пися

Грозовые тучи сгущались над «Таузенд Санни» с самого полудня, но истинная буря назревала вовсе не в небесах. На палубе царило странное, липкое напряжение. После недавнего инцидента в каюте капитана, подробности которого Луффи даже не пытался скрывать (хотя Т/И предпочла бы провалиться сквозь землю от смущения), атмосфера в команде стала взрывоопасной.

Санджи с силой грохнул поднос на стол в камбузе. Его движения были резкими, нервными. Он курил одну сигарету за другой, и дым густым облаком окутывал его светлую голову.

– Чёртов резиновый идиот, – прошипел он сквозь зубы, поправляя галстук. – Никакого уважения к леди. Никаких манер. Как он мог так бесцеремонно...

– Заткнись, Поварешка. Ты ноешь уже три часа.

Зоро сидел на скамье у стены, лениво потирая рукоять «Санджай Китэцу». Его единственный глаз был прищурен, а во всей позе сквозило раздражение, которое он едва сдерживал.

– Что ты сказал, мохоголовый? – Санджи резко обернулся, его глаза вспыхнули праведным гневом. – Тебе вообще плевать на чувства окружающих? Луффи перешел черту, и ты, как его правая рука, должен был...

– Должен был что? – Зоро встал, медленно и угрожающе. – Читать ему лекцию о морали? Он наш капитан. Он делает то, что хочет. И если Т/И не против, то какого черта ты лезешь не в свое дело?

– Это вопрос чести! – выкрикнул Санджи, делая шаг вперед. – Но откуда тебе знать о чести, если в твоей голове только железо и выпивка!

Воздух в тесном пространстве камбуза, казалось, наэлектризовался. В этот момент дверь распахнулась, и внутрь ввалился Усопп, потирая затылок.

– Эй, парни, Нами-сан просила передать, что... Оу. Я, пожалуй, зайду позже.

Снайпер мгновенно оценил ситуацию и ретировался, захлопнув дверь. Он знал: когда эти двое смотрят друг на друга так, будто готовы вырвать глотку, лучше быть на другом конце Гранд Лайн.

– Ты просто завидуешь, – вдруг тихо и вкрадчиво произнес Зоро, подходя вплотную к коку.

Санджи замер. Сигарета выпала из его губ, рассыпая искры по чистому полу.

– Что ты несешь? – голос Повара сорвался на хрип.

– Завидуешь Луффи. Завидуешь тому, что он берет то, что хочет, пока ты распускаешь слюни и строишь из себя рыцаря, – Зоро оскалился в жесткой, почти звериной усмешке. – Ты злишься не из-за Т/И. Ты злишься, потому что сам трус.

Удар последовал незамедлительно. Санджи вскинул ногу, целясь в челюсть мечнику, но Зоро заблокировал выпад предплечьем. Грохот от столкновения отозвался в стенах корабля.

– Повтори, – прошипел Санджи, его лицо было бледным от ярости.

– Трус, – повторил Зоро, перехватывая его лодыжку и с силой дергая на себя.

Санджи потерял равновесие и врезался спиной в массивный кухонный стол. Посуда жалобно звякнула. Прежде чем он успел восстановить координацию, Зоро навис над ним, прижимая своим весом к столешнице.

– Отпусти, придурок, я тебя убью! – Санджи дернулся, но стальная хватка мечника на запястьях была непоколебимой.

– Не убьешь, – Зоро приблизил свое лицо к его уху, обжигая горячим дыханием. – Ты слишком занят тем, что ненавидишь меня, чтобы признать очевидное.

– О чем ты... – Санджи осекся, когда почувствовал, как колено Зоро грубо раздвигает его бедра.

В камбузе стало нестерпимо жарко. Снаружи ударил гром, и первые капли дождя забарабанили по иллюминаторам, заглушая звуки борьбы. Но борьбы ли? Ярость Санджи начала трансформироваться во что-то иное — темное, тягучее и пугающее. Это было то самое напряжение, которое копилось между ними годами, скрытое за бесконечными стычками и оскорблениями.

