Теперь у тебя есть выбор Спирит либо же Найт

Холодный вечерний воздух коснулся твоего лица, едва ты перешагнула порог дома. Сумерки окутывали улицу сизым туманом, превращая знакомые очертания деревьев в причудливых монстров. Но настоящие монстры сегодня не прятались в тени. Они стояли прямо перед тобой, разделенные лишь парой метров асфальта и невидимой стеной взаимной неприязни.

Спирит стоял у забора, скрестив руки на груди. Его фигура казалась высеченной из темного камня. Он не общался ни с кем, его сторонились, его боялись. Злой, непредсказуемый, он был подобен оголенному проводу под напряжением. Его взгляд, обычно пустой и холодный, сейчас буквально прожигал дыру в Найте. Если бы ярость могла материализоваться, Найт уже давно превратился бы в пепел.

Найт же, напротив, выглядел расслабленным. Он прислонился к своему автомобилю, засунув руки в карманы дорогих брюк. Красивый, с легкой полуулыбкой, которая когда-то сводила с ума половину школы. Он любил тебя столько, сколько ты себя помнила, и всегда был готов уступить, окутать заботой, простить любую странность.

– Опять он здесь, – процедил Спирит, не оборачиваясь к тебе, но ты знала, что он почувствовал твое присутствие. – Почему этот мусор до сих пор топчет землю рядом с твоим домом?

Ты промолчала, медленно спускаясь с крыльца. Твои шаги были бесшумными. В округе тебя считали странной, загадочной девушкой, которая вечно витает в своих мыслях. Никто не понимал, что связывает тебя с этими двумя противоположностями.

– Привет, милая, – Найт сделал шаг навстречу, игнорируя тяжелую ауру Спирита. – Я заждался. Мы ведь договаривались поужинать, помнишь?

Он подошел ближе, пытаясь сократить дистанцию. В его глазах промелькнуло привычное обожание, смешанное с легким оттенком пошлости – он никогда не скрывал своего желания, считая, что имеет на него право.

– Помню, – ответила ты тихо, глядя куда-то сквозь него.

Внутри тебя была пустота. Ты встречалась с Найтом, позволяла ему дарить цветы, целовать руки, планировать ваше общее будущее. Но сердце оставалось холодным. Все твои чувства, вся та странная, болезненная тяга, которую ты привыкла скрывать, принадлежали другому. Тому, кто не выносил прикосновений. Тому, кто ненавидел весь мир.

– Ты выглядишь чудесно, – Найт протянул руку, чтобы коснуться твоей щеки, но в этот момент Спирит резко дернулся вперед.

– Убери от неё свои лапы, – голос Спирита сорвался на рычание. – Я предупреждал тебя, Найт. Еще один жест, и я забуду о том, что мы в общественном месте.

Найт на мгновение нахмурился, его лицо исказилось от недовольства. Ему явно не нравилось, что их свидание прерывает этот «псих», как он часто называл Спирита за твоей спиной.

– Спирит, успокойся, – мягко, но с нажимом произнес Найт. – Она моя девушка. Я имею право касаться её так, как захочу. Тебе не кажется, что ты перегибаешь палку со своей опекой?

– Она не твоя, – Спирит сделал еще шаг, сокращая расстояние до опасного минимума. – Она никогда не была твоей. Ты просто удобная ширма, за которой она прячется от реальности.

Ты видела, как побелели костяшки пальцев Спирита. Он был патологически ревнив. Его ревность не была похожа на обычное человеческое чувство, это была территориальная ярость хищника, чей единственный смысл жизни пытались отобрать. При этом он сам никогда не прикасался к тебе. Он ненавидел тактильный контакт, считая его проявлением слабости или грязи. Ваша связь была ментальной, сотканной из долгих молчаливых взглядов и понимания без слов.

– Хватит, – твой голос прозвучал едва слышно, но оба мужчины мгновенно замолчали. – Найт, подожди в машине. Я сейчас подойду.

Найт на мгновение поджал губы, явно собираясь возразить. Ему не нравилось подчиняться в такие моменты, но его любовь к тебе всегда брала верх над гордостью.

– Хорошо, – он вздохнул, бросив на Спирита пренебрежительный взгляд. – Только не задерживайся. У нас забронирован столик.

Когда дверца машины захлопнулась, во дворе воцарилась тяжелая, звенящая тишина. Спирит стоял неподвижно, его дыхание было тяжелым и неровным.

– Ты ведь ненавидишь его, – сказал он, наконец посмотрев тебе прямо в глаза. – Я вижу это в твоем взгляде каждый раз, когда он пытается быть «милым». Зачем ты это делаешь?

