пятница

Вечер двадцать девятого декабря выдался морозным и по-настоящему зимним. Сквозь замерзшие окна квартиры, где жил Сережа, были видны огни гирлянд в соседних домах и лениво падающие хлопья снега. В воздухе витал запах мандаринов и хвои — родители уже успели привезти елку, но наряжать ее планировали только завтра. Сейчас же квартира была в полном распоряжении тринадцатилетнего подростка, чье сердце билось в бешеном ритме от осознания того, что Вика скоро придет.

Сережа нервно поправил футболку перед зеркалом. В свои тринадцать он казался себе уже почти взрослым, хотя угловатость движений и редкие непослушные вихры на затылке говорили об обратном. Его чувства к двенадцатилетней Вике были смесью детской преданности и того нового, пугающего и одновременно манящего влечения, которое он едва мог контролировать. Каждую ночь перед сном он представлял ее лицо, ее смех, и то, как они могли бы быть вместе.

Звонок в дверь прорезал тишину прихожей. Сережа вздрогнул, сделал глубокий вдох и пошел открывать.

На пороге стояла Вика. Ее щеки порозовели от холода, а на вязаной шапке еще не успели растаять снежинки. Она улыбнулась так искренне и тепло, что у Сережи на мгновение перехватило дыхание.

– Привет, – сказала она, стряхивая снег с варежек. – Еле добежала, ветер на улице просто с ног сбивает.

– Привет, проходи скорее, – Сережа отступил в сторону, впуская ее в тепло коридора. – Родители ушли в гости к тете Лене, так что мы одни.

Вика сняла куртку и аккуратно повесила ее на крючок. Она была в мягком светлом свитере, который делал ее образ еще более нежным.

– У тебя уютно, – заметила она, проходя в комнату. – И пахнет праздником.

Они сели на диван, между ними было небольшое расстояние, которое казалось Сереже непреодолимой пропастью. Он чувствовал, как внутри все сжимается от близости девочки, которую он боготворил.

– Ты посмотрела тот фильм, про который я говорил? – спросил он, пытаясь завязать хоть какой-то разговор, чтобы унять дрожь в руках.

– Да, досмотрела вчера вечером, – Вика повернулась к нему, ее глаза блестели в мягком свете настольной лампы. – Грустный финал, но мне понравилось. Ты всегда советуешь что-то особенное.

– Я просто думаю о том, что бы тебе подошло, – тихо ответил он.

Разговор постепенно затихал, сменяясь тем особенным молчанием, которое бывает только между людьми, испытывающими друг к другу симпатию. Сережа смотрел на ее руки, лежащие на коленях, и чувствовал, как желание коснуться ее становится невыносимым. Вика, словно почувствовав его состояние, медленно протянула руку и накрыла его ладонь своей.

– Сереж, – прошептала она, глядя ему прямо в глаза. – Ты ведь знаешь, как ты мне дорог?

– Знаю, – выдохнул он, чувствуя, как пульс частит в висках. – И ты для меня... ты всё для меня.

Он осторожно придвинулся ближе. В комнате царил полумрак, только гирлянда на окне подмигивала разноцветными огнями. Сережа коснулся ее лица, проводя пальцами по нежной коже щеки. Вика не отстранилась, напротив, она прикрыла глаза, наслаждаясь этим жестом.

– Мне иногда кажется, что я схожу с ума, когда тебя нет рядом, – признался Сережа, его голос сорвался на шепот.

– Я тоже постоянно о тебе думаю, – ответила Вика, открывая глаза.

Он медленно наклонился к ней. Их первый поцелуй был неумелым, робким, пахнущим мятной жвачкой и зимней свежестью. Но в этом простом соприкосновении губ для них обоих сосредоточился весь мир. Сережа почувствовал, как тепло разливается по телу, вытесняя все тревоги и страхи.

Они сидели в обнимку на диване, слушая тиканье часов и шум ветра за окном. Это было время, когда детство уже начинало ускользать, уступая место новым, еще не до конца понятным чувствам.

– Скоро Новый год, – тихо сказала Вика, кладя голову ему на плечо. – Это будет наш первый общий праздник.

– И самый лучший, – добавил Сережа, крепче прижимая ее к себе. – Я обещаю.

В этот вечер, двадцать девятого декабря, двое подростков просто сидели рядом, наслаждаясь присутствием друг друга. Для них не существовало ничего, кроме этого момента, этой тишины и этой нежности, которая связывала их крепче любых слов. Им предстояло еще многое узнать и пройти, но сейчас, в преддверии праздника, они были абсолютно счастливы в своей маленькой, скрытой от всего мира вселенной.