– Ты всегда так много болтаешь, – прорычал Зоро, впиваясь в губы Санджи жестким, требовательным поцелуем.

Это не было нежностью. Это было столкновение двух стихий. Санджи сначала попытался оттолкнуть его, укусить, но через секунду его пальцы судорожно вцепились в зеленую харамаки мечника. Он ответил с той же неистовой страстью, выплескивая всю накопленную желчь и желание.

Зоро одной рукой рванул пуговицы на рубашке кока. Ткань затрещала и разлетелась, обнажая стройное, подтянутое тело.

– Я тебя ненавижу, – простонал Санджи, когда губы Зоро спустились к его шее, оставляя багровые отметины.

– Ври больше, – отозвался мечник, его голос вибрировал от вожделения.

Он действовал грубо, по-пиратски. Не было времени на прелюдии, когда кровь кипела, а за дверью в любой момент мог появиться вечно голодный капитан. Зоро сорвал с Санджи брюки, игнорируя слабые попытки сопротивления, которые больше походили на приглашение.

Когда Зоро вошел в него, Санджи выгнулся дугой, впиваясь ногтями в плечи мечника. Крик застрял в горле, превратившись в прерывистый стон.

– Смотри на меня, – приказал Зоро, хватая его за подбородок и заставляя встретиться взглядами.

В единственном глазу Зоро Санджи увидел не издевку, а лесной пожар. Мечник двигался резко, мощными толчками, вбивая кока в столешницу. Санджи закинул ноги ему на талии, полностью отдаваясь этому безумию. Каждый удар отзывался в голове вспышкой света. Весь мир сузился до этой кухни, запаха специй, табака и пота.

– Черт... Зоро... – голос Санджи сорвался, когда он почувствовал приближение пика.

Мечник не замедлялся. Он довел их обоих до края с той же безжалостной эффективностью, с какой расправлялся с врагами. Когда разрядка накрыла их, Санджи уткнулся лбом в плечо Зоро, тяжело и часто дыша.

Тишина, наступившая после, была оглушительной. Слышно было только, как дождь неистовствует за бортом.

Зоро медленно отстранился, поправляя одежду. Он выглядел непривычно спокойным, почти умиротворенным. Санджи остался сидеть на столе, пытаясь дрожащими руками нащупать уцелевшую сигарету.

– Это ничего не меняет, мохоголовый, – наконец выдавил он, хотя голос предательски дрожал.

Зоро остановился у двери и обернулся.

– Конечно. Завтра я снова буду тупым мечником, а ты — чертовым поваром.

Он уже взялся за ручку двери, когда услышал тихий щелчок зажигалки.

– Зоро.

Мечник замер.

– Ужин будет через десять минут. Не опоздай, иначе останешься без добавки.

Зоро усмехнулся, не оборачиваясь.

– Постараюсь.

Когда он вышел, Санджи глубоко затянулся, глядя в потолок. Его тело ныло, а на шее горели отметины, которые придется скрывать высоким воротником.

Тем временем на палубе Луффи, промокший до нитки, сидел на голове льва и смеялся, подставляя лицо дождю.

– Эй, Нами! – крикнул он, когда навигатор вышла на палубу, кутаясь в плащ. – Ты видела? Море сегодня такое буйное! Наверное, скоро будет что-то интересное!

Нами вздохнула, глядя на закрытую дверь камбуза, из-под которой только что вышел подозрительно довольный Зоро.

– Оно уже происходит, Луффи, – пробормотала она, качая головой. – Оно уже происходит.

Робин, стоявшая в тени грот-мачты с книгой в руках, лишь загадочно улыбнулась. Она знала, что на этом корабле шторма случаются не только снаружи, но и внутри, и иногда именно они помогают команде не разбиться о рифы Гранд Лайн. А Т/И, стоявшая рядом с ней, все еще краснела, вспоминая утро, но теперь, глядя на выходящего из кухни Зоро, она почувствовала, что сегодня за ужином будет очень, очень тихо.