Ханна

Вечер в Мистик-Гриль тянулся своим чередом, наполненный запахом жареного мяса, бурбона и негромким гулом разговоров. Ханна, поправляя светлую прядь волос, искренне улыбалась своей подруге Софии. Для Анны этот приезд в Вирджинию был глотком свежего воздуха — короткой передышкой между бесконечными гастролями, съемками клипов и светскими раутами в Москве. Здесь, в этом маленьком, туманном городке, она была просто Аней, а не поп-дивой, чьи треки штурмуют топ-чарты.

– Софи, я не верю, что уже завтра буду в самолете, – Ханна сделала глоток лимонада, чувствуя приятную прохладу. – Мне кажется, я только начала привыкать к этому спокойствию. Никаких папарацци, никаких интервью.

– Ты это заслужила, – София тепло сжала ее ладонь. – Но обещай, что это не последний твой визит. Мистик Фоллс, конечно, дыра, но здесь есть свой шарм.

За соседним столиком сидела компания, которую трудно было не заметить. Елена Гилберт о чем-то сосредоточенно спорила со Стефаном, пока Деймон с привычной ухмылкой крутил в руках стакан с янтарной жидкостью. Кэролайн Форбс, как всегда энергичная, что-то быстро печатала в телефоне, изредка вставляя свои замечания в общий разговор.

Дверь бара с колокольчиком резко распахнулась, впустив порцию прохладного ночного воздуха. В заведение вошел мужчина, чье присутствие мгновенно изменило атмосферу в зале. Клаус Майклсон двигался с грацией хищника, уверенный в своем превосходстве. За ним, словно свита, следовали Элайджа, выглядящий как всегда безупречно в своем костюме, и Ребекка, чье лицо выражало крайнюю степень скуки.

– О нет, только не они, – прошептала Елена, напрягаясь.

Деймон лишь закатил глаза.

– Семейный выход в свет. Как мило. Надеюсь, Клаус сегодня не в настроении кого-нибудь калечить.

Однако Клаус даже не взглянул в сторону Сальваторе. Его внимание было мгновенно приковано к столику у окна, где сидела незнакомка. Светлые волосы, мягкие черты лица и какая-то особенная, едва уловимая уверенность в каждом движении. Она не была похожа на местных девушек. В ней чувствовалась порода и... сцена?

Клаус остановился, не дойдя до барной стойки. Его глаза сузились, изучая Ханну.

– Никлаус, мы здесь не для того, чтобы пугать местных жителей своим пристальным взглядом, – негромко заметил Элайджа, проходя мимо брата.

– Ты только посмотри на нее, Элайджа, – вполголоса ответил Клаус, не отрывая глаз от Анны. – В ней есть что-то... необычное. Чистое золото в море серой пыли.

Ребекка, проследив за взглядом брата, фыркнула.

– Обычная блондинка. Клаус, у тебя опять обострение тяги к прекрасному?

Тем временем за столиком Ханны разговор продолжался, хотя она и почувствовала на себе чей-то тяжелый, почти обжигающий взгляд. Она привыкла к вниманию, но это ощущение было иным — словно за ней наблюдает не фанат, а древнее существо, способное видеть душу.

– Софи, кто эти люди? – тихо спросила Анна, кивнув в сторону вошедших. – Они выглядят так, будто владеют этим городом.

– В какой-то степени так и есть, – София помрачнела. – Это Майклсоны. Лучше просто не обращать на них внимания. Особенно на того, что в кожаной куртке. Это Клаус. Он... сложный человек.

Ханна не удержалась и на секунду встретилась взглядом с Клаусом. Вместо того чтобы смущенно отвернуться, как сделала бы любая другая девушка, она вежливо и едва заметно кивнула, после чего вернулась к своей беседе.

Клаус усмехнулся. Его зацепила эта холодная вежливость.

– Она меня не боится, – констатировал он, направляясь прямиком к их столику.

– Клаус, не смей, – донесся сзади предостерегающий голос Стефана Сальваторе, который уже поднялся со своего места.

Но гибрид проигнорировал его. Он остановился возле стола Анны, сложив руки за спиной.

– Добрый вечер, дамы, – его голос звучал бархатисто и опасно. – Простите мою дерзость, но я не мог не заметить, что вы здесь новенькая. А я знаю каждое лицо в этом городе.

Анна подняла голову, сохраняя абсолютное спокойствие. Годы работы в шоу-бизнесе научили ее держать лицо в любой ситуации.

– Вы правы, я здесь проездом, – ответила она на чистом английском, хотя легкий, едва уловимый акцент выдавал ее происхождение. – Завтра я улетаю домой.

– Как жаль, – Клаус придвинул свободный стул и, не дожидаясь приглашения, сел. – Мистик Фоллс теряет свое главное украшение, едва успев его обрести. Позвольте представиться, Никлаус Майклсон.

– Анна, – просто ответила она, решив не называть фамилию.

– Просто Анна? – Клаус приподнял бровь. – У такой женщины должно быть имя, которое звучит со сцены.

Ханна на мгновение замерла, но тут же улыбнулась.

– Возможно. Но сегодня я просто гостья на дне рождения подруги.

К этому моменту к столику подошли остальные Майклсоны и компания Елены. Атмосфера накалилась. Кол, который до этого момента рассматривал интерьер, вклинился в разговор.

– Анна... Какое милое русское имя. Ты ведь из России, не так ли? – Кол осклабился. – Обожаю Москву. Там всегда умели гулять с размахом.

– Вы правы, я из Москвы, – подтвердила Анна, чувствуя, как вокруг нее смыкается кольцо из странных, пугающих людей.

