рис

Вечерний город задыхался в неоновом мареве. Серебристый «Мустанг», на котором Паша, Артём и Гриша только что вернулись из очередного изматывающего рейса, замер на парковке у бизнес-центра. Поездка выдалась нервной: перевозка тяжелой «дури» через три границы всегда бьет по вискам, даже если ты профессионал.

Гриша, выходя из машины, слишком резко распахнул дверь, и тишину парковки прорезал противный скрежет металла о металл. Соседний черный «Майбах» обзавелся длинной царапиной на боку.

– Твою мать, Гриш, ты серьезно? – Артём закатил глаза, потирая переносицу. – Мы только что проехали три тысячи километров без единого штрафа, чтобы ты впоролся в стоячую машину на базе?

– Да ладно тебе, Тема, – Гриша виновато развел руками, приглаживая пепельные волосы. – Темно тут, и датчик не пискнул. Угонять их проще, чем парковаться рядом, честное слово.

Паша, возвышавшийся над друзьями на добрую голову, тяжело вздохнул. Его огромная фигура в свете фонарей казалась почти монументальной: белые, как снег, волосы были взъерошены, а в голубых глазах читалась смертельная усталость.

– Ждем хозяина, – коротко бросил Паша, прислоняясь к капоту.

– Паш, да брось, – Гриша взглянул на часы. – Оставь записку и пойдем. Ты же сам всю дорогу ныл, как домой хочешь.

– Я и сейчас хочу, – проворчал Паша, доставая телефон. – Сашка там, небось, уже все пороги обил. Но если я уеду и этот тип заявится, будет лишний шум. Нам шум в бизнесе не нужен. Сами знаете.

– Ой, да признайся, ты просто боишься, что Санек тебе устроит взбучку за «неспортивное поведение», – хмыкнул Артём. – Кто в доме хозяин, Паш? Ты — двухметровая гора мышц, или этот мелкий черноволосый эльф?

Паша лишь криво усмехнулся, глядя на экран блокировки, где на него смотрел улыбающийся Саша.

– В доме хозяин тот, у кого хватает терпения меня выносить, – тихо ответил он. – И если Сашка сказал, что ждет меня к ужину, значит, я должен был быть там еще час назад. Он ворчит так, что у меня уши закладывает, хотя сам их толком не слышит без своих аппаратов. Но я все равно пойду и буду слушать, потому что это Сашка.

– Подкаблучник ты, Пал Сергеич, – по-доброму засмеялся Гриша. – Но зато верный.

– Идите к черту, – беззлобно отозвался Паша. – Просто я знаю, что он приготовил то рагу, которое я люблю. И если я опоздаю, он заставит меня самого мыть посуду. А вы знаете, как я ненавижу мыть посуду.

Ожидание прервал звук шагов. К машинам подошел мужчина в дорогом, идеально сидящем костюме. Каштановые волосы были уложены, а карие глаза смотрели уверенно и спокойно. Дима, наследник крупной инвестиционной фирмы, не выглядел как человек, склонный к истерикам из-за поцарапанного крыла.

– Добрый вечер, господа, – Дима остановился, оглядывая компанию. – Моя машина, я полагаю?

– Твоя, – Паша кивнул на царапину. – Мой друг немного не рассчитал габариты. Мы не скрываемся, готовы оплатить ремонт на месте.

Дима внимательно посмотрел на Пашу, затем на Гришу и Артёма. В его взгляде промелькнул интерес. Он любил риск и людей, которые пахли адреналином, а от этой троицы за версту несло скоростью и опасными дорогами.

– Ремонт — это скучно, – вдруг улыбнулся Дима. – Вижу, техника у вас серьезная. Как насчет пари?

– Пари? – переспросил Артём, оживляясь.

– До клуба «Инферно» на окраине. Если приедете первыми — забудем о царапине, и я сверху накину за хорошую езду. Если я — ремонт за ваш счет в двойном размере.

Гриша и Артём переглянулись. В их глазах зажегся азарт. Паша уже хотел было отказаться, но тут его телефон завибрировал. Уведомление: «Саша. Геолокация: Клуб Инферно».

– По коням, – коротко бросил Паша, садясь за руль. – Принимаем вызов.

