Сын

В гостиной особняка семьи Сон повисла такая тяжелая тишина, что, казалось, ее можно было резать ножом. Сон Джинву, Теневой Монарх, человек, перед которым трепетали боги и правители, сейчас сидел в кресле, нахмурив брови. Его взгляд, обычно пронзительный и холодный, выражал крайнюю степень недоумения. Рядом с ним Ча Хэ Ин нервно сжимала в руках край своей блузки, переводя взгляд с мужа на старшего сына.

Сон Сухо стоял посреди комнаты, всё еще сжимая в руке смартфон. Его лицо горело пунцовым цветом, доходя до самых мочек ушей. Динамик телефона уже давно замолк, но фраза, брошенная младшим братом, продолжала эхом звучать в голове каждого присутствующего.

– Это что сейчас было? – наконец прохрипел Сухо, с трудом обретая дар речи. – Он... он серьезно это сказал?

– Твой брат всегда был... своенравным, – медленно произнес Джинву, пытаясь сохранить самообладание, хотя внутри него бушевал ураган эмоций. – Но такая дерзость даже для него в новинку.

– Дерзость? Папа, он назвал меня «собачкой на привязи»! – Сухо всплеснул руками. – Я пытаюсь быть ответственным, я помогаю вам, я тренируюсь, а Юки... он просто тратит жизнь впустую! Ни маны, ни амбиций, только машины, выпивка и Бог знает что еще!

Ча Хэ Ин тяжело вздохнула, прикрыв глаза.

– Мы сами виноваты, Джинву. Мы слишком оберегали Сухо, видя в нем наследника твоей силы, и совсем упустили Юки из виду, когда поняли, что он «пустой». Мы дали ему полную свободу, лишь бы он был счастлив, но, кажется, эта свобода превратила его в чужака.

В это время «чужак», о котором они говорили, находился в совершенно ином мире.

В пентхаусе, расположенном в самом элитном районе Сеула, Сон Юки отбросил телефон на шелковые простыни. Его атлетическое тело, покрытое капельками пота, тяжело вздымалось. Юки было двадцать, и он выглядел как ожившая фантазия скульптора: идеальные мышцы, не перекачанные, а сухие и функциональные, широкие плечи и пресс, на котором можно было чеканить монеты. Черные взъерошенные волосы падали на глаза, скрывая их пронзительную голубизну.

Он перевел взгляд на мужчину, лежащего под ним. Чон Ли Вон, его муж, личный адвокат и единственный человек, знающий все его тайны, пытался восстановить дыхание. Его светлая кожа контрастировала с темными простынями, а серые глаза смотрели на Юки с нескрываемой любовью и легким укором.

– Ты был слишком груб с ним, Юки, – тихо сказал Ли Вон, убирая мокрую прядь волос со лба мужа.

Юки усмехнулся, и на его губах заиграла та самая полуулыбка, которая заставляла сердца окружающих биться чаще. Он наклонился и запечатлел легкий поцелуй на кончике носа Ли Вона.

– Мой дорогой брат должен иногда снимать розовые очки. Он так гордится своим статусом «золотого мальчика», что не замечает, как мир меняется вокруг него. И вообще, – Юки прикусил мочку уха мужа, заставив того вздрогнуть, – он прервал нас на самом интересном месте.

– У тебя дети в соседней комнате спят, – напомнил Ли Вон, хотя его руки уже вовсю блуждали по татуированному плечу Юки, прослеживая сложные графические узоры и цветочные мотивы, уходящие на грудь.

– За ними присматривает лучшая няня, которую можно купить за деньги «Мортэ Индастриз», – отрезал Юки. – А сейчас я хочу внимания своего мужа.

Ли Вон улыбнулся, обнажив ровные зубы. Его жизнь круто изменилась пять лет назад, когда он, волк-одиночка и блестящий юрист, встретил этого странного парня. Юки тогда было всего пятнадцать, но в его глазах была мудрость веков. А когда оказалось, что Ли Вон обладает редкой физиологической особенностью, позволяющей мужчине выносить ребенка, Юки не просто не отвернулся — он окружил его такой заботой, о которой Ли Вон и мечтать не смел. Теперь у них было двое сыновей, двухлетние близнецы: один — вылитый Юки, такой же дерзкий и черноволосый, другой — копия Ли Вона, с мягкими чертами лица и вдумчивым взглядом.

Спустя час, когда страсти улеглись, Юки стоял на балконе в одном шелковом халате, накинутом на плечи. В пальцах он держал тонкую сигарету, а на столике рядом стоял бокал персикового саке — его маленькая слабость.

Взгляд его голубых глаз был устремлен на ночной Сеул. Там, внизу, люди суетились, охотники сражались с монстрами, а корпорации делили сферы влияния. Никто из них не подозревал, что нити управления этой огромной машиной сходятся в руках «пустого» младшего сына Сон Джинву.

«Мортэ Индастриз» была его детищем. Пока отец строил мир на силе теней, Юки строил его на силе разума и технологий. Его броня спасала жизни охотников низких рангов, а его благотворительные фонды строили школы для сирот, чьи родители погибли в подземельях. Он был шахматистом, для которого весь мир был доской, а люди — фигурами. И он предпочитал оставаться невидимым гроссмейстером.

Ли Вон подошел сзади, набрасывая на плечи Юки вторую руку.

– О чем думаешь?

– О том, что отец скоро начнет копать, – ответил Юки, выпуская облако дыма. – Сухо не оставит этот звонок просто так. Он почувствовал, что я что-то скрываю. Его интуиция охотника S-ранга пробуждается.

– Ты боишься? – Ли Вон заглянул ему в лицо.