– Ребята, оставьте ее в покое, – вмешалась Кэролайн, подходя ближе. – Привет, я Кэролайн. Извини их, они не знают, что такое личные границы.

Анна благодарно улыбнулась блондинке.

– Все в порядке. Я привыкла к повышенному вниманию.

– Вот как? – Деймон Сальваторе, прислонившись к колонне, прищурился. – И чем же ты занимаешься в своей далекой и холодной России, Анна? Неужели просто путешествуешь?

Анна обменялась взглядом с Софией. Подруга знала, что Аня не хочет афишировать свой статус, но ситуация становилась комичной. Самые опасные люди (как она успела понять по шепоту Софии) города пытались устроить ей допрос.

– Я работаю в индустрии развлечений, – уклончиво ответила она.

– Модель? – предположила Ребекка, оценивающе оглядывая наряд Ханны от известного дизайнера.

– Скорее, я создаю атмосферу, – Анна решила немного поиграть. – Софи, может, нам пора? У меня завтра ранний рейс.

– О, нет-нет, – Клаус накрыл ее ладонь своей. Его кожа была неестественно теплой. – Мы только начали знакомство. Расскажи мне, Анна, какую музыку ты любишь? Мне кажется, у тебя должен быть безупречный вкус.

В этот момент в баре заиграла фоновая музыка — какая-то попсовая американская композиция. Анна поморщилась, сама того не замечая.

– Я люблю музыку, в которой есть душа. И ритм, который заставляет сердце биться чаще, – ответила она.

– Клаус, оставь девушку в покое, – Элайджа положил руку на плечо брата. – Простите его, Анна. Мой брат иногда бывает излишне настойчив, когда встречает что-то... подлинное.

– Все хорошо, мистер Майклсон, – Анна встала, поправляя сумочку. – Мне было приятно со всеми вами познакомиться. Мистик Фоллс действительно полон сюрпризов.

Она уже собиралась уйти, когда Кол, копавшийся в своем телефоне, вдруг издал короткий смешок.

– Ну надо же... А я-то думал, где я видел это лицо.

Он развернул экран телефона, на котором была открыта страница популярного музыкального сервиса. На обложке альбома «Чувства» была изображена Анна — в роскошном платье, с профессиональным макияжем и тем самым взглядом, который сейчас пытался разгадать Клаус.

– «Ханна. Российская певица, номинантка премий, миллионы прослушиваний», – зачитал Кол, и в баре воцарилась тишина. – Так ты у нас звезда, дорогуша?

Елена, Стефан и Кэролайн замерли, переводя взгляд с экрана телефона на живую Анну. Даже Деймон перестал крутить стакан.

Клаус медленно поднялся, его губы растянулись в искренней, восхищенной улыбке.

– Ханна... Значит, я был прав. Ты не просто украшение, ты — само искусство.

Анна вздохнула, поняв, что инкогнито официально раскрыто. Она выпрямила спину, и в ее осанке появилась та самая стать, которую видели тысячи фанатов на стадионах.

– Да, это я, – спокойно произнесла она. – Но здесь я хотела быть просто Анной Ивановой.

– Поверить не могу! – воскликнула Кэролайн. – Я видела твои клипы в трендах YouTube! Они потрясающие!

– Спасибо, Кэролайн, – Анна кивнула. – Теперь, когда карты раскрыты, я, пожалуй, пойду. Не хочу, чтобы мой последний вечер превратился в пресс-конференцию.

– Я провожу тебя, – это был не вопрос, а утверждение Клауса.

– В этом нет необходимости, Никлаус, – отрезала Анна, глядя ему прямо в глаза. – Я вполне способна найти дорогу до дома Софии сама. К тому же, у вас, кажется, намечался семейный ужин.

Она развернулась и направилась к выходу, легкой походкой пересекая зал. София поспешила за ней, бросив на Майклсонов испуганный взгляд.

Когда дверь за ними закрылась, Клаус еще долго смотрел вслед.

– Она великолепна, – прошептал он.

– И она улетает завтра утром, Клаус, – напомнила Ребекка. – Забудь. Россия далеко.

– Для кого-то — далеко, – Клаус обернулся к братьям, и в его глазах вспыхнул опасный огонек. – А для кого-то расстояние — лишь повод для небольшого путешествия. Элайджа, когда у нас были дела в Европе?

– Никлаус, даже не думай, – вздохнул Элайджа, понимая, что его брат только что нашел себе новую музу, и просто так он ее не отпустит.

А на улице, вдыхая прохладный воздух, Анна чувствовала странное волнение. Она знала, что этот город хранит много тайн, но не ожидала, что сама станет частью одной из них. Завтра она вернется к своей привычной жизни: вспышки камер, новые песни, бесконечный бег. Но взгляд Клауса Майклсона, казалось, отпечатался у нее на коже.

– Ты видела его глаза? – спросила София, когда они садились в машину. – Он смотрел на тебя так, будто собирается купить тебе всю Россию.

– Или завоевать, – усмехнулась Анна, глядя в окно на удаляющиеся огни «Мистик-Гриль». – Но он опоздал. Мое сердце принадлежит музыке.

Она не знала, что для человека, прожившего тысячу лет, «завтра» — это лишь начало долгой игры. И что в следующий раз, когда она выйдет на сцену в Москве, в первом ряду может оказаться гость, которого она никак не ожидала увидеть.

Ночь опустилась на Мистик Фоллс, скрывая в своих тенях древних вампиров, амбициозных гибридов и одну русскую певицу, которая даже не подозревала, что ее жизнь только что превратилась в совершенно другую песню.