Рев моторов разорвал ночную тишину. Две машины сорвались с места, оставляя на асфальте черные полосы жженой резины. Это была не просто гонка, это был танец на грани фола. Дима вел свой «Майбах» на удивление агрессивно, срезая углы и проскакивая на желтый. Но Паша... Паша за рулем превращался в часть механизма. Его огромные руки уверенно держали руль, а ледяное спокойствие позволяло просчитывать трафик на три хода вперед.

– Левее, Паш! Он сейчас зажмет! – кричал Гриша, вцепившись в ручку.

– Не зажмет, – процедил Паша, переключая передачу. – Он играет в гонщика, а мы этим живем.

На последнем повороте перед клубом «Мустанг» эффектно ушел в занос, обходя Диму по внутренней дуге. Паша затормозил прямо перед входом, подняв тучу пыли. Дима припарковался следом секундой позже.

Выйдя из машины, Дима аплодировал.

– Впечатляет. Честно. Я думал, такие профи только в кино бывают.

– Мы просто очень торопились, – ответил Паша, уже не глядя на нового знакомого. Его взгляд был прикован к дверям клуба.

– Ладно, мужики, – Дима протянул визитку. – Будет желание повторить или если смените сферу деятельности — звоните. Такие водители нужны везде.

Они попрощались, и троица вошла в клуб. Внутри было шумно, пахло дорогим алкоголем и парфюмом. Саша работал здесь администратором в ночные смены, о чем Паша, к своему неудовольствию, узнал только по геолокации.

Как только они увидели Сашу у барной стойки, Артём и Гриша наперебой бросились к нему.

– Санек! Живой! – Гриша сгреб парня в охапку, чуть не сбив с него слуховые аппараты. – Ты не представляешь, как мы доехали! Нас какой-то мажор на трассе подрезал, а Паша его как стоячего сделал!

– И Гриша машину поцарапал, – вставил Артём, ероша волосы Саши. – Паша там чуть инфаркт не схватил, так к тебе рвался.

Саша улыбался — открыто и немного застенчиво. Его черные глаза светились радостью при виде друзей. Он быстро жестикулировал, одновременно пытаясь поправить аппараты.

– Я рад, что вы целы, – голос Саши был чуть тише обычного, с характерной мягкостью. – Паша опять ворчал всю дорогу?

– О, ты его знаешь, – Гриша хохотнул. – «Хочу к мужу, хочу рагу, вы все идиоты».

Паша подошел последним. Друзья тактично отошли к диванам, давая им минуту. Паша просто молча обнял Сашу, пряча лицо в его плече. Разница в росте была комичной: Саша едва доставал ему до груди, но в этих объятиях именно Паша казался тем, кого защищают.

– Ты почему не сказал, что у тебя смена? – глухо спросил Паша, целуя мужа в макушку. – Я думал, ты дома.

– Срочно вызвали, – Саша отстранился и посмотрел Паше прямо в глаза, читая по губам. – Прости. Ужин в холодильнике, только разогрей. Ты очень устал?

– Теперь нет, – Паша погладил его по щеке. – Но я останусь здесь, пока ты не закончишь.

– Не надо, иди с ребятами, отдохни, – Саша мягко подтолкнул его к диванам. – Я скоро поднимусь в офис, отчеты сдать.

Они просидели в клубе около часа. Ребята обсуждали гонку, Диму и свои планы на следующие заказы. Паша почти не слушал, следя взглядом за каждым движением мужа.

Когда пришло время, Саша попрощался и направился к лифтам. На верхних этажах располагались вип-кабинеты и администрация. Выйдя из лифта, Саша едва не столкнулся с мужчиной.

Это был Дима. Он приехал сюда отдохнуть после проигранной гонки и явно не ожидал увидеть здесь это чудо.

Саша замер. Перед ним стоял высокий, уверенный в себе мужчина с невероятно глубокими карими глазами. Дима, в свою очередь, застыл, пораженный. В полумраке коридора глаза Саши казались бездонными черными омутами, а его хрупкость и какая-то внутренняя чистота резко контрастировали с атмосферой клуба.

– Оу, прошу прощения, – Дима улыбнулся своей самой обаятельной улыбкой. – Я не заметил такого прекрасного препятствия.

Саша чуть покраснел, поправляя аппарат на ухе.

– Ничего страшного. Я просто спешил.

