Трах

Воздух в хижине Соника казался наэлектризованным, тяжелым от запаха пота, мускуса и того непередаваемого напряжения, которое всегда возникало между ними. Только что закончившаяся бурная схватка на кровати оставила простыни скомканными, а самих ежей — тяжело дышащими. Соник лежал на животе, уткнувшись лицом в подушку, и чувствовал, как его тело всё ещё подрагивает от недавней разрядки. Его иглы были растрепаны, а грудь высоко вздымалась.

Шедоу, напротив, не спешил расслабляться. Он сидел рядом, его темная шерсть лоснилась, а алые глаза горели каким-то нездоровым, лихорадочным блеском. Тот секс, что случился только что, был привычно диким, но Совершенной Форме Жизни этого было мало. Внутри него кипело нечто темное, властное, требующее полного подчинения того, кто считал себя самым быстрым и свободным существом в мире.

– Ты думал, это всё, Соник? – Голос Шедоу прозвучал низко, почти с угрозой.

Соник приоткрыл один глаз, слегка повернув голову. На его лице играла слабая, самодовольная ухмылка, хотя в глубине взгляда читалось легкое опасение.

– А разве нет? Ты обычно сваливаешь в закат сразу после того, как... Ну, ты понял.

Шедоу не ответил. Вместо этого он схватил Соника за запястья и рывком заставил его подняться. Синие руки были заломлены за спину, и прежде чем Соник успел вставить очередную шутку, он почувствовал холод прикосновения прочных нейлоновых тросов, которые Шедоу, очевидно, припас заранее.

– Эй, Шэд, ты чего? Это уже какой-то новый уровень игр? – Соник попытался дернуться, но хватка черного ежа была стальной.

– Замолчи и подчиняйся, – отрезал Шедоу.

Он действовал быстро и методично. Соник был поставлен на колени, его торс прижат к матрасу. Шедоу развел его ноги шире, притягивая щиколотки к массивным ножкам кровати и закрепляя их там короткими, жесткими путами. Соник оказался в максимально уязвимой позе — раком, надежно зафиксированный, лишенный возможности даже свести бедра. Его зад был выставлен напоказ, беззащитный и розовый после недавнего акта.

– Шедоу, это... это серьезно, – выдохнул Соник, чувствуя, как по спине пробежал холодок возбуждения вперемешку со страхом. – Я не могу пошевелиться.

Шедоу зашел сзади, опустившись на колени между разведенных ног Соника. Его взгляд был прикован к раскрытому входу, который всё еще влажно поблескивал.

– В этом и смысл, – прошептал Шедоу, наклоняясь ближе. – Ты слишком много бегаешь. Сейчас ты будешь стоять на месте и принимать всё, что я захочу тебе дать.

Соник вскрикнул, когда почувствовал горячий язык Шедоу. Это не было нежным прикосновением. Шедоу слизывал остатки смазки и семени, глубоко проникая языком внутрь, пробуя Соника на вкус с какой-то звериной жадностью. Соник выгнул спину, насколько позволяли путы, его пальцы впились в простыни.

– Ох, черт... Шэд... – Его голос сорвался на стон. – Это... это слишком...

Шедоу не останавливался. Он обхватил ладонями упругие ягодицы Соника, сминая их, оставляя красные следы от пальцев. Он вылизывал складку за складкой, заставляя синего ежа извиваться в тщетных попытках либо прижаться ближе, либо убежать от этого невыносимого удовольствия. Влажные, чавкающие звуки заполняли комнату, смешиваясь с прерывистым дыханием Соника.

Закончив, Шедоу отстранился, но лишь на мгновение. Он потянулся к тумбочке и достал оттуда увесистый девайс — мощный вибратор с рельефной поверхностью. При нажатии на кнопку прибор отозвался низким, мощным гулом, от которого по полу пошла легкая вибрация.

– Посмотри на это, Соник, – скомандовал Шедоу.

Соник обернулся через плечо, его зрачки были расширены на весь глаз. Увидев размер игрушки и услышав её хищное жужжание, он сглотнул.

– Ты же не собираешься... на полную?

– Именно на полную, – подтвердил Шедоу.

