.

В лаборатории Сэра Пентиуса пахло озоном, порохом и крепким чаем, который уже давно остыл в фарфоровой чашке. Тишина, обычно наполненная лишь мерным тиканьем часов и шипением выпускаемого пара, теперь казалась густой и наэлектризованной.

Пентиус сидел за своим массивным дубовым столом, нервно перебирая длинными когтистыми пальцами чертежи новой оборонительной турели. Однако мысли его были заняты отнюдь не калибром снарядов. Он чувствовал на себе взгляд. Тот самый взгляд, от которого чешуя на хвосте непроизвольно топорщилась, а сердце в груди (и все остальные дополнительные сердца) начинало биться вразнобой.

– Мисс Бомба... – выдавил он, не поднимая глаз от пергамента. – Вам не кажется, что этот чертеж требует... э-э... более детального изучения?

Черри Бомб, вальяжно развалившаяся на груде подушек в углу лаборатории, звонко рассмеялась. Она подбросила в воздух небольшую гранату и поймала её, едва касаясь пальцами чеки. В её единственном глазу плясали озорные огоньки, которые Пентиус теперь учился читать не как угрозу, а как призыв.

– Пенни, дорогуша, ты пялишься в эту бумажку уже полчаса, – она поднялась, потягиваясь всем телом, как кошка. – И, если я не ошибаюсь, ты держишь её вверх ногами.

Пентиус охнул, быстро перевернул чертеж и тут же залился густой фиолетовой краской, залившей всё его лицо до самых змеиных капюшонов.

– Я... я просто был поглощен расчетами! – воскликнул он, взмахнув руками. – Инженерная мысль не терпит суеты!

Черри подошла ближе, бесшумно ступая по металлическому полу. Её присутствие всегда приносило с собой запах жженой резины и дерзости. Она оперлась локтями о стол, бесцеремонно отодвинув в сторону банку с шестеренками.

– Знаешь, что я думаю? – прошептала она, приблизив свое лицо к его морде так близко, что он почувствовал жар её дыхания. – Я думаю, что ты ужасный лжец. И что твои «расчеты» сейчас сосредоточены совсем не на турелях.

Пентиус сглотнул. Его капюшон непроизвольно раскрылся, выдавая крайнюю степень смущения. Он всегда был таким — чувствительным, открытым, не умеющим прятать эмоции за маской хладнокровия.

– Это... это весьма прямолинейное заявление, Мисс Бомба! – он попытался вернуть себе толику злодейского достоинства, поправив цилиндр. – Я лишь хотел убедиться, что наше... партнерство... развивается в правильном русле.

– О, оно развивается, – Черри ухмыльнулась, и в этой улыбке не было привычного издевательства, только странная, почти пугающая нежность. Она протянула руку и коснулась кончиками пальцев его воротника. – Но мне кажется, нам пора перестать говорить о чертежах.

В этот момент дверь в лабораторию с грохотом распахнулась. На пороге стоял Энджел Даст, прислонившись к косяку всеми четырьмя руками и жуя какую-то розовую жвачку.

– Ой, я что, прервал сеанс змеиного гипноза? – Энджел окинул их насмешливым взглядом. – Черри, детка, я пришел забрать свои диски, но, судя по тому, как у Лорда Шипучки дрожит хвост, тут намечается фейерверк поинтереснее.

Пентиус мгновенно выпрямился, его глаза сузились.

– Энджел Даст! Сколько раз я просил вас стучать! Это частная лаборатория гениального... то есть... просто частная лаборатория!

– Да ладно тебе, Шипучка, – Энджел сладко потянулся, явно наслаждаясь моментом. – Я же вижу, как ты на неё смотришь. Только не завяжись узлом от усердия, ладно? И, Черри, если он начнет предлагать тебе «посмотреть на его коллекцию яиц», беги. Это звучит куда более пошло, чем есть на самом деле.

– Проваливай, Энджел! – Черри со смехом запустила в него пустой банкой из-под газировки.

– Ухожу-ухожу! – Энджел послал им воздушный поцелуй. – Не забудьте использовать защиту. И я не про твои железные костюмы, Пентиус!

Когда дверь за пауком закрылась, в лаборатории воцарилась еще более неловкая тишина. Пентиус чувствовал, что готов провалиться сквозь землю.

– Я... я приношу свои глубочайшие извинения за его вульгарность, – пробормотал он, глядя в пол. – Он совершенно не понимает тонкостей... романтического этикета.

Черри тихо фыркнула и подошла к нему вплотную, положив ладони ему на грудь. Пентиус замер, боясь пошевелиться.

– А мне плевать на этикет, Пенни. И на Энджела. И на весь этот чертов Ад.

Она притянула его за лацканы сюртука к себе. Пентиус, несмотря на свой рост и внушительный хвост, в этот момент чувствовал себя маленьким и беззащитным. Но когда её губы коснулись его, всё беспокойство исчезло, сменившись обжигающим теплом.