– Вы здесь работаете? – Дима сделал шаг ближе, вторгаясь в личное пространство. – Я Дима. И я готов поклясться, что не видел никого красивее в этом городе.

Саша смущенно отвел взгляд.

– Я Саша. Извините, мне правда нужно идти.

– Саша... – Дима смаковал имя. – Надеюсь, мы еще увидимся.

Саша лишь кивнул и быстро скрылся за дверью кабинета. Дима остался стоять в коридоре, чувствуя, как бешено колотится сердце. Он, видавший виды бизнесмен, пропал с первого взгляда.

Прошел месяц.

Жизнь шла своим чередом. Паша продолжал свои опасные рейсы, а Саша — работу в клубе и заботу о доме. О той мимолетной встрече в коридоре Саша почти забыл, пока однажды днем, когда он выходил из супермаркета, перед ним не затормозил знакомый черный «Майбах».

Дима вышел из машины, сияя. Он искал его. Не зная ни адреса, ни телефона, он объезжал этот район в надежде на случай.

– Саша! Какая встреча, – Дима подошел к нему, игнорируя тяжелые пакеты в руках парня. – Я уже думал, что вы мне приснились.

– Здравствуйте, Дима, – Саша улыбнулся. Ему льстило внимание такого мужчины, хотя в сердце всегда был только Паша. Но легкий флирт никогда не казался ему преступлением.

– Слушайте, я не хочу показаться навязчивым, но... может, сходим куда-нибудь? Кофе, ужин? Я очень хотел бы узнать вас поближе.

Саша закусил губу. В этот момент из-за угла вышел Паша. Он ходил за машиной и теперь, увидев мужа рядом с каким-то типом, мгновенно превратился в грозовую тучу.

Паша подошел со спины, по-хозяйски кладя огромную ладонь на плечо Саши. Дима, узнав водителя «Мустанга», на секунду растерялся, но быстро взял себя в руки.

– Какие люди, – процедил Паша, его голос звучал как рычание. – Снова проблемы с парковкой, Дима? Или ты адресом ошибся?

Саша почувствовал, как напряглись мышцы мужа. Ему нравилась эта ревность — она была осязаемой, дикой, подтверждающей, насколько он дорог этому огромному человеку.

– Паш, тише, – Саша мягко коснулся его руки. – Дима просто предложил выпить кофе.

– Кофе? – Паша перевел взгляд на Диму. Его глаза сузились. – Он не пьет кофе с незнакомцами. И вообще, он очень занят.

Дима, несмотря на явную угрозу, исходящую от Паши, не отвел взгляда.

– А он что, занят? – спросил он прямо, глядя Паше в глаза. – Я не видел кольца.

Паша усмехнулся, и в этой усмешке не было ни капли веселья. Он притянул Сашу ближе, почти вжимая его в свой бок.

– Ты опоздал на четыре года, приятель, – чеканя каждое слово, произнес Паша. – Этот парень — мой муж. И если я еще раз увижу тебя в радиусе километра от него, гонки закончатся. Начнется бокс. Без правил.

Дима поднял руки в примирительном жесте, хотя в его глазах все еще горел огонек азарта.

– Муж? Что ж... признаю, у тебя отличный вкус. И ты чертовски везучий человек.

– Я знаю, – отрезал Паша. – Иди, куда шел.

Когда Дима уехал, Паша еще долго стоял, не выпуская Сашу из объятий. Его мысли метались: он ненавидел, когда на Сашу смотрели ТАК. Ему хотелось спрятать его от всего мира, закрыть в их квартире и никогда не выпускать. Он знал, что Саша никогда не изменит, что он предан до кончиков пальцев, но этот страх — потерять свое единственное сокровище — всегда жил где-то глубоко под ребрами.

– Паш, ты его напугал, – тихо сказал Саша, прижимаясь к его груди.

– И хорошо, – проворчал Паша, забирая у него пакеты. – Пошли домой. И никакого кофе. Я сам тебе его сварю.

Саша шел рядом, глядя на широкую спину мужа, и улыбался. Он знал, что вечером Паша снова будет ворчать, жалуясь на усталость и холод, а потом покорно пойдет делать то, что попросит Саша. Потому что за этой суровой внешностью скрывалось сердце, которое билось только для него одного. А Дима... Дима был просто яркой вспышкой, которая лишь сильнее заставила оценить тепло домашнего очага.