Дракон

Окумура Юки стоял на балконе своей квартиры, вглядываясь в ночной Сеул, который раскинулся внизу сверкающим ковром. В его руке тлела сигарета, тонкая струйка дыма лениво поднималась вверх, смешиваясь с прохладным ночным воздухом. Ему было двадцать, рост под два метра делал его фигуру внушительной, а разлет плеч и рельефная мускулатура, едва прикрытая наброшенной на плечи темной курткой, выдавали в нем человека, чья жизнь была неразрывно связана с боем.

Его кожа, бледная, как дорогой фарфор, сейчас блестела от пота после вечерней тренировки. В левом ухе поблескивали несколько серебряных колец, а на правой стороне тела — от плеча до ребер — раскинулась массивная татуировка. Черно-серые узоры, переплетающиеся цветы и абстрактные линии казались живыми в неверном свете фонарей.

Юки затянулся, чувствуя привычную горечь. В голове всплыл разговор недельной давности. Сон Джинву. Человек, с которым он делил постель, мысли и жизнь последние два года.

— Нам лучше расстаться, Юки, — голос Джинву тогда был ровным, почти ледяным. — Это неправильно. Ча Хэ Ин подходит мне больше. Мне нужны наследники. Моему роду нужно продолжение.

Юки тогда не сказал ни слова. Он не был из тех, кто закатывает истерики или бьет посуду. Он был слишком мудр, слишком горд и слишком... древним в душе, чтобы опускаться до мольбы. Он просто кивнул, пожелал удачи ему и его новой избраннице, и ушел.

Но сегодня, спустя два месяца, им предстояло встретиться.

Зал собраний Ассоциации Охотников был полон топовых рангов. Юки сидел в углу, натянув капюшон безразмерной толстовки, которая, впрочем, не скрывала его ключицы и шею. Те, кто сидел достаточно близко, могли заметить на его коже багровые отметины — свежие засосы, оставленные кем-то, кто явно не стеснялся своей страсти. Юки скрыл глаза за темными очками и демонстративно игнорировал присутствие Теневого Монарха.

Он знал, что Джинву смотрит на него. Чувствовал этот пронзительный, собственнический взгляд, который жег кожу сильнее солнца. Сон Джинву мог быть королем теней, но он был слишком горд, чтобы признать: его сердце и душа все еще принадлежали Окумуре. Юки же было все равно. Он отпустил. Это был выбор Джинву, и теперь Монарху придется жить с осознанием того, что Хэ Ин никогда не даст ему той глубины, той первобытной силы и понимания, которые давал Юки.

Председатель Го Гунхи откашлялся, привлекая внимание к карте на экране.

— Остров Чеджу. Активность муравьев возросла. Нам нужно отправить туда группу разведки, чтобы оценить масштаб угрозы перед основной операцией.

Юки подал голос первым, его низкий тембр заставил нескольких охотников вздрогнуть.

— Вы хотите послать туда людей на верную смерть ради «разведки»? — Юки слегка склонил голову, очки блеснули в свете ламп.

— Это необходимо, — ответил председатель.

— Хорошо. Тогда я пойду туда один.

В зале воцарилась тишина. Охотники S-ранга переглянулись.

— Мне как раз нужно выпустить пар, — добавил Юки, поднимаясь. Толстовка соскользнула, обнажая татуированную шею.

— Вы уверены, господин Окумура? — Го Гунхи нахмурился. — Мы не знаем вашего точного ранга. Вы всегда держались в тени.

— Да, председатель. К тому же, вы ведь давно хотели узнать, на что я способен? Никто не знает моих лимитов. Вот и посмотрите через дронов. Считайте это демонстрацией.

Спустя неделю Юки стоял в самом центре острова Чеджу. Над ним кружили дроны Ассоциации, транслируя каждое его движение в штаб-квартиру, где за экранами замерли лучшие охотники Кореи и сам Сон Джинву.

На Юки была лишь свободная черная футболка и штаны. Он вошел под купол, где воздух был пропитан запахом смерти и разложения.

— Хи... Теперь понятно, почему никто не выжил. Барьер-то божественный, — прошептал он сам себе, переступая через обломки зданий.

Вокруг него начали сгущаться тени. Из расщелин и руин стали выползать существа, чья сила превосходила любого обычного S-ранга. Это были не просто монстры, это были стражи, чья мощь подавляла волю. Но Юки оставался спокоен.

Он не вынимал оружия. Он действовал в рукопашную. Его удары были точными и сокрушительными: кости монстров лопались, как сухие ветки. Главарь стаи, массивное существо с хитиновым панцирем, стояло неподалеку, наблюдая. В какой-то момент монстр замер, словно узнав что-то в движениях этого человека.

— Не дай ему вырвать себе сердце! — закричал кто-то в штабе, глядя на экран, но было поздно.

Юки хищно улыбнулся. Это не была улыбка человека. В его глазах вспыхнул алый огонь. Он резко занес руку и... вонзил собственные пальцы себе в грудь.

Эккраны в Сеуле задрожали от помех. Юки с рывком вырвал собственное сердце, на котором тускло мерцала золотистая печать.

— Пора просыпаться, — прохрипел он.

Юки сжал кулак, разрывая сердце и уничтожая печать. В ту же секунду остров содрогнулся. Мощная волна давления прижала всех существ к земле, превращая их в кровавое месиво под тяжестью ауры, которая вырвалась на свободу.

