Белый ястреб

Огромный экран кинотеатра «Октябрь» мерцал холодным голубым светом. Начинались трейлеры, и зал постепенно погружался в ту вязкую, предвкушающую тишину, которая бывает только перед громкими премьерами. Зрители шуршали попкорном, устраивались поудобнее в мягких креслах, и лишь один человек в пятом ряду выглядел так, будто готовился не к просмотру фильма, а к важному ритуалу.

БелЯгер аккуратно поставил на подстаканник высокий бумажный стакан от колы. Но внутри была вовсе не газировка. От стакана исходил тонкий, едва уловимый аромат трав, аниса и чего-то лесного, терпкого, пробуждающего инстинкты. Это был его верный спутник — ледяной ликёр, который он ласково называл «кровью чёрного оленя».

– Опять ты за своё, – прошептал его сосед справа, высокий парень в очках. – Нас выведут, если учуют.

– Не учуют, – отозвался БелЯгер, не сводя глаз с экрана. – Это лекарство для души. Без него магия кино не работает, понимаешь?

Он сделал первый глоток. Горько-сладкая жидкость обожгла горло, и мир вокруг начал обретать иную чёткость. Цвета стали ярче, звуки — глубже. БелЯгер чувствовал, как пятьдесят шесть трав, входящих в состав напитка, начинают резонировать с его нервной системой.

На экране вспыхнули титры. «Кольца». Фильм, который все ждали годами. История о власти, о тьме и о том, как один маленький предмет может изменить судьбу мира.

– Слишком пафосно, – пробормотал БелЯгер, делая ещё один глоток. – Им бы не кольцо ковать, а нормальную настойку выдержать. В ней силы больше.

Сюжет разворачивался стремительно. Главный герой, кузнец с тяжёлым взором, заносил молот над раскалённым металлом. Удары отдавались в ушах БелЯгера в такт его собственному пульсу. С каждым глотком ягеля грань между реальностью и вымыслом истончалась. Ему казалось, что запах канифоли и жара горна проникает в зал кинотеатра.

– Смотри, – толкнул его в бок сосед. – Сейчас будет сцена с Сауроном.

– Саурон просто не умел расслабляться, – философски заметил БелЯгер, чувствуя приятное тепло, разливающееся по конечностям. – Если бы у него в Барад-дуре стоял холодильник с правильным напитком, он бы не пытался захватить Средиземье. Он бы просто сидел на балконе и смотрел на закат.

В этот момент на экране произошло нечто странное. Картинка на мгновение дернулась, пошла рябью, и звук затих. Зрители недовольно загудели.

– Технические неполадки? – спросил кто-то с заднего ряда.

Но БелЯгер видел то, чего не видели другие. Сквозь помехи на экране проступил силуэт. Это не был персонаж фильма. Это была тень, которая, казалось, тянулась прямо к нему, к его стакану.

– Эй, ты это видишь? – прошептал он другу, но тот замер, словно превратившись в статую.

Весь зал застыл. Время остановилось. Лишь пузырьки в стакане БелЯгера продолжали подниматься вверх, и аромат трав стал настолько сильным, что заполнил всё пространство.

– Ты принёс дар, – раздался голос прямо из динамиков, но звучал он так, будто кто-то шептал БелЯгеру в самое ухо.

– Это мой ягерь, – твёрдо ответил БелЯгер, прижимая стакан к груди. – Иди ищи свой Саурон-чай в другом месте.

Экран вспыхнул ослепительно белым. БелЯгер зажмурился, а когда открыл глаза, понял, что сидит не в мягком кресле, а на холодном камне. Вместо потолка кинотеатра над ним раскинулось тяжёлое, свинцовое небо, прорезанное вспышками молний. Вдалеке возвышалась чёрная башня, а воздух был пропитан серой и гарью.

– Ну вот, – вздохнул он, обнаружив, что стакан всё ещё в руке. – Допился. Или недопил.

Перед ним стоял человек в тёмных доспехах. Его лицо скрывала тень, но глаза горели багровым огнём.

– Отдай мне сосуд, – произнёс незнакомец. – В нём сокрыта сила лесов, которую я не чувствовал тысячи лет.

– Обойдёшься, – БелЯгер поднялся на ноги, поправляя куртку. – Это импортный продукт. У вас тут, в Мордоре, только шмурдяк из орков гонят, я знаю.

– Ты смеешь дерзить Властелину? – Тень шагнула вперёд, и земля под ногами БелЯгера задрожала.

