Сон юки

Раннее утро в Токио всегда имело особый привкус — смесь соленого морского ветра, выхлопных газов и едва уловимого запаха свежей выпечки, который разносился из кондитерской «L’Ombre Douce». Владелец заведения, двадцатилетний Сон Юки, не спеша потянулся в своей постели, чувствуя, как мышцы приятно ноют после вчерашней «тренировки» в подземелье ранга S.

Его атлетическое тело, покрытое капельками пота после короткого сна, блестело в лучах восходящего солнца. Короткие, растрепанные черные волосы рассыпались по подушке, а одна из черных серег-пирсингов холодила мочку уха. Юки обернулся и его взгляд, обычно острый и пронзительный, мгновенно смягчился. Рядом, свернувшись калачиком, спал маленький Кай. Годовалый сын был его точной копией, за исключением, пожалуй, отсутствия тех шрамов, которые Юки так тщательно скрывал.

На спине Юки, под слоем безупречной кожи, созданной магической иллюзией, таился рваный след — память о дне, когда ему исполнилось двенадцать. О дне, когда его родители, Сон Джинву и Ча Хэ Ин, взяли «золотого мальчика» Сухо в парк, оставив младшего сына дома одного. Именно тогда, в тишине пустой квартиры, сила Юки пробудилась с такой мощью, что пространство вокруг него едва не схлопнулось. Он не был просто «охотником». Он был чем-то иным, более древним и опасным, чем даже его отец, Монарх Теней. Но в глазах семьи он остался «бракованным» ребенком без капли маны.

Юки осторожно встал, стараясь не разбудить малыша. Массивная черно-белая татуировка на его правой руке и груди, состоящая из сплетений цветов и абстрактных узоров, казалась живой в полумраке комнаты. Это была не просто прихоть — татуировка служила печатью, помогающей сдерживать его колоссальную энергию.

Он подошел к зеркалу, надел темно-синюю водолазку, которая плотно облегала его рельефный пресс, и привычным движением поправил тонкую цепочку с простым кулоном на шее. Сегодня был важный день. Четыре года жизни в Японии превратили его из изгоя семьи в успешного бизнесмена и... в легенду, о которой шептались в темных переулках.

– Па... – раздался сонный голос с кровати.

Юки обернулся и улыбнулся той самой легкой, едва заметной полуулыбкой, которую он редко показывал миру.

– Доброе утро, маленький охотник, – он подхватил сына на руки, вдыхая его родной запах. – Сегодня папе нужно много работать. Ты побудешь с «дядей»?

Тень в углу комнаты шевельнулась. Из непроглядной черноты соткалась высокая фигура, облаченная в доспехи, но без оружия. Это был один из его сильнейших теней-солдат, которому Юки доверял самое ценное. Клон, которого он мог создавать из собственной тени, был почти неотличим от человека, если не присматриваться к глазам.

– Присмотри за ним, – коротко бросил Юки.

Тень склонила голову в безмолвном поклоне.

***

Кондитерская Юки процветала. Люди приходили сюда не только за идеальными круассанами или нежнейшим муссом, но и за атмосферой спокойствия. Никто из посетителей и не подозревал, что этот высокий, невероятно красивый юноша в фартуке, мастерски работающий с шоколадом, на самом деле является Охотником S-ранга, известным как Сумрак.

Сумрак появился в Японии через год после приезда Юки. Загадочный герой с длинными черными волосами, собранными в низкий хвост, в маске и длинном плаще, он зачищал подземелья, которые считались непроходимыми. Его красные глаза вселяли ужас в монстров и благоговение в спасенных людей. Юки вел двойную игру: днем он был «обычным человеком» без маны, разочарованием великого Сон Джинву, а ночью — эталоном силы всей Японии.

Зазвонил телефон. Юки взглянул на экран и на мгновение замер. На дисплее высветилось имя, которое он видел крайне редко за последние четыре года.

Мать.

Он вышел на задний двор кондитерской, достал сигарету и щелкнул зажигалкой. Это была одна из его тайных привычек, способ справиться с раздражением, которое всегда вызывали мысли о доме. Глубоко затянувшись, он принял вызов.

– Да, мама.

– Юки, здравствуй, – голос Ча Хэ Ин звучал непривычно взволнованно. – Мы с отцом и Сухо будем в Токио на следующей неделе. Пройдет международная конференция охотников. Мы хотели бы увидеться.

