Столкновение

Арена Столкновения сегодня буквально плавилась от зноя. Сухой ветер гонял пыль между кактусами и заброшенными ящиками с усилителями, а в воздухе стоял отчетливый запах пороха и жженого сахара. Пайпер, как всегда, выглядела безупречно. Ее голубое платье не помялось даже после того, как она точным выстрелом из своего зонта-винтовки отправила в нокаут Булла, решившего неосмотрительно выскочить из-за угла.

Для Пайпер этот бой был скорее разминкой перед вечерней сменой в кафе. Она двигалась грациозно, прикрываясь зонтиком от палящего солнца, и время от времени поправляла светлые локоны. Восемь бойцов уже покинули арену, не выдержав ее дистанционных атак. Остался последний противник.

Колетт, прятавшаяся в густых кустах в самом центре сужающегося круга дыма, едва сдерживала прерывистое дыхание. Ее сердце колотилось так сильно, что казалось, его стук слышен на всю округу. В руках она сжимала свой затрепанный дневник, из которого торчали обрывки фотографий, фанфиков и даже локон золотистых волос, который ей удалось раздобыть в прошлый раз.

– О боже, о боже, о боже... – шептала она, прикусывая нижнюю губу. – Мы остались вдвоем. Только я и моя королева. Это судьба! Это лучший сюжет для новой главы!

Колетт наблюдала сквозь листву, как Пайпер медленно приближается к ее укрытию. Блондинка выглядела настолько величественно, что у Колетт закружилась голова. Она уже представляла, как выскочит из засады, но не для того, чтобы нанести удар, а чтобы наконец-то стать ближе. Намного ближе, чем позволяют правила приличия или механика игры.

В голове Колетт зрел план, продиктованный ее безумной одержимостью. Она знала, что Пайпер всегда носит пышные юбки, которые так красиво развеваются при полете на гранатах. Но что скрывается под этими слоями нежного кружева? Это была тайна, которую Колетт жаждала раскрыть больше, чем победу в турнире.

Пайпер остановилась всего в нескольких шагах от куста. Она осторожно подняла зонт, готовясь к выстрелу.

– Я знаю, что ты там, дорогуша, – пропела Пайпер своим сладким, как патока, голосом. – Выходи, не заставляй меня использовать гранаты. Мне бы не хотелось испортить твой наряд.

Колетт почувствовала, как по спине пробежал холодок восторга. Она медленно поднялась, выходя на свет, но не с оружием, а с широко раскрытыми, сияющими глазами.

– Пайпер! Ты была просто великолепна! – Колетт едва не подпрыгнула на месте. – Тот выстрел в Кольта... это было так эстетично! Можно мне автограф? Прямо здесь, на обложке? Или... или на мне?

Пайпер слегка опустила зонт, на ее лице появилась снисходительная улыбка. Она привыкла к странностям своей самой преданной фанатки, но энтузиазм Колетт всегда был немного пугающим.

– О, Колетт, ты как всегда в своем репертуаре, – Пайпер прикрыла рот ладонью, изящно хихикнув. – Но мы ведь в разгаре боя. Ты должна пытаться победить меня, а не просить автографы.

– Победить тебя? – Колетт сделала шаг вперед, ее взгляд стал затуманенным. – Я уже победила, потому что осталась с тобой наедине. Дым поджимает, Пайпер. Скоро здесь станет совсем тесно.

Ядовитые облака действительно подступали, окрашивая края арены в зловещий фиолетовый цвет. Пространства оставалось всё меньше. Пайпер нахмурилась, чувствуя, что обстановка становится странной даже по меркам Колетт.

– Послушай, милочка, давай просто закончим это, – Пайпер снова подняла зонт. – Я угощу тебя своим фирменным тортом после матча, обещаю.

– Торт – это чудесно, – прошептала Колетт, внезапно сокращая дистанцию рывком. – Но я хочу кое-что послаще.

Колетт не атаковала в привычном смысле. Вместо этого она использовала свой супер, но не для того, чтобы нанести урон, а чтобы пролететь мимо Пайпер, обхватить ее за талию и увлечь за собой обратно в густые, высокие заросли, которые еще не поглотил дым.

– Ах! – вскрикнула Пайпер, когда они обе повалились на мягкую траву, скрытые от обзора камер арены.

Зонт отлетел в сторону. Пайпер оказалась прижата к земле, а Колетт нависла сверху, тяжело дыша. В глазах беловолосой девушки плясали безумные искорки.

– Колетт, это уже чересчур! – Пайпер попыталась оттолкнуть фанатку, но та крепко держала ее за запястья. – Что ты творишь?

