Мортэ

В мире, где нет места магии подземелий, а монстры носят дорогие костюмы и скрывают звериный оскал за вежливыми улыбками, правит лишь один закон — право сильного. Здесь не было Охотников, не было Системы, повышающей уровень. Были только кланы, семьи и бесконечная война за территории.

Семья Мортэ стояла на вершине этой пищевой цепочки. О ней шептались в темных переулках Сеула и в роскошных пентхаусах Нью-Йорка. Говорили, что их кровь проклята или благословлена самим дьяволом, ведь только прямые наследники Мортэ владели «Черным пламенем» — силой, способной превращать плоть и сталь в пепел за считанные секунды. Никто не видел Босса этой семьи в лицо и остался жив, чтобы рассказать об этом. Но страх перед ним был осязаем, как холодный металл у виска.

Сон Иль-Хван никогда не хотел иметь ничего общего с этим миром. Он был простым человеком, любящим мужем Пак Кен-хе и отцом двоих детей — маленькой Джи-А и Джинву. Но в мире мафии даже невинность не является защитой. Случайная встреча, не вовремя выплаченный долг дальнего родственника — и вот их жизнь превратилась в кошмар.

Склад на окраине порта пропах солью, ржавчиной и отчаянием. Работорговцы, промышлявшие живым товаром для подпольных арен и борделей, не знали жалости.

– Папа, мне страшно... – Джи-А уткнулась лицом в плечо отца, содрогаясь от рыданий.

Иль-Хван крепче прижал к себе жену и детей, загораживая их своим телом от тяжелых взглядов охранников. Его руки дрожали, но он продолжал молиться всем богам, которых знал, чтобы чудо произошло.

Сон Джинву, скованный по рукам и ногам, смотрел на свои ладони. В его глазах горела не мольба, а жгучая, ядовитая ненависть к самому себе. Он был слишком слаб. Слишком мал. Он видел, как ударили его мать, как смеялись над его отцом, и не мог сделать ровным счетом ничего. Эта беспомощность разъедала его изнутри сильнее, чем тугие веревки на запястьях.

Внезапно тишину склада разорвал оглушительный взрыв. Стены содрогнулись, и сверху посыпалась бетонная крошка. Послышались крики, полные ужаса, а затем — звуки выстрелов, которые обрывались слишком быстро.

Семья Сон замерла. Иль-Хван закрыл собой Джинву, ожидая худшего.

Из густой, непроглядной тьмы коридора послышались размеренные, уверенные шаги. Тьма словно расступалась перед идущим, не решаясь коснуться его подошв.

В круг света вышел ребенок. На вид ему было не больше двенадцати лет, но аура, исходившая от него, заставила бы склониться даже матерых наемников. У него были иссиня-черные волосы, идеально уложенные назад, и фарфоровая кожа, которая казалась почти прозрачной в свете ламп. Но больше всего поражали глаза — небесно-голубые, ледяные, в которых не было ни капли детской наивности.

На нем был безупречно сшитый черный костюм, на лацкане которого красовался герб, заставивший Иль-Хвана похолодеть.

Голова волка, выполненная в золотых и темных тонах. Золотой узор на морде зверя напоминал ритуальную маску. Волк был заключен в круг, окруженный острыми солнечными лучами, а внутри, за его головой, мерцали звезды и тонкий полумесяц.

Символ семьи Мортэ.

Мальчик держал в одной руке тяжелый пистолет, а в зубах у него дымилась сигарета. Несмотря на юный возраст, его тело было развитым и мускулистым, а движения — отточенными, как у хищника.

Он остановился в нескольких шагах от пленников и слегка наклонил голову набок, изучая их.

– Эй, ты! Мелкий ублюдок! – Из тени выскочили двое выживших охранников, вскидывая автоматы. – Ты еще кто такой?!

Мальчик даже не обернулся. Его губы тронула едва заметная, холодная усмешка. В следующее мгновение воздух вокруг него исказился от нестерпимого жара. Черное пламя, похожее на живые тени, сорвалось с его пальцев.

