Против течения

Свобода пахла пылью, дешевыми духами воспитательницы, которые та вылила на себя на прощание, и соленым ветром. Саша Морозова стояла на перроне, сжимая в руках лямки старого рюкзака. Семнадцать лет — возраст, когда кажется, что мир лежит у твоих ног, но для Саши мир скорее напоминал минное поле. В детском доме ее не особо любили за излишнее любопытство и вечное желание докопаться до правды. Директор, сменившийся два года назад, превратил их жизнь в казарму, и Саша была первой, кто рискнул подать документы в юридический колледж в соседнем городе. Воспитатели крутили пальцем у виска: «Куда ты лезешь, Морозова? Сиди тихо, иди на маляра».

Но она уехала.

Город встретил ее шумом и суетой. Саша шла по направлению к общежитию, решив срезать путь через старый парк. Солнце клонилось к закату, окрашивая верхушки деревьев в медно-красный цвет. Ее кучерявые волосы, которые она никак не могла приручить, пушились от влажности, создавая вокруг головы подобие нимба. Несмотря на страх перед неизвестностью, Саша улыбалась. Она была одна, без друзей и поддержки, но впервые в жизни — сама по себе.

Парк заканчивался глухими дворами, застроенными старыми кирпичными домами. Именно там, в тени раскидистых каштанов, Саша услышала резкие выкрики и глухие удары. Любопытство, ее вечный враг и соратник, мгновенно взяло верх над осторожностью. Вместо того чтобы прибавить шагу, она свернула к низкому бетонному забору и спряталась за толстым стволом старого дуба.

Сердце забилось где-то в горле. На пустыре сошлись две группы. Одни выглядели жалко: осунувшиеся лица, грязные толстовки, бегающие взгляды — типичные обитатели подворотен, ищущие дозу или легкую наживу. Но те, кто стоял напротив них, пугали по-настоящему. Это были высокие, крепкие парни в спортивной одежде. От них веяло холодной уверенностью и силой.

В центре этой группы выделялся один. Он был выше остальных, с широкими плечами и короткой стрижкой. Даже со спины чувствовалось его превосходство.

– Ты думал, мы не узнаем, чьи это точки? – голос парня прозвучал низко и угрожающе, как рык зверя перед броском.

– Мы... мы просто... – заикаясь, начал один из «нариков», но договорить не успел.

Завязалась драка. Это не было похоже на киношные потасовки: все происходило быстро, грязно и жестоко. Саша ахнула, в ужасе зажмурив глаза и прижав ладони к лицу. Звуки ударов и стоны разносились в вечерней тишине, заставляя ее дрожать всем телом. «Зачем я сюда пошла? Зачем?» — пульсировало в голове.

Когда она решилась открыть глаза, на пустыре уже никого не было. Тишина стала звенящей, почти осязаемой. Саша осторожно выдохнула и начала оглядываться, собираясь поскорее убраться отсюда.

Раздался сухой, нарочитый кашель прямо у нее за спиной.

– А-а-а-а-а! – Саша подпрыгнула на месте, испустив пронзительный крик, и резко обернулась.

Перед ней стоял тот самый высокий парень. Вблизи он казался еще огромнее. Рост под сто девяносто, тяжелый взгляд темных глаз, в которых не было ни капли сочувствия, и разбитые костяшки пальцев. На его скуле наливалась ссадина, но он, казалось, ее не замечал.

– Не ори, – оборвал он ее крик, поморщившись. – Уши заложило.

– Я... я... – Саша попятилась, но уперлась спиной в дерево.

– Подсматривать нехорошо, знала? – Парень сделал шаг вперед, вторгаясь в ее личное пространство. От него пахло потом, кожей и какой-то опасной мужской энергией.

– А... э-э... я просто проходила мимо! – выпалила она, стараясь придать голосу уверенности, хотя колени предательски дрожали.

– Ага, конечно, – усмехнулся он. Усмешка была недоброй, хищной. – Мимо она проходила. Прямо за дерево и спряталась, чтобы удобнее было «проходить»?