Юки выпустил струю дыма, глядя на то, как серые кольца растворяются в воздухе. В его памяти всплыл день отъезда. Холодный взгляд отца, спокойное, почти равнодушное «береги себя» от матери. Они не видели в нем сына, они видели в нем пустоту там, где должна была быть сила.

– Я занят в кондитерской, мама, – ответил он ровным голосом. – У меня много заказов.

– Юки, пожалуйста, – вмешался второй голос. Джинву, видимо, стоял рядом. – Мы не виделись четыре года. Мы слышали, ты добился успехов в кулинарии. Мы гордимся тобой.

«Гордитесь?» — Юки едва не рассмеялся вслух. Гордились ли они им, когда он в семь лет плакал от того, что не может пробудить силу, а они лишь разочарованно отводили глаза? Гордились ли они, когда Сухо получал все лавры «золотого ребенка», а Юки был лишь фоном?

– Хорошо, – наконец произнес он, туша сигарету о край урны. – Приходите в «L’Ombre Douce» в среду. Я угощу вас кофе.

Он положил трубку, не дожидаясь ответа. Внутри него боролись два чувства: старая детская обида и холодное торжество. Они приедут в город, где он — бог. Они приедут к «слабому» сыну, даже не подозревая, что их драгоценный Сухо по сравнению с ним — лишь свеча перед солнцем.

***

Среда наступила быстрее, чем Юки того желал. Он подготовил отдельный столик в глубине зала, скрытый от лишних глаз декоративными растениями. Кай был в надежных руках тени в квартире наверху.

Когда дверь кондитерской открылась, колокольчик звякнул, возвещая о прибытии семьи Сон. Они вошли — идеальная семья героев. Джинву, чья мощь ощущалась даже в расслабленном состоянии, Хэ Ин, грациозная и холодная, и Сухо, который за эти годы стал крепче и явно осознавал свою значимость.

Юки вышел к ним из-за стойки. На нем была черная водолазка и штаны, кроссовки — его привычный стиль. Он выглядел как обычный молодой человек, атлетичный, красивый, но «пустой» для их чувств охотников.

– Юки! – Хэ Ин сделала шаг вперед, порываясь обнять сына, но он вежливо отступил, указывая на стол.

– Проходите. Рад, что вы нашли время.

Они сели. Разговор не клеился. Джинву внимательно осматривал интерьер, Сухо с легким пренебрежением листал меню.

– Здесь уютно, брат, – сказал Сухо, наконец подняв глаза. – Но не скучно ли тебе? Просто... печь торты? Отец говорит, что в Японии сейчас неспокойно. Появился этот охотник, Сумрак. Весь мир на ушах.

Юки едва заметно улыбнулся, наливая им кофе.

– Каждому свое, Сухо. Кому-то сражаться с монстрами, кому-то кормить людей. Я выбрал тихую жизнь.

– Мы всегда хотели для тебя безопасности, – мягко произнес Джинву, глядя сыну прямо в синие глаза. – Если у тебя нет маны, это не значит, что ты не наш сын.

Юки почувствовал, как под кожей запульсировала скрытая сила. «Если у тебя нет маны...» Они так и не поняли. Он скрывал свой потенциал так искусно, что даже Великий Монарх Теней видел лишь иллюзию «обычного человека».

– Я знаю, – коротко ответил Юки. – Как продвигаются твои тренировки, Сухо? Слышал, ты уже достиг ранга А?

Сухо гордо выпрямился.

– Почти S. Отец говорит, через год я смогу войти в его основную команду.

В этот момент небо над Токио внезапно потемнело. Раздался оглушительный вой сирен. Земля содрогнулась, и звон посуды в кондитерской заставил посетителей вскрикнуть.

– Врата! – Джинву мгновенно вскочил. – Прямо над городом. Ранг S, судя по всплеску энергии.

Он посмотрел на Юки с тревогой.

– Юки, оставайся здесь. Мы с Сухо и Хэ Ин разберемся. Это слишком опасно для гражданских.

Они выбежали на улицу, даже не заметив, как в глазах их «слабого» сына на мгновение вспыхнул кроваво-красный свет.

Юки спокойно снял фартук и бросил его на стойку.

– Клон, – позвал он шепотом.

Из его тени вышла точная копия Юки в поварской одежде.

– Оставайся здесь. Если кто-то войдет — ты просто напуганный владелец.

Сам же Юки прошел в подсобку. Через секунду из окна второго этажа выскользнула тень. Длинный плащ развевался на ветру, маска скрывала лицо, а черные волосы были стянуты в хвост.

