Сыни

В холле Ассоциации охотников сегодня было необычайно людно, но Сон Юкио, или просто Юки, как его называли близкие, старался не привлекать к себе внимания. В свои шестнадцать лет он уже успел вытянуться до ста восьмидесяти сантиметров. Его густые черные волосы небрежно спадали на лоб, частично скрывая ярко-голубые глаза, в которых, если присмотреться, всегда плясали искры холодного интеллекта.

Юки выглядел как обычный подросток, предпочитающий комфорт: свободная серая футболка, светлые спортивные шорты с черными полосками и массивные кроссовки. О его истинной силе напоминали разве что несколько темных сережек в левом ухе и тонкие цепочки на шее, одна из которых удерживала жетон — подарок отца.

Развод Сон Джинву и Ча Хаин три года назад прошел тихо. Юки остался с отцом, сохранив с ним ту самую необъяснимую, почти магическую связь, которую не могли разорвать ни расстояния, ни обстоятельства. Его старший брат, Сухо, уже вовсю покорял подземелья, а Юки... Юки предпочитал скрывать свою ману. В базе данных Ассоциации он числился как ранг Е. Ему нравилось это спокойствие: возможность готовить любимые блюда, покупать спелые персики на рынке и тренироваться в одиночестве, оттачивая владение холодным и огнестрельным оружием до совершенства.

Но сегодня спокойствие закончилось.

Все произошло мгновенно. Пространство внутри тренировочного комплекса Ассоциации исказилось, и мощный магический купол отсек Юки от остального мира. Снаружи остались высокоранговые охотники, сотрудники охраны и Сон Джинву, который прибыл по делам Ассоциации.

Джинву ударил по куполу со всей своей мощью, но прозрачная преграда лишь пошла мелкой рябью. Величайший охотник человечества, чья фиолетовая мана обычно подавляла всё живое, замер, сжимая кулаки. Он видел, кто стоит внутри против его младшего сына.

– Юки! – крикнул Джинву, но звук не проникал сквозь барьер.

Внутри купола Юки стоял напротив человека в длинном плаще, чье лицо искажала безумная гримаса. Это был неизвестный охотник, чья аура сочилась гнилью и безумием.

– Кха... – Юки сплюнул вязкую кровь на пол, вытирая губы тыльной стороной ладони. – Ненормальный псих.

Противник рассмеялся, и этот звук напоминал скрежет металла по стеклу.

– Ну что ты, Юки-кун... – Охотник сделал шаг вперед, его глаза горели фанатичным огнем. – Мне нужно всего лишь твое сердце. В нем такая чистая, такая первозданная мощь. Отдай его мне, и я закончу твои мучения быстро.

Юки криво усмехнулся, хотя в его глазах уже начал разгораться алый свет. Он чувствовал, как мана внутри него — густая, темно-красная, похожая на расплавленный рубин — начинает закипать. Если мана отца была фиолетовой, как сумерки бездны, а мана брата — светло-золотистой, как утреннее солнце, то сила Юки была цветом крови и ярости.

– Хочешь мое сердце? – прохрипел Юки.

По его светлой коже, покрытой каплями пота, стали расползаться черные татуировки. Сложные цветочные и абстрактные узоры на правой руке и груди начали светиться зловещим багрянцем.

– Прозри же, – выдохнул он.

Юки резко вонзил пальцы левой руки в собственную грудь. Снаружи раздался крик Ча Хаин, которая только что прибежала в зал, и глухой удар Джинву по куполу. Люди за барьером в ужасе наблюдали, как шестнадцатилетний парень с нечеловеческим спокойствием вырвал из своей груди бьющееся, залитое красной маной сердце.

– Я уже давно не человек, – произнес он голосом, в котором вибрировали сотни чужих теней.

Юки раздавил сердце в кулаке. Кровь не брызнула на пол — она превратилась в чистую энергию, которая мгновенно впиталась обратно в его тело. Рана на груди начала зарастать с невероятной скоростью, затягиваясь черными нитями магической материи.

На его левой кисти материализовалась черная перчатка, из которой исходило темно-красное сияние. Вокруг парня начали клубиться густые темные тени. В отличие от солдат отца, тени Юки были иными. Из дыма сформировались очертания огромного волка. Его голова и передняя часть туловища выглядели материальными, а глаза горели ярко-синим пламенем. Тень волка издала беззвучный рык, и магические частицы, похожие на синие искры, закружились в воздухе.

– Твоя очередь бояться, – сказал Юки, и его глаза окончательно стали алыми.

В его руках, словно из ниоткуда, соткались два кинжала. Лезвия были черными, как обсидиан, но по ним пробегали красные молнии.

Противник, еще секунду назад уверенный в своей победе, попятился.

– Ты... что ты такое? Это не мана охотника!

– Это наследие, – Юки качнулся вперед, исчезая в рывке.

Он двигался быстрее, чем мог уловить человеческий глаз. Первый удар пришелся врагу в плечо, второй — в бедро. Юки не просто сражался, он танцевал, используя свои знания боевых искусств, доведенные до абсолюта. Кинжалы в его руках казались продолжением его собственного тела.

Сон Джинву снаружи перестал бить по куполу. Он смотрел на сына, и в его взгляде смешивались гордость, боль и осознание. Он всегда знал, что Юки особенный, но не думал, что ему придется пробудить свою истинную суть так рано.

– Юки, не дай тьме поглотить тебя полностью, – прошептал Джинву, прижимая ладонь к холодному барьеру.

Внутри купола бой превратился в одностороннюю резню. Юки не красовался силой, он действовал эффективно и жестоко. Тень волка бросалась на врага, сковывая его движения, пока парень наносил точные удары.

– Ты хотел мое сердце, – Юки оказался прямо перед лицом противника, его голос звучал как шелест сухих листьев. – Но оно принадлежит не мне. Оно принадлежит тени.

Красная мана вспыхнула так ярко, что на мгновение ослепила всех присутствующих. Когда свет погас, купол рассыпался мириадами осколков.

Юки стоял посреди зала. Его серая футболка была безнадежно испорчена, куртка сползла с плеча, обнажая татуированный торс. Он тяжело дышал, а алый цвет в глазах медленно сменялся привычным голубым. Враг лежал у его ног, скованный теневыми цепями, живой, но полностью сломленный.

Юки обернулся к отцу. На его лице снова появилась та самая легкая, едва заметная полуулыбка.

– Пап, я, кажется, проголодался, – тихо сказал он. – У нас дома остались те персики, которые мы купили вчера?

Джинву в два шага преодолел расстояние между ними и крепко обнял сына, игнорируя липкую кровь и остатки темной маны.

– Остались, Юки. Идем домой.

Окружающие охотники, включая руководство Ассоциации, стояли в гробовой тишине. Они только что увидели рождение легенды, которая, возможно, превзойдет даже самого Сон Джинву. Но для Юки это был просто еще один день, когда ему пришлось защитить свое право на простую жизнь, вкусную еду и тишину, которую он так ценил.

Скрывать ранг Е теперь не имело смысла, но Юки это мало волновало. Главное, что цепочка на его шее все еще была на месте, а отец был рядом.