– Я просто хочу посмотреть, – голос Колетт сорвался на хриплый шепот. – Ты всегда такая идеальная, такая закрытая. Словно фарфоровая куколка. Мне нужно знать, из чего сделана моя богиня.

Колетт медленно перевела взгляд вниз, на пышный подол голубого платья. Ее руки дрожали от предвкушения.

– Ты ведь не обидишься, если я немного... изучу твой гардероб? – Колетт хитро прищурилась. – Это только для моей личной коллекции знаний.

– Колетт, остановись, это неприлично! – Пайпер густо покраснела, ее обычная выдержка начала давать трещину. – Если кто-то увидит...

– Никто не увидит, – отрезала Колетт, запуская одну руку под мягкую ткань юбки. – Мы здесь одни. Весь мир исчез, остался только этот куст и мы.

Пайпер вздрогнула, когда пальцы Колетт коснулись ее бедра. Ощущение было обжигающим. Колетт действовала со смесью благоговения и дерзости. Она приподняла слои кринолина, открывая взору белоснежные панталоны с аккуратными рюшами и подвязки, украшенные крошечными розочками.

– Так красиво... – выдохнула Колетт, ее зрачки расширились. – Пайпер, ты пахнешь ванилью и опасностью. Это лучшее сочетание в мире.

Пайпер почувствовала, как по телу разливается странное тепло. Настойчивость Колетт, ее неприкрытая страсть и обожание начали вызывать у нее не только возмущение. Было в этом что-то пьянящее — быть объектом такого тотального, безумного поклонения.

– Ты... ты невозможна, – выдохнула Пайпер, перестав сопротивляться. Ее дыхание стало неровным.

Колетт, почувствовав перемену в настроении своего кумира, осмелела. Она прижалась ближе, ее лицо оказалось в считанных сантиметрах от лица Пайпер.

– Я напишу об этом целую книгу, – прошептала Колетт, касаясь носом щеки блондинки. – О том, как под идеальным платьем скрывается самая сладкая тайна арены. Позволь мне попробовать тебя на вкус, Пайпер. Всего один раз.

Колетт не стала ждать ответа. Она прильнула к губам Пайпер в поцелуе, который был одновременно неумелым, жадным и полным отчаяния. Пайпер на мгновение замерла от шока, но затем, к собственному удивлению, ответила, запуская пальцы в растрепанные белые волосы Колетт.

В кустах стало жарко. Колетт продолжала свои исследования под юбкой, ее ладони скользили по нежной коже, вызывая у Пайпер тихие вздохи, которые та пыталась подавить. Весь мир за пределами этого маленького зеленого убежища перестал существовать. Свист дыма и звуки далеких взрывов казались лишь фоновым шумом для их собственного, глубоко интимного сражения.

– Ты такая теплая... – Колетт оторвалась от губ Пайпер, глядя на нее с обожанием. – Я никогда не удалю этот момент из памяти.

Пайпер смотрела на нее, ее глаза были подернуты дымкой, а губы припухли от поцелуев. Она поправила сбившийся воротник платья и слабо улыбнулась.

– Ты действительно сумасшедшая, Колетт. Но, кажется, в этом и есть твое очарование.

Дым подобрался совсем близко, его едкий запах начал проникать в кусты. Пайпер поняла, что время вышло.

– Нам пора заканчивать, милая, – мягко сказала Пайпер, нащупывая рукой свой зонт, лежащий неподалеку. – Иначе мы обе проиграем этому газу.

Колетт нехотя отстранилась, позволяя Пайпер подняться. Блондинка грациозно отряхнула юбку, хотя ее щеки всё еще пылали ярким румянцем. Она посмотрела на Колетт, которая сидела на траве, выглядя абсолютно счастливой и немного растерянной.

– Знаешь, – Пайпер подмигнула ей, – в моем кафе сегодня вечером будет особенный десерт. Только для избранных гостей. Приходи после закрытия, и мы сможем обсудить... твою коллекцию более подробно.

Колетт застыла, ее рот приоткрылся в немом восторге.

– Это... это свидание? – пропищала она.

– Называй это как хочешь, – Пайпер раскрыла зонт и нажала на курок, взмывая в воздух на своих гранатах. – Но если опоздаешь, я съем всё сама!

Пайпер приземлилась в безопасной зоне, и через секунду на экране арены высветилось объявление о ее победе. Колетт, оставшаяся в дыму, даже не расстроилась из-за проигрыша. Она прижала свой дневник к груди и счастливо зажмурилась.

У нее было нечто большее, чем кубок. У нее был секрет Пайпер, вкус ее губ на своих и приглашение, которое обещало стать началом самого интересного фанфика в ее жизни. Фанфика, который на этот раз был абсолютной правдой.