Мой тиран

– Ещё одну, – голос Аканэ прозвучал глухо, почти неразличимо в шуме полумрачного бара.

Бармен, привыкший к лицам знаменитостей, которые ищут забвения на дне стакана, лишь молча кивнул. Хрусталь звякнул о полированную поверхность стойки. Янтарная жидкость отразила неоновые огни вывесок, дрожа в такт тому, как дрожали руки девушки.

Развод. Слово, которое должно было принести облегчение после долгих лет изматывающих отношений с Аквой, на деле ощущалось как ампутация. Аквамарин Хошино ушёл из её жизни так же холодно, как когда-то вошёл в неё, оставив после себя лишь пустоту и кипу документов на подпись. Аканэ Курокава, гениальная актриса, способная перевоплотиться в кого угодно, вдруг осознала, что не знает, как быть самой собой.

– Тебе не кажется, что для такой утончённой леди это уже перебор? – раздался рядом знакомый, чуть хрипловатый голос.

Аканэ вздрогнула и медленно повернула голову. Рядом, вальяжно облокотившись на стойку, сидел Таики Химэкава. Его взгляд, обычно ироничный и отстранённый, сейчас казался неестественно внимательным. В полумраке бара его глаза поблескивали странным, лихорадочным огнём.

– Таики-сан... – Аканэ попыталась улыбнуться, но губы её не послушались. – Решили составить компанию падшей звезде?

– Звёзды не падают, Аканэ, – он мягко отодвинул её бокал в сторону. – Их просто иногда заслоняют тучи. Пойдём, я отвезу тебя домой. Ты едва держишься на ногах.

– Домой? – Она горько усмехнулась. – Там слишком тихо. Там пахнет его одеколоном, хотя он забрал все вещи.

– Тогда поехали ко мне, – Таики произнёс это так буднично, словно предлагал обсудить новый сценарий. – Выпьешь чаю, поспишь. Я не кусаюсь, ты же знаешь.

Аканэ, чьё сознание было затуманено алкоголем и бесконечной усталостью, лишь покорно кивнула. В тот момент ей казалось, что любая протянутая рука – это спасение. Она не заметила, как цепко его пальцы сжали её локоть, и как изменилось выражение его лица, когда он выводил её на прохладный ночной воздух.

Прошло два года.

Солнечный свет едва пробивался сквозь тяжёлые бархатные шторы в просторной спальне. Аканэ сидела на краю огромной кровати, расчёсывая свои длинные синие волосы. Её движения были механическими, лишёнными прежней грации. На её запястье тускло поблескивал тонкий золотой браслет – подарок Таики, который она никогда не снимала. Не потому, что любила его, а потому, что замок открывался только специальным ключом, который он всегда носил с собой.

Дверь тихо скрипнула. Таики вошёл в комнату, неся на руках маленького мальчика, как две капли воды похожего на него самого, но с пронзительными глазами матери.

– Мама! – Малыш потянулся к Аканэ, и её сердце болезненно сжалось.

– Здравствуй, Акира, – она взяла сына на руки, вдыхая его родной запах. Это была единственная нить, связывавшая её с реальностью.

Таики подошёл сзади и положил руки ей на плечи. Его прикосновение заставило её внутренне содрогнуться, но она не подала виду. За это время она научилась играть