лера и арт

Ночь в городе пахла мокрым асфальтом и остывающим бетоном. Лера шла по узкому проулку, сокращая путь от круглосуточного магазина до своего дома. После разрыва с Лологением она чувствовала странную смесь свободы и раздражения. Ее самооценка, всегда высокая, теперь и вовсе взлетела до небес: она считала, что заслуживает лучшего, чем тот инфантильный парень, которого она только что вычеркнула из своей жизни. Каблуки звонко цокали по неровной дороге, и Лера, поправив пакет с продуктами, даже не думала о страхе. Она была слишком уверена в себе, чтобы бояться темноты.

Свет фар внезапно разрезал мрак, ударив ей в спину. Черный автомобиль медленно вкатывался в проулок, направляясь к гаражам, расположенным в глубине дворов. За рулем сидел Артбарник. Он жил здесь давно и так же давно наблюдал за Лерой. Его любовь к ней была сродни болезни — тяжелой, изнуряющей и скрытой от посторонних глаз. Пока она была с Лологением, он заставлял себя держаться в тени, довольствуясь лишь фантазиями. Но теперь, когда он узнал об их расставании, барьеры внутри него рухнули.

Артбарник затормозил, глядя на силуэт девушки в свете фар. Его руки сжали руль до белизны в костяшках. В его голове проносились сотни образов, которые он годами выстраивал в своем воображении, доводя себя до исступления в одиночестве своей квартиры. Больше не было смысла ждать.

– Эй, ты что, с ума сошла здесь ночью ходить? – Артбарник опустил стекло, поравнявшись с ней.

Лера остановилась и смерила его строгим, почти презрительным взглядом. Она знала его как соседа, не более.

– Не твое дело, Арт. Езжай куда ехал, – отрезала она, прибавляя шаг.

– Я серьезно, тут неспокойно, – голос его дрогнул от возбуждения, которое он пытался выдать за тревогу.

– Я сама о себе позабочусь, – бросила она через плечо, даже не обернувшись.

Это пренебрежение стало последней каплей. Артбарник резко выскочил из машины, не глуша мотор. В два прыжка он настиг ее, обхватив со спины. Лера попыталась закричать, но тяжелая ладонь мгновенно накрыла ее рот.

– Молчи, – прошипел он ей в самое ухо. – Ты даже не представляешь, как долго я этого хотел.

Он затащил ее на заднее сиденье, блокируя двери. Лера отбивалась, ее агрессия вспыхнула мгновенно, она пыталась укусить его за руку, ударить локтем в ребра, но Артбарник, ведомый адреналином и накопленной годами похотью, был сильнее. Через несколько минут машина уже въезжала в его частный гараж, скрытый от глаз соседей.

В квартире Артбарник не церемонился. Он втащил ее в гостиную и с силой швырнул на ковер. Лера упала, больно ударившись плечом, но тут же попыталась подняться, ее глаза горели яростью.

– Ты хоть понимаешь, что ты делаешь, придурок? – выкрикнула она, поправляя растрепанные волосы. – Тебя посадят!

Артбарник молча расстегнул ремень и сбросил штаны. Его взгляд был остекленевшим, сосредоточенным только на одной цели.

– На колени, – приказал он тоном, не терпящим возражений.

– Пошел ты! – Лера плюнула в его сторону, пытаясь отползти к двери.

Он схватил ее за волосы, заставляя запрокинуть голову, и рывком поставил в нужное положение. Его пальцы больно впились в ее скальп.

– Я сказал — на колени. И делай то, что я хочу, если не хочешь, чтобы стало еще хуже.

Он грубо притянул ее лицо к себе, лишая возможности сопротивляться. Лера, чья уверенность начала таять под напором его безумного взгляда, подчинилась. Артбарник стонал, чувствуя, как его давняя фантазия воплощается в реальность. Он не заботился о ее комфорте, его движения были резкими и властными. Когда момент наступил, он кончил ей прямо в рот, заставляя проглотить всё до последней капли, удерживая ее голову за затылок.

– Вот так, – прохрипел он, отстраняясь на секунду, чтобы перевести дух. – Хорошая девочка.

Но на этом он не остановился. Перевернув ее и сорвав одежду, он вошел в нее без всякой подготовки, движимый лишь животным инстинктом. Лера вскрикнула, ее ногти впились в ковер, но Артбарник не обращал внимания на ее протесты. Он двигался быстро, жестко, выплескивая всю ту ярость и вожделение, что копились в нем годами, пока он наблюдал за ней со стороны.

Когда всё закончилось, он так же резко отстранился. Его дыхание постепенно выравнивалось, а взгляд снова стал холодным и отстраненным. Он посмотрел на Леру, которая лежала на полу, тяжело дыша и не поднимая глаз. В ней больше не было той агрессии, только опустошение.

– Можешь оставаться здесь или уходить, мне плевать, – бросил он, натягивая одежду.

Артбарник развернулся и, даже не оглянувшись на нее, ушел в спальню, плотно закрыв за собой дверь. Ему нужно было поспать. Его многолетняя жажда была утолена, и теперь его больше ничего не волновало.