– Боюсь? – Юки рассмеялся, и в этом смехе не было ни капли страха. – Нет. Мне просто не хочется разрушать их уютную иллюзию так рано. Мама хочет видеть меня прилежным мальчиком, который найдет себе «подходящую» невесту. Представь ее лицо, когда она узнает, что у нее уже есть два внука и зять, который старше ее сына на шесть лет.

– Они любят тебя, Юки. По-своему, но любят.

– Именно поэтому я молчу, – Юки затушил сигарету. – Моя жизнь — это не их мир маны и системы. Моя жизнь — это ты, дети и моя империя.

В этот момент в комнате раздался детский плач. Один из близнецов проснулся. Юки мгновенно преобразился: холодный расчетливый директор исчез, уступая место любящему отцу.

– Это Минхо, – узнал он по голосу. – Иди, я сейчас принесу ему теплое молоко.

Ли Вон кивнул и скрылся в детской. Юки задержался на мгновение, глядя на свое отражение в стекле балконной двери. Золотая цепь на шее блеснула в свете луны.

Он знал, что рано или поздно столкновение неизбежно. Сон Джинву, человек, победивший смерть, столкнется со своим сыном, который подчинил себе жизнь без всякой магии. Но сегодня... сегодня он был просто Юки.

***

На следующее утро в офисе «Мортэ Индастриз» царило обычное оживление. Юки сидел в своем кабинете на верхнем этаже, скрытый за тонированными стеклами. На нем был безупречный костюм, который скрывал все его татуировки и пирсинг, превращая его в идеального бизнесмена.

Перед ним стоял Ли Вон, просматривая отчеты.

– Юки, отчет по поставкам наноматериалов для Ассоциации Охотников готов. Если мы подпишем это, твой отец косвенно станет твоим клиентом.

Юки откинулся в кресле, крутя в руках ручку.

– Подписывай. Пусть используют наши разработки. Это спасет жизни. А то, что деньги пойдут в мой карман — лишь приятный бонус.

Внезапно дверь кабинета распахнулась без стука. Секретарша даже не успела пискнуть, как в комнату ворвался Сон Сухо. Его глаза метали молнии, а аура была настолько мощной, что обычные люди в приемной наверняка попадали в обморок.

– Юки! Нам нужно поговорить! – выкрикнул он, но тут же осекся, увидев обстановку.

Юки даже не вздрогнул. Он медленно поднял взгляд на брата, на его губах играла та самая ленивая полуулыбка.

– Брат? Какими судьбами в моем скромном офисе? Я думал, ты занят спасением мира или чем там занимаются «золотые мальчики».

Сухо огляделся. Роскошный кабинет, панорамный вид на город, и Ли Вон, стоящий рядом с Юки с абсолютно спокойным лицом.

– Твой офис? Скромный? Юки, что это за место? Откуда у тебя всё это? – Сухо шагнул вперед, его голос дрожал от напряжения. – Мама и папа думают, что ты... что ты просто бездельничаешь на их деньги!

Юки встал, и его рост в 195 сантиметров заставил даже рослого Сухо почувствовать себя некомфортно. Младший брат подошел к старшему вплотную.

– Видишь ли, Сухо, пока вы полагались на ману, я полагался на мозги. Пока вы чистили подземелья, я строил будущее. Добро пожаловать в «Мортэ Индастриз». Я — ее владелец.

Сухо попятился, его мозг отказывался принимать информацию.

– Ты... директор? Тот самый анонимный миллиардер? Но как... у тебя же нет маны!

– Мана не нужна, чтобы подписывать контракты и нанимать лучших ученых мира, – холодно заметил Юки. – А теперь, если ты закончил устраивать сцены, у меня есть работа.

– И это всё? – Сухо ткнул пальцем в сторону Ли Вона. – А он кто? Твой охранник?

Юки посмотрел на Ли Вона, и его взгляд смягчился на долю секунды, прежде чем снова стать ледяным.

– Это Чон Ли Вон. Мой муж. И отец моих детей.

В кабинете снова воцарилась тишина, еще более звенящая, чем вчера в доме семьи Сон. Сухо открыл рот, но не смог произнести ни звука. Его младший брат, «пустое место» семьи, не просто превзошел их всех в богатстве и влиянии, но и создал собственную семью, о которой никто даже не догадывался.

– Ты... ты с ума сошел, – наконец выдавил Сухо. – Отец тебя убьет.

– Пусть попробует, – Юки вернулся в свое кресло. – Но напомни ему, что 70% оборудования, которым пользуются его тени в человеческом обличье, произведено мной. Если я захочу, мир охотников рухнет за один день.

Сухо смотрел на брата и впервые в жизни видел не избалованного младшего ребенка, а настоящего хищника. Человека, который играл в шахматы с самой судьбой и, кажется, уже поставил мат.

– Я не скажу им, – тихо произнес Сухо. – Пока не скажу. Но ты сам должен всё объяснить. Мама плачет, Юки.

– Я знаю, – Юки отвел взгляд к окну. – Я приду на ужин в воскресенье. С семьей.

Когда Сухо ушел, буквально вылетев из кабинета, Ли Вон подошел к мужу и положил руки ему на плечи.

– Ты специально это сделал. Спровоцировал его.

– Я устал прятаться, Ли Вон, – признался Юки, закрывая глаза. – Мои сыновья заслуживают того, чтобы знать своих дедушку и бабушку. Даже если те — живые легенды. К тому же, мне интересно посмотреть, как Теневой Монарх отреагирует на то, что его внуки не имеют ни капли магической силы, но уже умеют пользоваться планшетом лучше, чем мечом.

Ли Вон тихо рассмеялся, целуя мужа в макушку.

– Ты неисправим, Сон Юки.

– Я просто лучший в своем деле, – отозвался тот, доставая из стола новую пачку сигарет. – Шах и мат, папа. Посмотрим, как ты сделаешь свой ход.