На центральной площади Токио разверзся ад. Огромные каменные горгульи пикировали на людей. Джинву и его тени уже вступили в бой, Хэ Ин молнией проносилась сквозь ряды врагов, а Сухо старался не отставать, подавляя страх.

Но монстров было слишком много. Из центра Врат появилось нечто огромное — Король Горгулий, чья аура заставила даже Джинву нахмуриться.

– Сухо, назад! – крикнул отец, видя, как монстр заносит лапу для удара по его сыну.

Джинву не успевал. Хэ Ин была скована мелкими тварями. Сухо замер, парализованный ужасом перед лицом истинной мощи S-ранга.

В этот миг пространство вокруг Короля Горгулий просто разорвалось. Черная вспышка, быстрее света, вонзилась в шею монстра. Громовой удар отбросил тварь на добрую сотню метров назад.

На пути у монстра стоял человек в черном плаще. Его красные глаза светились яростью, а от тела исходила такая концентрация маны, что воздух вокруг начал трещать.

– Сумрак... – выдохнул Сухо, глядя на спасителя снизу вверх.

Джинву замер, во все глаза глядя на незнакомца. Он чувствовал эту силу. Она была знакомой... и в то же время совершенно чужой. Она была темнее его собственной, глубже и древнее.

Сумрак не произнес ни слова. Он двигался как тень, уничтожая горгулий одним движением руки. Каждое его действие было наполнено идеальной грацией и сокрушительной мощью. За считанные минуты угроза, которая могла стереть район с лица земли, была ликвидирована.

Охотник S-ранга повернулся к семье Сон. Его взгляд на секунду задержался на Джинву, и тот почувствовал странный укол в сердце. Словно этот человек смотрел на него не как на героя, а как на... родителя, который чего-то не заметил.

Сумрак растворился в тенях прежде, чем кто-либо успел задать вопрос.

***

Вечером того же дня семья Сон вернулась в кондитерскую. Они были измотаны, одежда была в пыли. Юки (его клон) встретил их с обеспокоенным видом.

– Вы в порядке? Я видел новости... это было ужасно.

– Все хорошо, Юки, – устало ответила Хэ Ин, садясь за стол. – Нас спас тот охотник, о котором говорил Сухо. Сумрак.

– Он невероятен, – добавил Сухо, его голос дрожал от возбуждения. – Отец, ты видел его силу? Он ведь сильнее тебя?

Джинву долго молчал, глядя в чашку с остывшим кофе. Затем он поднял глаза на младшего сына, который как раз расставлял на столе тарелки с десертами.

– Да, – тихо признал Джинву. – Он намного сильнее. Но самое странное не это.

– А что? – спросил Юки, ставя перед отцом его любимый лимонный тарт.

– Его мана, – Джинву внимательно посмотрел на Юки. – Когда он был рядом, мне на мгновение показалось... нет, это глупость.

– Что тебе показалось, папа? – Юки чуть наклонил голову, и его ярко-синие глаза встретились со взглядом отца. В глубине этих глаз на долю секунды промелькнуло алое пламя, но оно исчезло так быстро, что Джинву решил — это лишь игра света.

– Мне показалось, что я знаю его всю жизнь, – закончил Джинву.

Юки улыбнулся — на этот раз шире, с легкой долей иронии.

– В мире много загадок, отец. Может, он просто ваш большой поклонник.

Когда семья Сон ушла, пообещав зайти перед отлетом, Юки поднялся на второй этаж. Он снял иллюзию, и шрам на спине снова проявился на его атлетичном теле. Маленький Кай уже спал, обнимая плюшевого мишку.

Юки подошел к окну и посмотрел на ночной Токио. Он был «браком» в их идеальной родословной, тенью великого отца. Но именно тень всегда оказывается длиннее и глубже, когда солнце начинает заходить.

Он взял со стола сигарету, но передумал зажигать её, глядя на спящего сына. У него была своя жизнь, свой путь и своя сила, о которой мир еще только начинал узнавать. И если для этого нужно было оставаться «обычным поваром» в глазах семьи — что ж, это была цена, которую он готов был платить за свою свободу.

– Спи спокойно, Кай, – прошептал он. – Тебе не придется доказывать им свою ценность. Я об этом позабочусь.

Тень за его спиной согласно качнулась, растворяясь в темноте комнаты. Сумрак Японии вернулся домой.