Это не было похоже на их старые битвы, где каждый удар был пропитан ядом и азартом. Это было нечто иное — требовательное, честное и до безумия правильное. Пентиус неуверенно обнял её, его длинный хвост непроизвольно обвился вокруг её талии, притягивая ближе.

– Мисс Бомба... – выдохнул он в перерыве между поцелуями, его голос дрожал. – Я... я никогда раньше не чувствовал ничего подобного. Это... это как короткое замыкание в главном процессоре!

– Меньше техники, больше дела, змейка, – прошептала Черри, её пальцы уже расстегивали верхние пуговицы его сюртука.

Она повалила его на широкий диван, заваленный чертежами и какими-то инструментами. Пентиус вскрикнул от неожиданности, когда спина коснулась мягкой обивки, а сверху на него опустилась она — его личный хаос, его маленькая погибель.

– Вы уверены? – спросил он, глядя на неё с надеждой и легким испугом. – Я ведь... я могу быть неуклюжим.

– О, я на это рассчитываю, – она дерзко улыбнулась и стянула с него цилиндр, отбрасывая его куда-то в темноту комнаты.

Её прикосновения были уверенными и горячими. Когда она коснулась его чешуи на животе, Пентиус издал тихий, гортанный звук, больше похожий на шипение, чем на человеческий голос. Он чувствовал, как внутри него всё сжимается от сладкого ожидания. Его руки, обычно занятые пайкой и сборкой механизмов, теперь с трепетом исследовали её тело, запоминая каждый изгиб, каждый шрам, оставленный их прошлыми сражениями.

Для Пентиуса всё это было в новинку. Он всегда стремился к порядку, к четким планам захвата мира, к признанию его величия. Но сейчас, под натиском этой безумной женщины, он понимал, что никакое господство над Пенти-Сити не сравнится с тем, как она произносит его имя — не с насмешкой, а с тихой страстью.

Черри чувствовала, как под её ладонями бьется его сердце. Этот нелепый, викторианский джентльмен-неудачник оказался куда более чувствительным, чем она могла себе представить. Его чешуя была прохладной, но под ней скрывался настоящий пожар.

– Пенни... – она прикусила губу, когда его хвост сжал её бедра чуть сильнее. – Ты... ты действительно хочешь этого? Со мной?

– Больше всего на свете, Мисс Бомба, – ответил он, и в его голосе не осталось ни капли неуверенности. – Вы — самое прекрасное разрушение в моей жизни.

Когда одежда была окончательно отброшена, реальность сузилась до размеров этого дивана. Пентиус действовал осторожно, словно боялся повредить хрупкий механизм, но Черри не давала ему медлить. Она была вихрем, заставляющим его забыть о правилах и приличиях.

Их близость была такой же хаотичной, как и их отношения. Всплески эмоций, тихие вскрики, переплетение конечностей и хвоста. Пентиус чувствовал, как его сущность сливается с её, как его страх быть непринятым растворяется в её объятиях. Он больше не был просто «злодеем недели», он был кем-то важным. Для неё.

В какой-то момент, когда наслаждение стало почти невыносимым, Пентиус зажмурился, вцепившись пальцами в подушки.

– Черри... я... я сейчас... – он запнулся, не зная, как выразить это чувство.

– Просто не останавливайся, – выдохнула она, прижимаясь лбом к его плечу.

Когда всё закончилось, они долго лежали в тишине, тяжело дыша. Лаборатория снова погрузилась в привычный полумрак, освещаемая лишь тусклым светом индикаторов на приборах.

Черри лежала на его груди, слушая, как постепенно выравнивается ритм его сердец. Пентиус бережно поглаживал её по волосам, чувствуя невероятное умиротворение.

– Знаешь, – тихо произнес он, глядя в потолок. – Я всё еще планирую построить тот чайный домик. Но, пожалуй, я добавлю туда укрепленные стены. На случай... если вам захочется что-нибудь взорвать.

Черри приподнялась на локте и посмотрела на него. Её лицо было расслабленным, а в глазу светилось что-то, что Пентиус решился назвать любовью.

– Укрепленные стены — это хорошо, – она улыбнулась. – Но знаешь, что лучше?

– Что же?

– То, что тебе больше не нужно ничего захватывать, чтобы я была рядом.

Пентиус смущенно улыбнулся в ответ и притянул её к себе для долгого, ленивого поцелуя.

– Я думаю, – прошептал он ей в самое ухо, – что это самый успешный эксперимент в моей карьере.

– Еще бы, – хмыкнула Черри, закрывая глаза. – Но завтра мы всё равно пойдем и разнесем какой-нибудь банк. Для профилактики.

– Как пожелаете, Мисс Бомба, – Пентиус прижал её к себе крепче. – Как пожелаете.

За стенами лаборатории Ад продолжал свою безумную жизнь, Энджел Даст наверняка уже рассказывал всем в Отеле о «пикантных подробностях», а Чарли строила планы по спасению душ. Но здесь, среди чертежей и остывшего чая, два бывших врага нашли нечто гораздо более ценное, чем искупление или власть. Они нашли друг друга — в самом эпицентре взрыва, который они сами и устроили.