Крик охранников захлебнулся в зародыше. Секунда — и на их месте остались лишь кучки серого пепла, медленно оседающего на бетонный пол.

– Мусор, – негромко произнес мальчик, выдыхая облако сизого дыма. Голос его был на удивление спокойным и глубоким.

Он перевел взгляд на семью Сон. Джинву смотрел на него, не отрываясь. Мальчик с эмблемой волка казался ему божеством, спустившимся в этот ад, чтобы вершить суд.

Мальчик щелкнул пальцами, и тени за его спиной начали удлиняться, сгущаться, пока не превратились в две высокие фигуры. Один из них, облаченный в тяжелые черные доспехи, склонил голову. Это был Эшборн. Второй, более гибкий и изящный — Орэз.

– Мы их забираем, – распорядился Юки (так звали молодого босса Мортэ). – В мое поместье. Их нужно вылечить и накормить. На них жалко смотреть.

Он бросил окурок на пол и раздавил его носком лакированного ботинка.

– Эшборн, уничтожь здесь всё. Не должно остаться ни камня, ни свидетеля.

– Слушаю, Босс, – глухо отозвался рыцарь теней, и его глаза вспыхнули фиолетовым огнем.

Юки снова посмотрел на Джинву. На мгновение лед в его голубых глазах сменился чем-то похожим на любопытство.

– Орэз, займись этими людьми. Обеспечь им безопасность.

– Будет исполнено, господин, – Орэз шагнул вперед, протягивая руку Иль-Хвану, который все еще не мог прийти в себя от шока.

Юки развернулся и, не сказав больше ни слова, направился к выходу. Его плащ развевался за спиной, словно крылья огромной ночной птицы.

– Стой! – вдруг выкрикнул Джинву, преодолевая страх.

Мальчик-босс остановился, но не обернулся.

– Кто ты? – спросил Джинву, его голос дрожал, но взгляд оставался твердым.

Юки чуть повернул голову, так что стал виден его острый профиль.

– Тот, кто владеет твоей жизнью с этой секунды, – ответил он тихим, но властным тоном. – Если хочешь стать сильнее, Джинву... постарайся не умереть от страха по дороге в мой дом.

С этими словами он исчез в темноте дверного проема.

Джинву смотрел ему вслед, чувствуя, как в груди начинает разгораться странное, доселе незнакомое чувство. Это не был страх. Это была жажда. Жажда когда-нибудь встать рядом с этим человеком. Не как раб, не как спасенный, а как тот, кто тоже сможет повелевать тенями.

Орэз мягко коснулся плеча Иль-Хвана.

– Пойдемте. Господин Юки не любит ждать. И поверьте, в этом мире нет места безопаснее, чем тень семьи Мортэ.

Когда они вышли на улицу, склад за их спинами охватило безмолвное черное пламя. Оно не трещало, не искрило. Оно просто пожирало реальность, стирая само упоминание о тех, кто посмел поднять руку на слабых.

Над портом взошла луна, и в ее холодном свете золотой волк на гербе уходящего вперед мальчика казался живым. Начиналась новая эпоха. Эпоха, где слабый Сон Джинву умер в подвале работорговцев, а на его месте начало зарождаться нечто иное под присмотром самого опасного ребенка в мире мафии.

В машине, обитой дорогой кожей, Юки сидел, прикрыв глаза.

– Босс, – тихо произнес Орэз, сидящий на переднем сиденье. – Почему вы решили спасти их лично? Вы ведь могли прислать отряд зачистки.

Юки открыл глаза. В их глубине плясали крошечные искорки черного огня.

– В глазах того мальчишки, Джинву... я увидел бездну, Орэз. Такую же, как у меня. Было бы расточительством позволить такому пламени погаснуть в грязи.

Он снова посмотрел в окно на мелькающие огни ночного города. Мир мафии был жесток, но Юки Мортэ намеревался сделать его еще более непредсказуемым. Ведь теперь у него была новая фигура на доске, которую он собирался превратить в ферзя.