Морте

Утро в Сеуле всегда начиналось с шума — гула машин, спешащих на работу клерков и едва уловимого звона магической энергии, исходящей от Врат, которые стали обыденностью. Но в небольшом уютном кафе на углу тихой улочки время словно замедлялось. Здесь пахло свежемолотым кофе, домашней выпечкой и свежими персиками.

Окумура Юки стоял за стойкой, отточенными движениями взбивая молоко для латте. Его короткие черные волосы были слегка растрепаны, а ярко-голубые глаза, обычно холодные и пронзительные, сейчас светились мягким теплом. В правом ухе тихо позвякивали черные кольца-пирсинги, когда он наклонял голову, прислушиваясь к лепету, доносившемуся из переносной люльки, стоявшей в углу за прилавком.

– Да, Ай, папа сейчас закончит, – негромко произнес он, бросив взгляд на дочь.

Маленькая Ай, которой едва исполнилось полгода, была его абсолютной копией, за исключением глаз — они унаследовали цвет нежного молочного шоколада от матери, о которой Юки предпочитал не вспоминать. Малышка засунула кулачок в рот и довольно зажмурилась.

Юки поправил воротник черной рубашки, скрывающей тонкую серебряную цепочку и, что более важно, массивную татуировку, уходящую от шеи вниз по груди и правой руке. Под тканью также скрывался уродливый шрам на спине — единственное напоминание о ночи пять лет назад, когда семья Верде и предатели-союзники превратили поместье Мортэ в кладбище.

Тогда черное пламя, символ их рода, в последний раз взметнулось до небес, пожирая врагов и друзей вперемешку. Юки выжил чудом. Он решил, что босс самой могущественной мафиозной семьи мира должен умереть вместе со своими родными. Так появился Окумура Юки — обычный владелец кофейни, чей дар был надежно запечатан за семью замками воли и мастерски скрытой аурой.

Звякнул колокольчик над дверью.

– Доброе утро, Юки-сан! – Раздался бодрый голос, который Юки узнал бы из тысячи.

– Доброе утро, Сухо, – Юки поднял взгляд и улыбнулся своей фирменной, чуть ленивой полуулыбкой. – Как всегда? Двойной эспрессо для отца, карамельный макиато для мамы и... что сегодня для тебя?

Сон Сухо, восемнадцатилетний юноша с живым взглядом, облокотился на стойку. За его спиной в кафе вошли родители — Сон Джин Ву и Ча Ха Ин.

Глядя на эту семью, любой охотник S-ранга упал бы на колени от мощи, исходящей от них. Сон Джин Ву, Теневой Монарх, человек, стоящий на вершине мира, и его жена, сильнейшая женщина-охотник. Но здесь, в кафе «Мортэ» (название, которое Юки оставил как ироничную дань прошлому), они были просто постоянными клиентами, которые ценили тишину и лучший персик-кейк в городе.

– Мне, пожалуй, холодный чай с персиком, – ответил Сухо, а затем перегнулся через стойку, чтобы посмотреть на люльку. – Привет, мелкая! Опять папе работать мешаешь?

Ай издала радостный звук и засучила ножками.

– Она сегодня на удивление спокойная, – заметил Юки, передавая заказ Ча Ха Ин. – Добрый день, госпожа Ча, господин Сон.

Джин Ву прошел к своему любимому столику у окна, но на секунду задержал взгляд на Юки. Его глаза, способные видеть суть вещей, скользнули по фигуре баристы. Юки чувствовал этот взгляд — холодный, оценивающий, словно скальпель. В такие моменты внутри него на долю секунды просыпалось Черное Пламя, требуя ответить ударом на удар, показать, кто здесь истинный хищник. Но Юки лишь спокойнее сжал ручку питчера. Его аура была гладкой, как зеркало пруда, — ни капли маны, ни намека на силу.

– Вы сегодня выглядите уставшим, Юки-сан, – мягко сказала Ча Ха Ин, принимая стакан. – Ай не давала спать ночью?

– Зубки режутся, – соврал Юки, хотя на самом деле полночи он провел на балконе, выкуривая одну сигарету за другой и глядя на свои руки, которые когда-то были по локоть в крови. – Но это приятные хлопоты.

– Это точно, – Джин Ву наконец сел, его голос был глубоким и спокойным. – Сухо в её возрасте был настоящим ураганом.

– Я и сейчас могу! – отозвался парень, усаживаясь рядом с отцом. – Юки-сан, а вы слышали новости? Говорят, в портовом районе вчера нашли тела людей из синдиката «Зеленая ветвь». Все сожжены дотла, но огонь был странный... черный.

