камила и 2 физркас

1 сентября всегда пахло одинаково: дешёвым лаком для волос, завядшими астрами и предвкушением чего-то запретного. Камилочка сидела на подоконнике в своей комнате, поправляя идеально наглаженный воротничок школьной блузки. Она знала, что выглядит безупречно — настоящая «пикми», единственная девочка в классе, которая понимает шутки парней и не боится испачкать кроссовки на стадионе.

На коленях у неё лежал розовый дневник с замочком. Камилочка прикусила кончик ручки, глядя в окно на желтеющие березы. Все мысли были заняты только одним человеком — Гренкой.

Гренка был не просто учителем физкультуры. Он был её идеалом. Сильные руки, запах дегтярного мыла и та особая манера, с которой он свистел, созывая всех в строй. То, что у него была жена и две дочери, Камилочку не смущало. Она верила, что их связь выше земных формальностей.

«Дорогой дневник, — начала она писать каллиграфическим почерком, — сегодня начинается 7 класс. Я не видела его всё лето. Моё тело горит, когда я представляю, как Гренка будет страховать меня на брусьях. Я хочу, чтобы в этом году всё случилось. Я хочу отдать ему себя всю, прямо там, в каморке для мячей, среди скакалок и матов. Гренка, я твоя гренка, поджарь меня своим вниманием».

Закрыв дневник, она мечтательно вздохнула. Камилочка уже представляла, как войдёт в спортзал, как он посмотрит на её новую форму — короткие шортики, которые она специально выбирала, чтобы подчеркнуть длину ног.

Линейка прошла как в тумане. Директор что-то говорил о достижениях, первоклассники пищали, но Камилочка сканировала толпу учителей глазами хищницы. Гренки не было.

«Наверное, заполняет журналы», — подумала она, стараясь унять тревогу.

После торжественной части класс отправился в кабинет. Камилочка проскользнула мимо одноклассниц, которые обсуждали косметику, и направилась прямиком к тренерской. Сердце колотилось в горле. Она толкнула дверь без стука.

– Гренка, я… — начала она, но осеклась.

За столом сидел незнакомый мужчина. Он был моложе, с дерзким взглядом и татуировкой, выглядывающей из-под рукава спортивной ветровки. На столе стояла табличка: «Сергей Сергеевич».

– Опа, какие гости в первый же день, — незнакомец окинул Камилочку оценивающим взглядом, задерживаясь на расстегнутой верхней пуговице блузки. — Ты, должно быть, из седьмого «Б»?

– Где Гренка? — Камилочка почувствовала, как к горлу подкатывает комок. — То есть, где Александр Владимирович?

– Сашка-то? — новый физрук усмехнулся, откидываясь на спинку стула. — Уволился он. В конце августа заявление положил. Сказал, семья важнее, дочкам время нужно уделять, да и вообще — нервы не к чёрту. Теперь я тут за главного. Сереженька, для друзей.

Мир Камилочки рухнул. Гренка ушёл. Ушёл, даже не попрощавшись. Оставил её одну в этом сером мире нормисов и скучных уроков. Она почувствовала, как по щеке покатилась слеза.

– Эй, ты чего, малая? — Сереженька встал и подошёл к ней вплотную. От него пахло дорогим парфюмом и опасностью. — Неужели так любила старого физрука? Он же сухарь был. А я — это совсем другой уровень.

Он протянул руку и аккуратно вытер слезу с её щеки. Его пальцы были горячими. Камилочка вздрогнула, но не отодвинулась. Она была разбита, а Сереженька смотрел на неё так, будто она была самым ценным призом в его жизни.

– Я Камила, — прошептала она, поднимая на него глаза.

– Красивое имя, — Сереженька улыбнулся, и в его глазах блеснул недобрый огонек. — Слушай, Камила, у нас сейчас по расписанию вводный инструктаж. Но класс ещё не собрался. Может, проведём индивидуальное занятие? Посмотрим, на что ты способна.

Камилочка чувствовала, как обида на Гренку трансформируется в жгучее желание отомстить. Если Гренка её бросил, она докажет, что достойна обожания. Она будет лучшей. Она заставит весь этот спортзал дрожать.

– И что же мы будем изучать? — Камилочка сделала шаг вперед, сокращая дистанцию до минимума.

– Растяжку, — выдохнул Сереженька ей в самые губы. — И выносливость.

Он резко обернулся и запер дверь тренерской на щеколду. Камилочка почувствовала, как внутри всё сжалось от сладкого ужаса. Это было не то, что она планировала с Гренкой — это было грубее, быстрее и намного опаснее.

Сереженька схватил её за талию и рывком усадил на стол, прямо на стопку методичек. Камилочка охнула, когда его руки бесцеремонно задрали край её юбки.

– Ты же особенная девочка, да? — шептал он, впиваясь в её шею поцелуем. — Я сразу увидел. Ты не такая, как эти курицы из твоего класса. Ты — огонь.

– Я... я люблю физкультуру, — выдохнула Камилочка, вцепляясь пальцами в его плечи.

– О, я научу тебя любить её по-настоящему, — Сереженька расстегнул ремень своих спортивных брюк.

В каморке было душно. Воздух застыл, наполненный запахом резины и страсти. Сереженька не был нежным, как Гренка в её мечтах. Он действовал жестко, властно, заставляя Камилочку забыть обо всём на свете. Когда он вошёл в неё, она вскрикнула, впиваясь ногтями в его спину, но он лишь приглушил её стон поцелуем.

Это было «жоско». Стол скрипел под их ритмичными движениями, карандаши рассыпались по полу, а Камилочка чувствовала, как внутри неё рушится старый мир и рождается новый. Гренка остался в прошлом, в детских мечтах шестого класса. Теперь был только Сереженька, его тяжелое дыхание и этот безумный ритм.

– Чья ты девочка? — рычал он, ускоряясь.

– Ваша... Сереженька... — стонала она, закидывая голову назад.

Когда всё закончилось, в тренерской воцарилась тишина, прерываемая только тяжелым дыханием. Камилочка спрыгнула со стола, поправляя одежду. Её коленки дрожали, а в волосах запуталась какая-то скрепка.

Сереженька довольно потянулся, возвращаясь в кресло.

– Ну что, Камила, нормативы сданы на «отлично». Думаю, мы будем часто проводить такие факультативы.

Камилочка посмотрела на него. В её глазах больше не было слез. Теперь там была холодная уверенность пикми-герл, которая получила то, что хотела, пусть и не от того человека.

– До свидания, Сергей Сергеевич, — сказала она, поправляя блузку. — Увидимся на следующем уроке.

Она вышла из тренерской, гордо подняв голову. В коридоре уже шумели ученики, но никто из них не знал, что произошло за этой дверью. Камилочка шла по школе, чувствуя приятную боль в мышцах.

Вечером она снова открыла свой розовый дневник. Она взяла черную ручку и жирно перечеркнула страницу с именем Гренки.

«Дорогой дневник, — написала она, хищно улыбаясь. — Планы изменились. Гренка — это просто вчерашний завтрак. А Сереженька — это настоящий пир. Сегодня я поняла, что физкультура — мой самый любимый предмет. И я собираюсь стать круглой отличницей».

Она закрыла дневник и посмотрела в зеркало. Из него на неё глядела девушка, которая знала секрет, недоступный остальным. Гренка мог уйти, но спортзал всегда оставался местом силы. И Камилочка была его королевой.