Боль Дилана

Дом семьи Квон всегда казался Дилану крепостью — местом, где холодные технологии и тепло человеческих отношений сплетались в единое целое. После того как Лимо вернулся к нормальной жизни и их отношения с сыном наладились, Дилан чувствовал себя по-настоящему счастливым. Даже появление в жизни отца нового человека, Эрия, поначалу не вызвало у мальчика тревоги.

Эрий был статным, вежливым и обладал той мягкой манерой общения, которая располагала к себе с первых минут. Лимо светился рядом с ним, и Дилан, видя это, искренне старался наладить контакт с потенциальным отчимом. Однако иногда, в моменты, когда Лимо отворачивался к мониторам или уходил на кухню, Дилан ловил на себе странные взгляды Эрия. Это не было обычное одобрение или дружелюбие; взгляд мужчины задерживался на нем слишком долго, скользя по плечам и ниже, становясь тяжелым и липким.

«Мне просто кажется, — убеждал себя Дилан, отводя глаза. — Он просто пытается привыкнуть ко мне, как и я к нему».

Но предчувствие, которое никогда не подводило пилота Тобота Z, тихим шепотом твердило об обратном.

День начался суетливо. Когда Дилан вернулся из школы, он застал отца в кабинете, лихорадочно сбрасывающим документы в портфель.

– Папа? Что происходит? – Дилан остановился в дверях, глядя на беспорядок.

– Дилан, хорошо, что ты пришел, – Лимо на секунду замер, поправляя очки. – Меня срочно вызвали на конференцию в другой город. Это касается новых разработок, я не могу отказаться.

– Оу, ясно. Надолго? – мальчик постарался скрыть разочарование.

– Всего на пару дней. Я уже договорился с Эрием, он присмотрит за домом и за тобой. Он скоро будет здесь.

Дилан почувствовал, как внутри что-то екнуло, но он лишь коротко кивнул.

– Хорошо. Не волнуйся, я справлюсь.

– Я знаю, что ты взрослый парень, – Лимо подошел и крепко обнял сына. – Но мне так спокойнее. Эрий обещал помочь тебе с проектом по физике, если возникнут трудности.

Через час Лимо уже уехал, а в дверях появился Эрий. Он улыбнулся Дилану, и эта улыбка на мгновение показалась мальчику хищной, но он тут же отогнал эту мысль.

Вечер прошел на удивление тихо. Эрий вел себя безупречно: приготовил ужин, расспрашивал о школе и Тоботах, не проявляя никакой навязчивости. Дилан даже расслабился, решив, что его прежние подозрения были плодом воображения.

– Тебе пора спать, Дилан, – мягко произнес Эрий, глядя на часы. – Завтра рано вставать.

– Да, ты прав. Спокойной ночи, – Дилан поднялся к себе.

– Спокойной ночи, – отозвался мужчина, провожая его взглядом, который теперь уже не скрывал темного блеска.

Дилан быстро уснул. Усталость после учебного дня и тренировок с Z взяла свое. Ему снилось что-то смутное, когда внезапное ощущение чужого присутствия вырвало его из сна. Сначала он подумал, что это часть кошмара, но реальность оказалась куда страшнее.

Он лежал на животе, и сквозь сон почувствовал, как чья-то тяжелая ладонь легла ему на бедро. Рука медленно, по-хозяйски, скользнула выше, сминая ткань пижамных штанов. Дилан замер, парализованный ужасом. Мысли путались: «Может, это папа вернулся? Нет, папа бы так не сделал...»

Холодный пот прошиб его, когда он почувствовал, как чужие пальцы бесцеремонно начали лапать его попку. Это не было случайным касанием. Это было целенаправленное, грубое нарушение всех границ. Когда же Дилан почувствовал резкое, болезненное вторжение — пальцы Эрия нагло проникли внутрь его тела, — реальность взорвалась криком.

– А-а-а! – Дилан попытался вскочить, но его тут же прижали к матрасу.

Сильная рука, пахнущая дорогим парфюмом Эрия, накрыла его рот, заглушая второй крик. Мальчик отчаянно забился, пытаясь вырваться, но мужчина был гораздо сильнее и тяжелее. Он навалился сверху, лишая возможности дышать и двигаться.

– Тише, Дилан, тише, – раздался над самым ухом знакомый вкрадчивый голос, от которого по спине пробежали ледяные мурашки.

Эрий прижал его лицо к подушке, продолжая свои извращенные действия другой рукой. Дилан чувствовал, как слезы застилают глаза, а в груди клокочет ярость вперемешку с абсолютным бессилием.

– Пусти... – прохрипел он в ладонь, но его лишь сильнее придавили.

– Тебе лучше успокоиться, – прошептал Эрий, и в его голосе больше не было той мягкости, которую видел Лимо. – Знаешь, что самое забавное? Даже если ты решишь нажаловаться папочке, он тебе не поверит.

Дилан замер, перестав сопротивляться на мгновение. Эти слова ударили больнее, чем само насилие.

– Для него я — идеальный партнер, – продолжал Эрий, чувствуя свою власть. – А ты... ты просто подросток с бурной фантазией. Он решит, что ты просто ревнуешь его или пытаешься привлечь внимание. Ты ведь не хочешь расстраивать отца, правда? Он так счастлив сейчас.

Мужчина убрал руку от его рта, уверенный, что Дилан больше не закричит. Мальчик лежал, уткнувшись лицом в смятую простыню, и его плечи мелко дрожали.

– Уходи... – выдохнул Дилан, его голос сорвался на шепот.

– Я уйду, когда закончу, – холодно ответил Эрий. – И помни: это наш маленький секрет. Если ты откроешь рот, я сделаю так, что Лимо возненавидит тебя за ложь.

В ту ночь комната, которая всегда была для Дилана убежищем, превратилась в место пытки. Каждый звук, каждое движение Эрия выжигалось в памяти мальчика клеймом позора и боли. Он смотрел в окно, где в свете луны виднелся силуэт гаража, где спал Z. Его верный Тобот был так близко, но в то же время бесконечно далеко, неспособный защитить своего пилота от монстра, которого их семья сама впустила в дом.

Когда всё закончилось и шаги Эрия затихли в коридоре, Дилан не пошевелился. Он лежал в темноте, глядя в пустоту, и чувствовал, как внутри него что-то безвозвратно ломается. Мир, который он так долго строил вместе с отцом, оказался хрупким стеклянным шаром, который Эрий только что разбил вдребезги.

Он понимал, что завтра наступит утро. Приедет Лимо, будет улыбаться, рассказывать о конференции и обнимать Эрия. А Дилану придется смотреть на это, неся на плечах непосильный груз тайны, которая теперь стала его персональным адом.