Прежде чем Саша успела что-то возразить или броситься наутек, он сократил расстояние. Его движения были молниеносными. Секунда — и мир перевернулся. Парень подхватил ее, легко перекинул через плечо, как мешок с картошкой, и зашагал прочь от злополучного места.

– Эй! Отпусти! Ты что творишь?! Положи меня на место! – Саша забила кулачками по его широкой спине, но это было все равно что бить по бетонной стене.

– Цыц, мелочь, – бросил он и, не сбавляя шага, чувствительно шлепнул ее по заднице.

Саша от возмущения и шока на мгновение лишилась дара речи. За все семнадцать лет ее никто так не унижал. В детдоме могли толкнуть, могли накричать, но это... это было за гранью.

– Да как ты смеешь! – прошипела она, чувствуя, как лицо заливает краска стыда. – Я буду жаловаться! Я на юриста поступила!

– Ой, напугала, – хохотнул парень. – Юрист в короткой юбке. Слушай, ты лучше молчи, пока я добрый.

Он нес ее минут десять, уверенно лавируя между дворами и гаражами, пока они не оказались на освещенной улице, далеко от парка. Только тогда он рывком поставил ее на землю. Сашу слегка пошатнуло, голова кружилась от того, что она долго висела вниз головой.

Она поправила растрепанные кудри и сердито уставилась на своего похитителя. Теперь, при свете фонарей, она могла рассмотреть его лучше. Красив. Той грубой, мужской красотой, которая притягивает неприятности. Глеб Суворов — хотя она еще не знала его имени — выглядел как человек, который привык брать от жизни всё, не спрашивая разрешения.

– Так, всё, слушай, мелочь, – он наклонился к ней, и его лицо оказалось совсем рядом. Саша невольно затаила дыхание. – Ты ничего не видела и ничего не знаешь. Поняла?

– Поняла, – быстро кивнула она. Сейчас ей хотелось только одного — оказаться как можно дальше от этого пугающего боксера.

– Если скажешь кому-то, тебе лично пиздец. Я тебя из-под земли достану. Город маленький, а у меня память хорошая.

Саша снова кивнула, на этот раз более интенсивно.

– Свободна, – он небрежно махнул рукой.

Она не заставила себя ждать. Развернувшись, Саша рванула со всех ног, не разбирая дороги. Ее кеды скользили по асфальту, она пару раз запнулась, едва не растянувшись на дороге, но страх придавал ей сил. В спину ей донесся раскатистый, грубый хохот. Этот тип явно наслаждался ее паникой.

Добежав до здания общежития, Саша влетела в холл и остановилась только у вахты, тяжело дыша. Сердце колотилось в ребра, как пойманная птица.

– Девушка, вы к кому? – подозрительно спросила вахтерша, поправляя очки.

– Я... я заселяться. Морозова Александра, – выдохнула Саша, пытаясь пригладить волосы.

Ей выдали ключи от комнаты на третьем этаже. Поднимаясь по лестнице, она все еще чувствовала фантомное давление его плеча на своем животе. «Ну и начало учебы», – подумала она, закрывая за собой дверь маленькой, обшарпанной комнаты.

Саша подошла к окну. Город за стеклом казался чужим и враждебным. В детском доме всё было понятно: вот враги, вот воспитатели, вот распорядок дня. Здесь же правила игры устанавливали такие, как этот парень из парка. Боксер, который решает проблемы кулаками.

Она легла на кровать, не раздеваясь. В голове крутились его слова и этот невозможный, тяжелый взгляд. Саша знала, что такие люди, как он, не ищут отношений. В детдоме она видела достаточно «бабников», которые меняли девчонок как перчатки. Но в этом парне было что-то еще. Какая-то темная глубина, которая пугала и... манила?

– Нет, Морозова, даже не думай, – прошептала она себе под нос. – Тебе нужно учиться. Тебе нужно выбиться в люди. А такие, как он, только тянут на дно.

Сон пришел не сразу. Ей снились тени в парке, звук ударов и сильные руки, которые держали ее так крепко, что невозможно было пошевелиться.