Юки на мгновение замер, протирая стакан. Сердце пропустило удар, но лицо осталось бесстрастным.

– Черный огонь? – Юки приподнял бровь. – Звучит как сказка для охотников. Может, это какой-то новый тип магии из Врат?

– Ассоциация так и думает, – кивнул Сухо, отпивая чай. – Но мой отец говорит, что это не похоже на ману монстров.

Джин Ву внимательно посмотрел на Юки.

– Это было похоже на старую ярость, – негромко произнес Теневой Монарх. – Сила, которая не принадлежит этому миру магии и уровней. Сила, которая передается через кровь.

В кафе повисла тишина. Юки чувствовал, как атлетическое тело напряглось, готовое к рывку, хотя внешне он продолжал небрежно опираться на стойку. Неужели он выдал себя вчера? Те отморозки из «Верде» нашли его, угрожали спалить кафе вместе с ребенком. Он не мог сдержаться. Черное пламя вырвалось само, превращая мучителей в пепел за секунды.

– Мир мафии всегда был жесток, – внезапно произнес Юки, глядя прямо в глаза Джин Ву. – Говорят, там выживают только сильнейшие. Но иногда сильные просто хотят, чтобы их оставили в покое.

Джин Ву слегка прищурился. На мгновение в воздухе столкнулись две невидимые силы: бесконечная тьма Монарха и первородный хаос Черного Пламени. Воздух в кафе стал тяжелым, Сухо невольно вздрогнул, не понимая, что происходит.

Но тут Ай в своей люльке громко чихнула и расплакалась.

Напряжение лопнуло, как натянутая струна. Юки мгновенно переключился, перемахнул через стойку с грацией леопарда и подхватил дочь на руки.

– Ш-ш-ш, маленькая, всё хорошо. Папа здесь.

Он прижал её к своей широкой груди, и татуировка деревьев на его руке на мгновение показалась живой под светом ламп. Ай тут же успокоилась, схватившись крошечными пальчиками за его пирсинг в ухе.

Ча Ха Ин улыбнулась, глядя на эту картину.

– Вы прекрасный отец, Юки-сан.

– Стараюсь, – ответил он, возвращаясь за стойку с ребенком на руках. – Извините, кажется, мне пора закрываться на перерыв. Нужно покормить эту принцессу персиковым пюре.

Семья Сон поднялась.

– Конечно, – кивнул Джин Ву. Уходя, он остановился у двери и обернулся. – Знаете, Юки-сан... у вас отличный кофе. Самый спокойный в этом городе. Было бы жаль, если бы что-то нарушило этот покой.

– Я сделаю всё, чтобы этого не случилось, – твердо ответил Юки.

Когда дверь закрылась, Юки выдохнул и прислонился лбом к холодной поверхности кофемашины. Он чувствовал, что Джин Ву догадывается. Или, по крайней мере, чувствует, что обычный бариста не так прост.

Вечером, когда кафе уже было закрыто, Юки стоял на балконе своей квартиры над заведением. В одной руке он держал сигарету, другая покоилась на перилах. На шее блестел кулон, а мышцы спины ныли — старый шрам всегда чесался к дождю или к беде.

– Семья Мортэ мертва, – прошептал он в ночное небо, выпуская струю дыма. – Есть только я и Ай.

Он посмотрел на свои пальцы, по которым на мгновение пробежала искра черного, как сама бездна, огня.

Мир вокруг менялся. Врата открывались, охотники становились героями, а мафия уходила в тень, становясь легендой. Но Юки знал: если «Верде» или кто-то другой решит, что наследник Мортэ слаб, потому что сменил пистолет на кофейный холдер, их ждет очень жаркая встреча.

Он затушил сигарету о перила и вошел в комнату, где сладко спала его дочь. В этом мире, полном монстров и магии, он нашел то, что стоило защищать больше, чем власть или честь семьи.

И если для защиты этого покоя ему придется снова стать Боссом, которого все боялись... что ж, черное пламя никогда не гаснет окончательно. Оно лишь ждет своего часа под слоем остывшего пепла.

Юки улыбнулся, глядя на спящую Ай, и тихо прикрыл балконную дверь. Завтра будет новый день, запах персиков и, возможно, еще один визит Теневого Монарха. Жизнь продолжалась, и пока в его руках была сила защитить это маленькое счастье, Окумура Юки был готов играть роль обычного человека столько, сколько потребуется.