Мафия

Аэропорт Инчхон встретил Окумуру Юки привычным гулом, запахом керосина и бесконечным потоком людей. Но для него этот город больше не был просто точкой на карте. Это была шахматная доска, на которой пять лет назад его семье поставили подлый, кровавый мат.

Юки шел сквозь толпу, не привлекая лишнего внимания. На нем была простая бежевая водолазка, подчеркивающая атлетический разворот плеч, черные джинсы и кеды. Надвинутая на глаза кепка и наушники создавали образ обычного студента или туриста. Рюкзак привычно оттягивал плечо. Никто из прохожих и представить не мог, что под мягкой тканью водолазки скрываются рельефные мышцы, покрытые сложной вязью черных татуировок — символом власти, который он временно спрятал от мира.

Сев в такси, Юки коротко бросил адрес. Машина тронулась, и он прислонился лбом к прохладному стеклу. В его глазах, ярко-голубых и пронзительных, отражались неоновые огни вечернего Сеула. В этих глазах не было усталости от перелета — в них горело холодное, расчетливое пламя.

Тем временем на другом конце города, в штаб-квартире мафиозного клана «Арджинт», Сон Джинву стоял у панорамного окна, глядя на засыпающий мегаполис. Его тень, казалось, жила собственной жизнью, слегка подергиваясь на полу. Джинву давно привык к этой силе — дару, который когда-то определил его судьбу.

Он часто возвращался мыслями в тот день, тринадцать лет назад. Ему тогда было мало лет, и мир казался адом. Работорговцы, холодный подвал, умирающая от болезни мать и отец, чьи глаза выражали лишь отчаяние. А потом появился он.

Окумуре Юки было всего двенадцать, но он уже носил безупречный черный костюм с достоинством императора. Мальчик, ставший десятым боссом великой семьи Мортэ, не просто выкупил их. Он дал им жизнь. Джинву до сих пор помнил тот момент, когда Юки подошел к его больной матери. Из тонких детских пальцев вырвалось нечто невозможное — угольно-черное пламя. Но оно не обжигало. Оно окутало женщину теплым коконом, выжигая болезнь и возвращая силы.

Юки дал Джинву всё: образование, статус и, самое главное, силу теней, которая позволила его семье занять достойное место в иерархии мафии под крылом Мортэ. Джинву любил его. Это не было просто преданностью вассала — это было глубокое, выстраданное чувство к человеку, который в двенадцать лет выглядел и действовал как мудрый, а порой и пугающий взрослый.

Пять лет назад, когда союзники-предатели нанесли удар в спину семье Мортэ, Джинву рвал и метал, пытаясь найти Юки. Но босс исчез, приказав остаткам верных людей залечь на дно. И вот теперь, по тайным каналам, пришел знак. Он вернулся.

– Ты ведь здесь, верно? – прошептал Джинву в пустоту, и его тень согласно колыхнулась.

В это время в уединенном коттедже на окраине города Юки избавился от лишней одежды. Он стоял в одних черных штанах, и капли воды после быстрого душа блестели на его коже, подчеркивая четкие линии пресса и грудных мышц. Правое плечо и часть груди, украшенные татуировками с цветочными и графическими узорами, казались в полумраке живыми.

Юки щелкнул зажигалкой. Огонек осветил его лицо — прямой нос, легкую, почти неуловимую улыбку и россыпь колец-пирсинга в ушах. Он сделал глубокую затяжку, выпустив густой дым, и отхлебнул виски из тяжелого стакана. На столе перед ним лежали папки с документами.

Семья Верде.

Юки смотрел на фотографии их лидеров с ледяным спокойствием. Наркоторговля, похищения, рабство — Верде всегда были гнилью этого мира. Пять лет назад именно они возглавили заговор, уничтоживший Мортэ. Теперь они правили Сеулом, считая, что законный наследник черного пламени мертв.

– Ошибка, – негромко произнес Юки, и на кончиках его пальцев заплясали искры черного огня. – Большая ошибка.

Он не собирался действовать напролом. Семья Верде была слишком велика, чтобы просто ворваться в их особняк. Нужно было вырезать их по частям, начиная с мелких сошек, перекрывая финансовые потоки, уничтожая логистику. Ему нужны были союзники. Те, кто не продал свою честь пять лет назад.

Юки взял телефон и набрал номер, который хранил в памяти все эти годы.

– Алло, – раздался на том конце низкий, вибрирующий от напряжения голос.

– Джинву, – Юки усмехнулся, и его ярко-голубые глаза хищно блеснули. – Надеюсь, ты не слишком заскучал без настоящей работы?

На другом конце провода повисла тишина. Юки слышал только сбившееся дыхание своего самого преданного соратника.

– Босс... – голос Джинву дрогнул, но тут же обрел стальную твердость. – Где вы?

– Я пришлю координаты. Приезжай один. Нам нужно обсудить, как мы будем сжигать этот город дотла.

Спустя сорок минут черный тонированный автомобиль затормозил у ворот коттеджа. Сон Джинву вышел из машины, оглядываясь. Он выглядел как всегда безупречно: строгий костюм, холодный взгляд, аура силы, исходящая от каждого движения. Но внутри него все дрожало.

Дверь дома была открыта. Джинву прошел внутрь, безошибочно ориентируясь на запах дорогого табака и едва уловимое присутствие той самой энергии, которую он не путал ни с чем.

