Омега

Кухня в доме семьи Сон обычно была местом спокойствия, где по утрам пахло крепким кофе, а по вечерам — домашним ужином. Но сегодня воздух здесь был настолько густым от феромонов, что его, казалось, можно было резать ножом. Сладкий, дурманящий аромат жасмина и спелого персика смешивался с тяжелыми, властными нотами хвои и грозового неба.

В центре этого невидимого шторма стоял Окумура Юки. Его фарфоровая кожа раскраснелась от жара, черные волосы растрепались, а небесно-голубые глаза лихорадочно блестели. Одетый лишь в одну длинную белую рубашку, едва доходившую до середины бедра, он выглядел до боли беззащитным, если бы не одно «но».

В руках Юки сжимал тяжелую чугунную сковородку, направляя её поочередно то на одного, то на другого альфу, которые медленно, по-хищному сужали круги вокруг него.

– Еще шаг, и я за себя не отвечаю! – голос Юки дрогнул, но он постарался придать ему как можно больше твердости. – Назад! Я сказал — назад!

Сон Джинву, Теневой Монарх, чья одна лишь тень заставляла содрогаться королей, сейчас стоял в двух метрах от омеги, засунув руки в карманы домашних брюк. Его темные глаза светились мягким фиолетовым светом, а на губах играла едва заметная, ласковая улыбка. Для него Юки сейчас был похож на разъяренного котенка, который выпустил когти, не осознавая, что противники — матерые волки.

– Юки-я, – мягко произнес Джинву, делая крохотный, почти незаметный шаг вперед. – Ты же понимаешь, что сковородка не остановит ни меня, ни Сухо? Тебе плохо, твоя течка только началась. Мы просто хотим помочь.

– Помочь? – Юки нервно хихикнул, перехватывая ручку сковороды поудобнее. – Вы хотите меня затискать до смерти! Я знаю этот взгляд!

С другой стороны, отрезая путь к выходу в гостиную, стоял Сон Сухо. Молодой альфа, унаследовавший от отца не только силу, но и пугающую харизму, выглядел куда менее сдержанным. Его зрачки расширились, заполняя почти всю радужку, а дыхание было тяжелым. Запах Юки действовал на него опьяняющее.

– Пап, он прав, – усмехнулся Сухо, обращаясь к Джинву, но не сводя глаз с омеги. – Мы действительно хотим его затискать. И не только. Юки, ты же чувствуешь, как твоё тело горит. Зачем мучить себя? Брось это опасное оружие, пока ты никого не ушиб... или пока я не отобрал его и не использовал как повод для наказания.

Юки вспыхнул еще сильнее, став почти пунцовым. Слова Сухо вызвали внизу живота предательскую волну жара, от которой ноги стали ватными. Рубашка неприятно липла к влажной коже, а каждый вдох приносил запахи его альф, заставляя инстинкты омеги внутри него скулить и требовать подчинения.

– Не смей! – Юки снова замахнулся сковородкой на Сухо. – Я серьезно! Я... я уйду в ванную и запрусь там на три дня!

– И выломаешь дверь через пять минут, потому что тебе станет одиноко, – парировал Джинву, сокращая дистанцию еще на полшага. – Юки, посмотри на свои руки. Они дрожат.

– Это от ярости! – выкрикнул омега, хотя все понимали, что это не так.

Джинву и Сухо переглянулись. Между отцом и сыном промелькнуло молчаливое понимание. Они оба были альфами высшего ранга, их инстинкты требовали немедленно забрать свою пару, окутать заботой, пометить и спрятать от всего мира. Но они также бесконечно любили Юки и наслаждались этой игрой. Его сопротивление было очаровательным, его попытки казаться грозным — невыносимо милыми.

– Знаешь, Сухо, – вкрадчиво начал Джинву, – мне кажется, наша омега сегодня слишком капризна. Может, нам стоит применить силу?

– Я только «за», – хищно улыбнулся Сухо, медленно снимая футболку и демонстрируя литую мускулатуру, покрытую шрамами от многочисленных сражений. – Сковородка — это серьезное препятствие, но, думаю, я справлюсь.

Юки почувствовал, как по спине пробежал холодок, смешанный с восторгом. Он попятился, пока не уперся поясницей в кухонную столешницу. Идти было некуда.

– Я... я буду кричать! – предпринял он последнюю попытку.

– Кричи, – Джинву уже был совсем рядом. Его рука поднялась и коснулась пряди черных волос Юки, убирая её с потного лба. – Соседи знают, что мы дома. Никто не придет на помощь.

– Джинву... – выдохнул Юки, и его голос потерял всю сталь. Сковородка опустилась на несколько сантиметров. – Сухо... это нечестно. Двое на одного.

– В любви и на охоте правил нет, – прошептал Сухо, оказавшись с другого бока от омеги. Он наклонился к шее Юки, вдыхая аромат прямо у самой железы. – А ты для нас — и любовь, и самая ценная добыча.

Юки почувствовал, как пальцы ослабли. С звонким грохотом чугунная сковородка упала на кафельный пол, но никто даже не вздрогнул. Этот звук стал сигналом к окончанию игры.

– Попался, – тихо сказал Джинву, обхватывая Юки за талию и притягивая к своему горячему телу.

Омега издал тихий всхлип, который тут же потонул в глубоком поцелуе альфы. Сухо не остался в стороне, прижимаясь к спине Юки и обнимая обоих, создавая вокруг них непроницаемый кокон из силы и страсти.

– Жаркий, – пробормотал Сухо в губы Юки, когда Джинву отстранился, давая парню глоток воздуха. – Весь горишь.

– Из-за вас... – слабо прошептал Юки, обмякнув в их руках. Его небесно-голубые глаза затуманились желанием. – Вы невыносимы. Оба.

– Мы знаем, – Джинву подхватил Юки на руки, словно тот ничего не весил. – Но ты ведь именно поэтому нас и выбрал, верно?

Юки не ответил, лишь уткнулся лицом в шею Джинву, вдыхая его запах и чувствуя, как Сухо идет следом, собственнически положив руку ему на бедро. Течка обещала быть долгой, изматывающей и абсолютно прекрасной.

Когда они покидали кухню, забытая на полу сковородка осталась единственным напоминанием о коротком бунте «разъяренного котенка», который теперь тихо мурлыкал в руках своих альф.

***

В спальне царил полумрак, нарушаемый лишь слабым светом уличных фонарей, пробивающимся сквозь шторы. Джинву бережно опустил Юки на широкую кровать, но не отпустил его рук. Сухо тут же запрыгнул следом, устраиваясь с другой стороны.

– Больше не будешь драться посудой? – поддразнил Сухо, целуя внутреннюю сторону запястья Юки.

– Посмотрим на ваше поведение, – Юки попытался напустить на себя строгий вид, но вышло плохо. Его тело выгибалось навстречу ласкам альф.

Джинву навис сверху, его взгляд стал серьезным и полным нежности.

– Мы позаботимся о тебе, Юки. Просто доверься нам.

– Я всегда вам доверяю, – искренне ответил омега, закрывая глаза.

Запах жасмина заполнил комнату, окончательно вытесняя все тревоги. Впереди были дни, полные страсти, нежности и той связи, которую могли разделить только они трое. И никакая сковородка в мире не смогла бы защитить Юки от той любви, которой его окружали Сон Джинву и Сон Сухо. Да он, честно говоря, и не очень-то хотел защищаться.