На следующее утро Саша проснулась с твердым намерением забыть о вчерашнем инциденте. Она надела свое лучшее платье — простое, синее, в мелкий цветочек — и отправилась в колледж. Первый день занятий прошел как в тумане. Лекции по теории государства и права казались бесконечными, но Саша старательно записывала каждое слово. Она была единственной, кто не перешептывался на задних партах и не сидел в телефоне.

После пар она решила зайти в небольшое кафе неподалеку, чтобы перекусить. Денег было в обрез, но ей хотелось хоть немного почувствовать себя «обычной».

Кафе было заполнено студентами. Саша нашла свободный столик в углу и уткнулась в учебник, потягивая недорогой чай. Тишину нарушил звон колокольчика над дверью и внезапно наступившая тишина в зале.

Саша подняла глаза и замерла.

В дверях стоял он. В черной кожаной куртке, джинсах, такой же уверенный и пугающий, как вчера. За его спиной маячили двое парней из той же компании. Глеб обвел взглядом помещение, и на мгновение его глаза встретились с глазами Саши.

Она тут же опустила голову, надеясь, что кудряшки скроют ее лицо. «Пожалуйста, не заметь меня, пожалуйста, не заметь», – молилась она про себя.

Шаги приближались. Тяжелые, размеренные. Остановились прямо у ее стола.

– Надо же, какая встреча, – раздался знакомый голос с хрипотцой. – Юрист, значит? И книжки умные читаешь?

Саша медленно подняла взгляд. Глеб стоял, прислонившись к соседнему столу, и рассматривал ее с нескрываемым интересом. Его друзья ухмылялись за спиной.

– Я просто обедаю, – тихо сказала она.

– Обедаешь? – Глеб бесцеремонно отодвинул стул и сел напротив нее. – А я думал, ты до сих пор бежишь. Быстро ты вчера стартанула, я даже оценил.

– Ты меня напугал, – Саша почувствовала, как в ней закипает праведное негодование, пересиливая страх. – И вообще, ты не имел права меня трогать. Это... это похищение и превышение...

– Слышали? – Глеб обернулся к друзьям. – Она мне сейчас статьи шить начнет.

Парни заржали. Глеб снова повернулся к Саше. Его взгляд стал серьезнее, он подался вперед, понизив голос:

– Слушай сюда, кудрявая. Я вчера был добрым. Сегодня я просто зашел выпить кофе. Не порть мне аппетит своими законами. Как тебя зовут хоть?

– Саша, – ответила она, удивляясь собственной смелости.

– Глеб, – представился он, хотя она и так уже знала, что его имя должно звучать именно так — твердо и коротко. – Значит так, Саша. Вижу тебя в этом районе часто — считай, что тебе не повезло. Но если будешь вести себя тихо, может, и доживешь до диплома.

Он встал, бросил на стол несколько смятых купюр, хотя еще ничего не заказал, и кивнул своим:

– Пошли. Тут скучно.

Саша смотрела им вслед, чувствуя, как дрожат пальцы. Она понимала, что их пути пересеклись не случайно. В этом городе, где она надеялась начать новую жизнь, Глеб Суворов стал ее первым и самым опасным уроком.

Она еще не знала, что этот боксер с тяжелым характером и привычкой добиваться всего кулаками станет тем, кто перевернет ее мир с ног на голову. И что ее любопытство, которое привело ее в тот парк, станет началом истории, которую не опишет ни один учебник права.

Вечером, возвращаясь в общежитие, Саша поймала себя на том, что оглядывается. Но не от страха, а из какого-то странного, непонятного ей самой ожидания. Город больше не казался таким уж чужим. У него появилось лицо. Суровое, со шрамом на скуле и насмешливыми темными глазами.

– Ну что ж, Глеб Суворов, – прошептала она, сжимая ключи в кармане. – Посмотрим, кто из нас быстрее сдастся.

Она была обычной девушкой из детдома, у которой никогда не было парня. Он был лучшим боксером города, который не верил в любовь. Они были из разных миров, но в этот вечер тени в парке связали их крепче, чем любые законы. И Саша Морозова, несмотря на весь свой страх, была готова узнать, что скрывается за этой грубой силой. Ведь любопытство — это не только порок, но и начало самого большого приключения в жизни.