Привет

В коридорах старой школы всегда пахло одинаково: смесью дешевой хлорки, засохшего мела и пыли, которая танцевала в редких лучах осеннего солнца. Для Ильи Уилера этот запах был фоном, на который он не обращал внимания. Его мир сузился до одной-единственной точки, до хрупкой фигуры, мелькавшей впереди среди толпы кричащих подростков.

Микки был похож на одуванчик, чудом уцелевший посреди асфальтовой площадки. Белоснежные волосы, подстриженные неровно, почти под каре, пушились на затылке. Белая толстовка делала его еще более прозрачным, а медицинская маска, которую он носил постоянно, скрывала половину лица, оставляя открытыми только огромные, доверчивые глаза.

Илья шел следом, возвышаясь над толпой. Его каштановые волосы были взъерошены, а карие глаза смотрели на мир с ледяным безразличием. В его ушах стоял тонкий, едва уловимый звон — верный признак того, что «шум» внутри него требует выхода. Этот звон становился невыносимым, когда кто-то подходил к Микки слишком близко.

– Эй, Микки! Поможешь с конспектом по химии? – какой-то девятиклассник бесцеремонно хлопнул мальчика по плечу.

Микки вздрогнул, его плечи напряглись. Он обернулся, испуганно моргая светлыми ресницами.

– Я... я не уверен, что у меня всё правильно записано, – тихо пробормотал он сквозь маску. Голос его звучал глухо и кротко.

Илья почувствовал, как звон в ушах превращается в болезненный ультразвук. Он сделал шаг вперед, сокращая дистанцию, и положил тяжелую ладонь на плечо Микки, собственническим жестом притягивая его к себе. Мальчик-альбинос почти утонул в тени высокого, крепко сложенного друга.

– У него нет времени, – отрезал Илья, глядя на одноклассника Микки сверху вниз. В его взгляде было нечто такое, от чего парень мгновенно побледнел и поспешил скрыться в толпе.

– Илья, ты его напугал, – Микки поднял голову, глядя на друга. – Он просто спросил.

– Тебе не нужно тратить силы на каждого встречного, – Илья поправил воротник черной куртки Микки, хотя тот был в белом. Его пальцы на секунду задержались у шеи мальчика, чувствуя, как бьется там жилка. – Ты слишком добрый, Мик. Люди этим пользуются.

– Но ты ведь тоже добрый ко мне, – Микки улыбнулся глазами, и Илья почувствовал, как звон в ушах на мгновение стихает.

Это была ложь. Илья не был добрым. Весь город стоял на ушах из-за серии исчезновений и находок, о которых в новостях говорили шепотом. Люди называли это «работой зверя». Илья знал правду. Он знал, как выглядит кровь на сером бетоне подворотни и как быстро затихает крик, если правильно нажать. Ему было плевать на них всех. Они были просто мусором, мешающим ему дышать. Все, кроме этого хрупкого создания, которое он считал своим сокровищем.

После уроков они шли домой вместе. Город тонул в сумерках, и тени удлинялись, превращаясь в причудливых монстров. Микки шел чуть впереди, перепрыгивая через трещины в асфальте. В своей белой одежде он казался единственным светлым пятном в этом гнилом мире.

– Ты слышал? – вдруг спросил Микки, остановившись у парка. – Мама говорит, что убийца где-то рядом. Она запретила мне выходить после шести.

Илья подошел со спины, нависая над ним. Его карие глаза потемнели, впитывая остатки дневного света.

– Тебе нечего бояться, пока я рядом, – он коснулся кончиками пальцев белых волос друга. – Я никогда не позволю никому причинить тебе боль.

– Я знаю, – Микки обернулся и на мгновение стянул маску, чтобы вдохнуть прохладный вечерний воздух. Его лицо было бледным, почти фарфоровым. – Ты мой лучший друг, Илья. Единственный, кому я верю.