– Ты знаешь зачем, – ты подошла к нему ближе, остановившись в паре сантиметров.

Ты знала, что если сейчас протянешь руку и коснешься его плеча, он вздрогнет и отстранится. Его нелюбовь к касаниям была его броней.

– Ты мучаешь себя, – Спирит оскалился, и в этом оскале было больше боли, чем злости. – И ты мучаешь меня. Смотреть, как он нависает над тобой, как он дышит тебе в затылок... Я хочу вырвать ему хребет.

– Ты не сделаешь этого, – ты слегка склонила голову набок, изучая его черты. – Потому что тогда ты потеряешь единственного человека, который понимает твою тьму.

Спирит резко отвернулся, глядя на темнеющий горизонт. Его ревность душила его, но его принципы и страхи были сильнее. Он не мог дать тебе того тепла, которое имитировал Найт, но он давал тебе нечто большее – сопричастность к своему одиночеству.

– Иди, – бросил он сквозь зубы. – Твой «принц» уже заждался. Надеюсь, он сегодня скажет что-нибудь особенно глупое, чтобы ты еще раз убедилась, в каком болоте тонешь.

– Спирит, – позвала ты его, уже разворачиваясь к машине.

– Что? – он не обернулся.

– Перестань смотреть на него так, будто хочешь убить. Соседи начнут задавать вопросы.

– Плевать мне на соседей, – отрезал он.

Ты села в машину к Найту. В салоне пахло дорогим парфюмом и кожей – запахами успеха и стабильности.

– О чем вы говорили? – Найт завел мотор, его голос снова стал мягким, но в нем сквозило раздражение. – Этот парень когда-нибудь оставит нас в покое? Он ведет себя так, будто ты его собственность.

– Он просто сложный человек, Найт, – ты откинулась на сиденье и закрыла глаза. – Поехали. Я проголодалась.

Найт потянулся к твоей руке и переплел свои пальцы с твоими. Тебе захотелось отдернуть руку, смыть это ощущение «правильности» и «счастья». Ты чувствовала на себе взгляд Спирита даже через тонированное стекло. Он стоял там, в сумерках, одинокий и злой, и ты знала, что весь вечер будешь думать только о нем.

– Знаешь, – Найт вдруг улыбнулся своей самой обворожительной улыбкой, – я иногда думаю, что ты слишком добра к нему. В школе он был таким же нелюдимым, но сейчас это выглядит просто странно. Тебе не кажется, что нам стоит проводить меньше времени в этом районе?

– Нам стоит просто жить, Найт, – ответила ты, глядя, как фигура Спирита исчезает в зеркале заднего вида.

Вечер обещал быть долгим. Ты будешь слушать рассказы Найта о его планах, о том, как он хочет построить для вас дом, будешь кивать и улыбаться в нужных местах. А глубоко внутри ты будешь лелеять тот холодный, яростный взгляд Спирита, который был для тебя дороже всех нежных слов мира.

Потому что Найт любил твой образ, твою загадочность, которую он принимал за изюминку. А Спирит любил твою пустоту. И в этой пустоте вы были едины.

Машина плавно тронулась с места. Найт что-то весело рассказывал, поглаживая твою ладонь большим пальцем. Его прикосновения были привычными, теплыми, но абсолютно чужими. Ты смотрела в окно на мелькающие огни города и чувствовала, как внутри затягивается узел, который рано или поздно придется либо развязать, либо разрубить.

– Ты сегодня какая-то особенно задумчивая, – Найт на мгновение отвлекся от дороги, чтобы взглянуть на тебя. – Опять в своих мирах?

– Наверное, – ты слабо улыбнулась. – Просто вечер такой. Странный.

– Все будет хорошо, – пообещал он, сжимая твою руку чуть сильнее. – Я всегда буду рядом.

Ты промолчала. Ты знала, что он будет рядом. И знала, что Спирит тоже будет рядом – в тени, в злости, в невысказанных словах и запретных желаниях. И эта странная, ломаная линия твоей жизни казалась тебе единственно возможным путем.

Где-то позади, во дворе, Спирит все еще стоял у забора, сжимая кулаки так, что ногти впивались в ладони. Он ненавидел Найта. Он ненавидел твоё молчание. Но больше всего он ненавидел то, что не мог заставить себя коснуться тебя так, как это делал тот, другой.

И этот треугольник, построенный на лжи, ревности и странной, тихой любви, продолжал стоять, не в силах разрушиться, пока лед под вашими ногами окончательно не треснет.