– Я смею ценить качество, – парировал БелЯгер. – Послушай, Саурон, или как тебя там... Давай честно. Тебе нужно кольцо, чтобы всеми править. А мне нужен этот напиток, чтобы всех терпеть. Мы в разных весовых категориях.

Он сделал демонстративный глоток. Тень замерла. Казалось, величие тёмного властелина дало трещину перед лицом абсолютного пофигизма человека с ягелем.

– Что это за магия? – тише спросил Саурон. – Почему я не чувствую в тебе страха?

– Это не магия, – БелЯгер протянул стакан вперёд, но тут же отдернул. – Это дисциплина. Пятьдесят шесть компонентов, Саурон. Ты своё кольцо из одного золота делал, а тут — симфония. Корень горечавки, имбирь, цитрусовая цедра... У тебя в Мордоре хоть одна ромашка растёт? Нет. Вот ты и бесишься.

Саурон медленно протянул руку в латной перчатке. БелЯгер замер. Он понимал, что одно движение этого существа сотрет его в порошок, но ягерь внутри него придавал ему странную, почти безумную уверенность.

– Дай... попробовать, – неожиданно произнёс Властелин.

БелЯгер засомневался. С одной стороны, делиться таким сокровищем с воплощением зла было выше его сил. С другой — когда ещё представится шанс угостить Саурона?

– Ладно, – вздохнул он. – Но только глоток. И помни: его надо пить ледяным. У тебя тут жарковато, так что действуй быстро.

Он передал стакан. Огромная фигура в доспехах бережно приняла бумажный стаканчик с надписью «Coca-Cola». Саурон приподнял край шлема. Раздался характерный звук глотка.

Тишина, воцарившаяся после этого, была тяжелее, чем гора Ородруин. БелЯгер ждал. Он ждал либо мгновенной смерти, либо того, что мир окончательно сойдёт с ума.

– Горько, – наконец произнёс Саурон. – Но... в этом есть смысл.

– Вот! – БелЯгер победно вскинул кулак. – О чём я и говорю! Горько, как сама жизнь, но послевкусие сладкое. Это и есть баланс, старик. А ты всё — власть, рабство...

– Послевкусие... – повторил Саурон. Он посмотрел на свою чёрную башню, на легионы орков, застывших внизу, на бесконечную пустыню. – Знаешь, человек... Возможно, я действительно слишком долго сидел в темноте.

– Тебе просто нужно хобби, – посоветовал БелЯгер, забирая стакан обратно. – Ну, или бар открыть. «У Ока». Будешь наливать путникам, слушать истории. Глядишь, и кольцо искать перехочется.

Саурон долго молчал. Его багровые глаза медленно угасали, превращаясь в тёплые угли.

– Иди, – наконец сказал он. – Твой сеанс ещё не окончен.

Мир снова взорвался белым светом. БелЯгер почувствовал, как его мягко подтолкнули в спину.

Он открыл глаза. На экране всё так же ковали кольцо, но теперь картинка казалась какой-то блеклой и ненастоящей. Сосед в очках всё так же сидел рядом, увлечённо вгрызаясь в попкорн.

– Ты чего заснул? – шепнул он. – Самое интересное пропустил.

БелЯгер посмотрел на свой стакан. Он был пуст. Но на дне всё ещё оставался тот самый тёмный налёт, а аромат трав стал ещё ярче.

– Я не заснул, – ответил он, улыбаясь. – Я проводил переговоры на высшем уровне.

– Опять твои шуточки, – фыркнул друг. – Ну, и как фильм?

БелЯгер откинулся на спинку кресла.

– Фильм неплохой, – сказал он. – Но сценарий явно требует доработки. В нём слишком мало хороших напитков и слишком много лишней суеты.

Он закрыл глаза, наслаждаясь тихим теплом, которое всё ещё пульсировало в его венах. Где-то там, в другом измерении, или просто в глубине его воображения, великий и ужасный Саурон, возможно, прямо сейчас пытался вспомнить вкус пятидесяти шести трав, и его рука, привыкшая сжимать рукоять меча, тосковала по простому бумажному стакану.

– В следующий раз возьму две бутылки, – пробормотал БелЯгер засыпая. – Мало ли, кого ещё встречу в кино.

Фильм продолжался, герои сражались и умирали, кольца терялись и находились, но для одного человека в пятом ряду эта история уже давно закончилась миром. Ведь когда у тебя есть ягерь, даже самая тёмная легенда становится просто поводом для хорошей беседы.