Он приставил головку вибратора к кольцу мышц Соника, давая тому почувствовать дрожь металла, а затем одним резким, уверенным движением вогнал его внутрь до самого основания.

Соник издал приглушенный вопль, утыкаясь лицом в матрас. Вибрация была настолько сильной, что она, казалось, прошивала всё его тело насквозь, до самых костей. Его внутренности буквально содрогались.

– Шедоу! Выключи... или убавь! Я... я не могу! – Соник задергался, его ноги в путах напряглись, мышцы бедер рельефно проступили под синей шерстью.

Шедоу проигнорировал просьбу. Он встал в полный рост, глядя сверху вниз на то, как его вечный соперник, герой Мобиуса, жалко извивается, привязанный к кровати. Зрелище было ошеломляющим. Соник выглядел сломленным и в то же время невероятно соблазнительным в своем бессилии. Его хвост мелко дрожал, а из горла вырывались несвязные всхлипы.

Шедоу почувствовал, как его собственный член, и так стоящий колом, стал еще тверже, пульсируя от прилива крови. Он обхватил себя рукой, медленно двигая кожей вверх и вниз.

– Смотри на меня, Соник, – приказал он.

Соник с трудом повернул голову, его лицо было мокрым от пота и слез удовольствия. Он видел, как Шедоу дрочит, глядя ему прямо в глаза, и это осознание — что его страдания и экстаз так сильно возбуждают Шедоу — заставило его внутренности сжаться еще сильнее вокруг вибрирующего пластика.

– Тебе нравится... да? – прохрипел Соник, его тело сотрясала очередная волна оргазма, который он не мог контролировать. – Тебе нравится видеть... меня таким?

– Ты даже не представляешь, насколько, – ответил Шедоу, ускоряя темп движений руки. – Видеть, как ты теряешь контроль. Как твоя скорость ничего не значит. Сейчас ты просто игрушка, Соник. Моя игрушка.

Соник заскулил, его бедра начали непроизвольно дергаться в такт вибрации. Он чувствовал, что находится на грани, что его разум вот-вот отключится от переизбытка стимуляции. Вибратор внутри него казался раскаленным прутом, который выжигал в нем все мысли, оставляя только чистое, первобытное ощущение.

Шедоу наблюдал за каждым движением синих мышц, за тем, как натягиваются веревки на запястьях Соника, когда тот пытается вырваться из плена ощущений. Это было лучше любого боя. Это было полное, абсолютное доминирование.

– Да... вот так, – прорычал Шедоу, чувствуя, что финиш уже близко. – Извивайся для меня, Соник. Покажи мне, как тебе хорошо.

Соник уже не мог отвечать словами. Он лишь издавал высокие, тягучие звуки, его тело вытянулось в струну, когда очередная вспышка удовольствия накрыла его с головой. Он кончил прямо на простыни, без прикосновений, просто от интенсивности внутренней стимуляции и вида мастурбирующего Шедоу.

Шедоу, увидев это, издал низкий рык и сделал несколько последних, резких движений. Его семя брызнуло на спину Соника, пачкая синий мех горячими белыми каплями.

В комнате воцарилась тишина, нарушаемая только неумолимым жужжанием вибратора, который всё еще работал внутри Соника на полную мощность. Шедоу тяжело дышал, глядя на дело рук своих. Соник лежал неподвижно, его голова бессильно покоилась на согнутых руках, а тело всё еще мелко подрагивало от непрекращающейся вибрации.

Шедоу протянул руку и, наконец, выключил прибор. Тишина, последовавшая за этим, показалась оглушительной.

– Ты... ты маньяк, Шэд, – едва слышно прошептал Соник, не пытаясь пошевелиться.

Шедоу медленно начал развязывать узлы, освобождая его конечности.

– Но тебе понравилось, – не вопрос, а утверждение сорвалось с его губ.

Соник перевернулся на спину, когда путы упали. Он выглядел абсолютно измотанным, но на его губах снова появилась та самая слабая ухмылка.

– Повторим в следующую субботу? – выдохнул он, закрывая глаза.

Шедоу лишь хмыкнул, вытирая руки, но в глубине души он знал, что этот вечер он забудет еще очень не скоро.