Юки сидел в кресле, небрежно накинув на плечи черную кофту, которая не скрывала его татуированный торс. В полумраке комнаты его глаза казались светящимися точками.

– Ты возмужал, Джинву, – Юки поднялся, и в его движениях сквозила грация хищника.

Джинву замер, разглядывая своего господина. Юки в свои двадцать выглядел божественно. Атлетичное телосложение, уверенность в каждом жесте и та же самая легкая улыбка, которая когда-то подарила Джинву надежду.

– Я ждал этого дня пять лет, – Джинву склонил голову в глубоком поклоне, который был предназначен только одному человеку в мире. – Семья Арджинт в вашем распоряжении. Мои тени — ваши тени.

Юки подошел к нему и положил руку на плечо. Джинву почувствовал, как от ладони босса исходит знакомое тепло.

– Нам предстоит много крови, – мягко сказал Юки, заглядывая Джинву в глаза. – Верде разрослись, как раковая опухоль. Мы начнем с их портовых складов. Там они держат «товар» — женщин и детей. Мы не просто уничтожим груз. Мы уничтожим каждого, кто причастен к его охране.

– Я подготовлю людей, – отозвался Джинву, чувствуя, как внутри закипает праведная ярость.

– Нет, – Юки покачал головой. – Сначала мы пойдем вдвоем. Я хочу, чтобы они увидели черное пламя. Я хочу, чтобы страх перед именем Мортэ вернулся в их жилы раньше, чем они умрут.

Юки отошел к столу и взял стакан с виски, протягивая его Джинву.

– Выпей со мной. За возвращение.

Джинву принял стакан, его пальцы на мгновение коснулись пальцев Юки, и это прикосновение отозвалось разрядом тока. Он смотрел на своего босса и понимал, что готов пойти за ним не только против мафиозных кланов, но и против самой смерти.

– За ваше возвращение, босс, – Джинву осушил стакан.

– Зови меня Юки, когда мы наедине, – Окумура прищурился, и в его взгляде проскользнуло нечто большее, чем просто одобрение командира. – Мы слишком через многое прошли, чтобы соблюдать все формальности.

– Хорошо... Юки, – имя ощущалось на губах непривычно, сладко и опасно.

Юки подошел к окну и отодвинул штору. Ночной Сеул лежал перед ними, не подозревая, что истинный король вернулся, чтобы забрать свое.

– Завтра ночью, – произнес Юки, и его голос стал холодным, как арктический лед. – Порт Инчхона. Первый сектор. Мы выжжем там всё.

– Будет исполнено, – Джинву встал рядом, глядя в ту же сторону.

Они стояли плечом к плечу — два самых опасных человека в этом городе. Один — повелитель теней, обязанный всем своему спасителю. Другой — наследник древнего и грозного рода, человек, чье сердце было закалено в огне предательства и чьи руки были готовы нести возмездие.

Юки снова закурил, и дым окутал их обоих. Он знал, что путь будет долгим. Семья Верде имела связи в правительстве, среди полиции и других кланов. Но у них не было того, что было у него. У них не было черного пламени Мортэ. И у них не было преданности, которую нельзя купить за деньги.

– Знаешь, Джинву, – Юки повернул голову, глядя на профиль своего соратника. – Я ведь видел, как ты тренировался все эти годы. Твои тени стали намного сильнее.

– Я хотел быть достойным вашей силы, – честно ответил Джинву.

Юки усмехнулся и внезапно притянул Джинву к себе за воротник пиджака, заставляя того посмотреть прямо на него. Расстояние между ними сократилось до нескольких сантиметров.

– Ты более чем достоин, – прошептал Юки. – И скоро весь мир это узнает.

В ту ночь в маленьком коттедже на окраине Сеула был подписан смертный приговор для тех, кто посчитал себя богами. Тень и Пламя воссоединились, и ничто не могло остановить грядущую бурю.

Юки отпустил Джинву и вернулся к документам. Его ум уже просчитывал сотни вариантов развития событий. Он был не просто бойцом — он был стратегом, который умел ждать. Пять лет в изгнании научили его терпению. А теперь пришло время действовать.

– Иди, отдыхай, – бросил Юки, не оборачиваясь. – Завтра нам понадобятся все силы.

– Я буду ждать вашего сигнала, – Джинву поклонился и бесшумно вышел из комнаты.

Оставшись один, Юки посмотрел на свои руки. Черные узоры татуировок на мгновение вспыхнули тусклым светом. Он подошел к зеркалу и взглянул на свое отражение. Молодой мужчина с внешностью айдола и душой палача.

Он божественно готовил, любил быструю езду и хорошую музыку, но больше всего он любил справедливость, написанную кровью врагов. Сирота, потерявший всё, он вернулся, чтобы построить новую империю на пепле старой.

– Мортэ никогда не умирает по-настоящему, – прошептал он, и черное пламя на мгновение охватило его ладонь, не причиняя вреда, но обещая неминуемую гибель его врагам.

Сеул спал, не зная, что его улицы скоро станут свидетелями войны, которой этот мир еще не видел. Мафиозные семьи скоро узнают, что значит гнев истинного босса. Юки сделал последний глоток виски и выключил свет.

Тьма была его союзником. Огонь был его сутью. И эта ночь была последней спокойной ночью для семьи Верде.