Звон в ушах Ильи усилился. Это была не просто привязанность, это была зависимость. Он смотрел на Микки и видел в нем смысл своего существования. Если бы Микки узнал, что руки, которые сейчас так осторожно поправляют его капюшон, вчера сжимали горло очередного неудачника, что бы он сделал? Убежал бы? Расплакался?

– Пойдем, – Илья взял его за руку. Рука Микки была тонкой и холодной. – Уже темнеет.

Они свернули в узкий переулок, срезая путь к дому Микки. Там, в тени старых гаражей, стоял какой-то мужчина. Он выглядел неопрятно, от него разило перегаром. Завидев подростков, он двинулся им навстречу, преграждая путь.

– Эй, пацаны, мелочь есть? – прохрипел он, уставившись на Микки масляными глазами. – О, какой беленький. Ты девчонка, что ли?

Микки инстинктивно прижался к Илье, его пальцы впились в черную ткань рукава друга. Он дрожал.

Звон в ушах Ильи стал невыносимым, превращаясь в яростный гул. Мир вокруг него начал терять краски, остался только этот человек, посмевший посмотреть на его сокровище, и сам Микки, которого нужно было защитить.

– Отойди за гаражи, Мик, – голос Ильи был пугающе спокойным, лишенным всяких эмоций.

– Но Илья... – мальчик поднял на него полные ужаса глаза.

– Сделай, как я сказал. Закрой уши и не смотри.

Микки послушно отступил в тень, спрятав лицо в ладонях. Он всегда слушался Илью. Илья был его защитником, его скалой.

Илья повернулся к мужчине. На его губах заиграла странная, пустая улыбка. Он сделал шаг вперед, и в его руке, словно по волшебству, блеснуло лезвие складного ножа.

– Ты зря заговорил с ним, – прошептал Илья.

Через пять минут всё было кончено. Илья вытер нож о куртку лежащего тела, даже не глядя на результат своей работы. Звон в ушах наконец-то прекратился, сменившись блаженной тишиной. Он глубоко вдохнул, чувствуя металлический запах крови, смешанный с ароматом приближающегося дождя.

Он подошел к Микки, который всё еще стоял за углом, вжавшись в кирпичную стену.

– Всё, Мик. Он ушел, – Илья коснулся его плеча.

Мальчик поднял голову. Его глаза были влажными от непролитых слез, а маска снова была на месте.

– Что... что ты сделал? Я слышал звуки...

– Просто объяснил ему, что приставать к детям вредно для здоровья, – Илья улыбнулся, и на этот раз его улыбка была почти теплой. – Пойдем, я провожу тебя до самой двери.

Они вышли на освещенную улицу. Микки шел молча, изредка бросая на Илью робкие взгляды. Он видел пятно на черном рукаве друга, но убеждал себя, что это просто грязь. Ведь Илья не мог быть тем самым монстром из новостей. Илья был тем, кто покупал ему какао после школы и закрывал собой от холодного ветра.

– Илья? – позвал Микки, когда они остановились у его подъезда.

– Да?

– Спасибо, что ты всегда рядом. Я не знаю, что бы я делал без тебя.

Илья смотрел, как мальчик заходит в подъезд, как белая куртка исчезает в темноте дверного проема. Он стоял там еще долго, всматриваясь в окна на четвертом этаже.

– Ты никогда не узнаешь, что ты делаешь без меня, Микки, – тихо произнес он в пустоту ночи. – Потому что я никогда тебя не отпущу.

Он развернулся и пошел прочь, растворяясь в темноте города. В его голове снова начинал зарождаться тонкий, едва слышный звон, требующий новой жертвы, чтобы сохранить покой его маленького белого сокровища. Илья Уилер был убийцей, ревнивцем и психопатом, но для Микки он оставался лучшим другом. И Илья собирался поддерживать эту иллюзию столько, сколько потребуется. Даже если для этого придется залить весь город кровью.