна топает? – он протянул липкую руку к ее плечу. – Пойдем, пообщаемся.

– Отойди от меня! – крикнула Даша, пытаясь оттолкнуть его, но алкоголь лишил ее сил.

Вдруг воздух рассек свистящий звук, и нападавший отлетел в сторону от мощного удара, врезавшись в мусорные баки. Перед Дашей выросла огромная фигура. Рыжий.

Он тяжело дышал, его кулаки были сжаты. Не говоря ни слова, он шагнул к ней, схватил за талию и прижал к стене. Его поцелуй был резким, грубым, со вкусом злости и собственничества. Даша охнула, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

– Ты что творишь? – прохрипел он, отстранившись. – В таком виде? Одна?

Он развернул ее и отвесил звонкий шлепок по мягкому месту.

– Ай! Ты с ума сошел?

– Заткнись, – отрезал Даня. – Садись на байк. Если хоть одна живая душа узнает, что я тебя вытащил, я тебя отлуплю так, что сидеть неделю не сможешь. Поняла?

Он довез ее до дома в полном молчании. Даша зашла в квартиру, касаясь кончиками пальцев своих губ. Они все еще горели. Она не могла уснуть до рассвета, прокручивая в голове его голос и силу его рук.

На следующий день в школе Даша решила играть по-крупному. Она снова нашла Дена и весь день смеялась над его шутками, демонстративно игнорируя Даню. Но она чувствовала, как напряжение в воздухе становится почти осязаемым. Рыжий буквально рычал, проходя мимо них в коридоре.

Когда прозвенел последний звонок и школа опустела, Даша неспешно собирала вещи. Она выходила из класса последней, когда сильная рука захлопнула дверь прямо перед ее носом.

– Доигралась? – голос Рыжего был низким и вибрирующим от ярости.

Прежде чем она успела вскрикнуть, он подхватил ее и перекинул через плечо, как мешок.

– Отпусти! Даня, ты что делаешь?! – она колотила его кулачками по спине, но он даже не шелохнулся.

Он вынес ее на парковку, усадил на байк впереди себя, зажав своими мощными бедрами, и рванул с места. Через пятнадцать минут они были на окраине города, у старого заброшенного склада.

Даня слез с мотоцикла и снова перекинул ее через плечо, а затем резко уложил животом на сиденье байка.

– Я предупреждал тебя вчера, Даша, – он тяжело дышал. – Ты не слушаешь. Ты надела эту юбку, чтобы он смотрел? Чтобы все смотрели?

Он замахнулся и нанес первый удар. Даша вскрикнула, не столько от боли, сколько от шока. Короткая юбка задралась еще выше, и в этот момент Даня замер.

– Где... – он осекся, его голос сорвался на рык. – Ты вышла из дома без белья?!

Он взревел так, что Даша вздрогнула всем телом, вжимаясь в холодную кожу сиденья. Это была точка невозврата. Гнев, копившийся в нем неделями, смешался с диким, первобытным желанием.

– Ты моя, – прорычал он, сбрасывая с себя штаны.

Он вошел в нее резко, со стоном, который больше походил на крик раненого зверя. Даша вцепилась пальцами в руль байка, чувствуя, как по телу разливается жар. Это было неправильно, грубо, но это было то единственное, чего они оба хотели так долго.

Когда все закончилось, и Даша обессиленно обмякла, Даня осторожно поднял ее. Его ярость утихла, сменившись странной, угрюмой нежностью. Он снял свою кожаную куртку и плотно закутал в нее девушку.

– Едем ко мне, – коротко бросил он.

Дома он усадил ее на диван, а сам взял ее телефон.

– Что ты делаешь? – тихо спросила Даша, кутаясь в его куртку, которая пахла бензином и его парфюмом.

– Пишу твоей матери, что ты у Маши на ночевке. Тебе сегодня лучше быть под моим присмотром.

Он закончил писать и отшвырнул телефон в сторону. Подойдя к ней, Даня без лишних слов подхватил ее на руки и отнес на кровать. Он лег рядом, все еще хмурый, но когда Даша робко придвинулась к нему, он не оттолкнул.

Она закинула ногу между его крепких бедер, прижимаясь всем телом к его горячему боку. Ее голова покоилась на его широкой груди. Даша чувствовала, как быстро бьется его сердце. Она начала лениво, почти неосознанно покусывать его кожу на груди, оставляя маленькие отметины.

– Хватит, – проворчал он, но рука его легла ей на затылок, прижимая ближе. – Спи уже, рыжая бестия.

Даша закрыла глаза, зная, что завтра все будет иначе. Но сегодня вкус его губ и тепло его тела были единственной реальностью, которая имела значение. Под мерный стук его сердца она погрузилась в глубокий, спокойный сон.