Юки сорвал с себя остатки футболки. На его спине, прямо на глазах у изумленных зрителей, начала проступать татуировка золотого дракона, которая казалась объемной. Воздух вокруг него закипел. Глаза стали алыми с вертикальными зрачками, клыки удлинились, а одежда начала трансформироваться под воздействием магии.

Теперь на нем было черно-золотое кимоно, распахнутое на груди, широкие штаны с золотым шитьем и два массивных золотых браслета на запястьях. Рана на груди, там, где он вырвал сердце, все еще кровоточила, но он, казалось, не замечал боли.

— Давно не виделись, Ли Гуэн, — произнес Юки, глядя на предводителя монстров, который теперь дрожал всем телом.

Существо побледнело от первобытного страха и рухнуло на колени, пятясь назад.

— Небесный... Дракон... — прохрипел монстр на языке, который не должен был понимать ни один человек.

Юки широко улыбнулся, обнажая острые клыки.

— Мне надо побыстрее с вами покончить, пока обезьяна тут не появилась. Он явно почувствовал, что я сломал свою печать.

Юки двигался как молния. Противники не успевали даже пискнуть. Каждое его движение было наполнено божественной грацией и разрушительной силой. Когда последний монстр превратился в прах, Юки тяжело выдохнул. Его тело все еще восстанавливалось после снятия оков.

— Черт, надо восстановить сердце и печать заодно, — пробормотал он и щелкнул пальцами. — Охраняй меня.

Из его тени поднялся массивный страж, закованный в доспехи. Юки сел по-турецки, сложил руки и глубоко вздохнул, входя в медитацию.

Но тишина длилась недолго. С неба, пробивая облака, на огромной скорости кто-то летел. Юки резко вскочил, выставив руку вперед, и перехватил летящий объект прямо за шею.

— Чертова обезьяна... — прохрипел Юки.

Перед ним, широко улыбаясь, висел Чехон Тэсон, более известный как Джин Мори, Король Обезьян. Его темные волосы были растрепаны, а в красных глазах с крестообразными зрачками плясали искры веселья. Над его головой парило светящееся кольцо, а в руке он сжимал серебристый посох.

— А, Юки! — Мори моргнул, рассматривая друга. Его взгляд упал на зияющую рану на груди. — Ты снял печать? Ого!

Мори начал кружить вокруг него, как надоедливое насекомое. У Юки нервно дернулся глаз.

— Тебя только не хватало, — Юки потер переносицу, чувствуя, как силы покидают его. — Мне нужно двое суток, чтобы восстановиться.

— Зачем? — Мори залез в складки своей набедренной повязки. — Я могу дать тебе таблетки Дзинь Сян.

— Только не они! — Юки отшатнулся.

— Почему? Твое сердце быстро восстановится!

— Засунь их себе в жопу, это яд для моего тела! — Юки едва не сорвался на крик.

— Но они помогут!

— Нет!

Мори не стал спорить. Он был слишком простым и прямолинейным для долгих уговоров. В мгновение ока он создал пять клонов. Они набросились на Юки, прижимая его к земле. Юки попытался вырваться, их общая сила создала под ними воронку, от которой земля пошла трещинами. Сила двух богов, столкнувшись, едва не разнесла остатки острова.

Наконец, настоящий Мори уселся на грудь поверженному Юки, удерживая его лицо одной рукой.

— Сейчас ты выглядишь чертовски сексуально, Юки, — хихикнул Мори, глядя на растрепанного Дракона с алыми глазами. — Но лечиться надо.

Он поднес к губам Юки темную пилюлю и силой затолкал ее ему в рот. Юки выгнулся дугой, пытаясь выплюнуть гадость, но клоны держали крепко.

Через мгновение магия пилюли подействовала. Ткани на груди Юки начали срастаться с невероятной скоростью, сердце забилось ровно и мощно. Мори приложил ухо к его груди, прислушиваясь.

— Ну вот, как новенькое! А ты противился.

Юки рыкнул и, изловчившись, с силой ударил Мори лбом в лоб.

— Черт... Моя голова... — прохрипел Юки, хватаясь за лоб и чувствуя, как перед глазами плывут круги. — Мой лоб... Ты, чертова каменная обезьяна!

Мори сам отлетел в сторону, потирая голову.

— Больно же! Чего ты дерешься?

Юки внезапно согнулся, и его вырвало черной кровью.

— Это выходят токсины из-за снятия печати, — пояснил Мори, уже не обижаясь.

Юки вытер губы тыльной стороной ладони. Силы постепенно возвращались к нему, а золотая татуировка на спине начала бледнеть, прячась под кожу. Божественная форма медленно исчезала, возвращая ему облик обычного человека, хотя аура все еще оставалась тяжелой.

Мори подошел и помог ему встать, придерживая за плечо.

— На то я и твой друг, — он широко улыбнулся, демонстрируя острые зубы. — И вообще, Юки... я есть хочу. У тебя остались те персики?

Юки посмотрел на него, потом на дроны, которые все еще снимали их (хотя он надеялся, что помехи скрыли самое важное), и тяжело вздохнул.

— Пошли, обезьяна. Приготовлю я тебе поесть.

Он знал, что в Сеуле сейчас творится хаос. Он знал, что Сон Джинву, скорее всего, уже ищет способ добраться до острова. Но глядя на беззаботную улыбку Мори, Юки впервые за долгое время почувствовал, что жизнь продолжается. И эта жизнь была куда интереснее, чем попытки соответствовать чьим-то ожиданиям о «правильных» отношениях.