Сын монарха

Вечерний Сеул переливался огнями, отражаясь в панорамных окнах пентхауса, принадлежащего главе корпорации «Мортэ Индастриз». Сон Юки стоял у окна, слегка покачивая в руке бокал с персиковым саке. В свои двадцать лет он выглядел как ожившее божество: атлетическое тело, которому позавидовал бы даже его старший брат Сухо, было скрыто лишь легкой шелковой рубашкой, расстегнутой на верхние пуговицы. Идеально проработанный пресс и мускулатура торса не были избыточными, как у многих охотников, стремящихся к грубой силе. Это была эстетика хищника — изящного, быстрого и смертоносного.

Его взъерошенные черные волосы спадали на глаза, но сквозь них отчетливо виднелся пронзительный взгляд ярко-голубых глаз. На правой руке, уходя под воротник и на грудь, темнела масштабная татуировка — графичное сплетение цветов и геометрических узоров, которое казалось живым в свете ночного города.

Юки сделал глоток, чувствуя на губах сладость персика. У него не было ни капли маны. В мире, где сила измерялась рангами и магической энергией, он был «пустым». Но именно это дарило ему ту свободу, о которой Сухо, «золотой мальчик» их родителей, мог только мечтать. Пока Сухо нес на плечах груз ожиданий Сон Джинву и Ча Хэ Ин, Юки строил свою империю в тени.

– Снова не спишь? – Раздался мягкий голос за спиной.

Юки обернулся, и на его губах появилась легкая полуулыбка, заставившая пирсинг-кольца в ушах тихо звякнуть. К нему подошел Чон Ли Вон. Его муж, его правая рука и единственный человек, которому он доверял абсолютно всё. Ли Вону было двадцать шесть, и он был воплощением элегантности даже в простой белой футболке. Его темные серые глаза смотрели с нежностью, а растрепанные черные пряди падали на лоб.

– Думаю о завтрашнем запуске новой линии брони для низкоранговых охотников, – ответил Юки, притягивая мужа к себе свободной рукой. – Слишком много людей гибнет в подземельях ранга E и D только потому, что Ассоциация считает их «расходным материалом». Мои технологии изменят это.

– Ты уже изменил мир больше, чем любой охотник S-ранга, – Ли Вон прислонился лбом к плечу Юки. – Твоя благотворительность, фонды для сирот... Люди называют директора «Мортэ» анонимным святым. Если бы они знали, что этот «святой» сейчас курит на балконе и пьет саке.

– Пусть думают, что хотят, – Юки усмехнулся, доставая из кармана пачку дорогих сигарет. – Пока я на шаг впереди, они лишь пешки на моей доске. Даже отец не знает всей глубины моих активов.

Сон Джинву, величайший охотник человечества, гордился обоими сыновьями. Но с Юки у него была особая связь. Джинву видел в младшем сыне ту же стальную волю, что когда-то вела его самого через систему. Он знал, что Юки не нужен «статус», чтобы править миром.

– Как дети? – тихо спросил Юки, выдыхая тонкую струйку дыма.

– Спят, – улыбнулся Ли Вон. – Маленький Юки опять пытался стащить твой планшет, а Ли Вон-младший весь вечер строил башни из кубиков. Они такие разные, но оба — твоя копия в плане упрямства.

Ли Вон был особенным. Его организм обладал редчайшей анатомической аномалией, позволившей ему выносить и родить их сыновей. Когда-то он был одиноким волком, холодным адвокатом, не подпускавшим к себе никого, пока восемнадцатилетний Юки не ворвался в его жизнь, перевернув всё вверх дном. Теперь их ждало пополнение — скоро должна была родиться дочка.

– Ты уверен, что хочешь завтра сам присутствовать на переговорах? – Ли Вон обеспокоенно посмотрел на мужа. – Я могу пойти как твой законный представитель. Тебе не обязательно раскрывать лицо перед советом директоров «Хантерс».

– Нет, пора выйти из тени, – Юки щелчком отправил окурок в пепельницу. – Они заигрались в политику. Пытаются перехватить наши поставки мана-кристаллов для производства брони. Они думают, что «Мортэ Индастриз» — это просто удачливый стартап. Завтра я покажу им, кто на самом деле держит нити.

– Иногда ты пугаешь меня своей холодностью, – признался Ли Вон, хотя в его глазах светилось восхищение.

– Только не тебя, – Юки коснулся пальцами подбородка мужа, заставляя его посмотреть в глаза. – Для тебя и детей я всегда буду просто Юки, который любит аниме и готовит лучший персиковый пирог в Корее.

Утро встретило Сеул мелким дождем. У входа в главный офис «Мортэ Индастриз» стоял роскошный черный автомобиль, стоимость которого превышала бюджет небольшого города. Юки, одетый в идеально сидящий костюм, скрывающий его татуировки, но подчеркивающий мощный разворот плеч, вышел из машины. Рядом с ним шел Ли Вон, выглядящий как идеальный адвокат.

В зале совещаний их ждали представители крупнейших гильдий. Атмосфера была накалена.

– Мы требуем эксклюзивных прав на ваши новые разработки, – заявил один из представителей гильдии «Белый Тигр». – Вы понимаете, что без нашей защиты ваше производство может столкнуться с... трудностями?

Юки медленно сел во главе стола, закинув ногу на ногу. На его губах играла та самая едва заметная полуулыбка.

– Трудности? – переспросил он, и голос его прозвучал подобно шелесту стали. – Вы говорите о тех наемниках, которых вы послали на мой склад в Инчхоне три дня назад? Тех, что сейчас дают показания в полиции под присмотром моих юристов?

В комнате воцарилась гробовая тишина. Охотники переглянулись.

– Послушайте, парень, – начал другой мужчина, – мы не знаем, кто ваш босс, но...

– Вы смотрите на него, – перебил его Юки. – Я — Сон Юки. Основатель и владелец «Мортэ Индастриз». И я не нуждаюсь в вашей защите. Напротив, это вы нуждаетесь в моих технологиях, чтобы ваши люди перестали возвращаться из врат в мешках для трупов.

Он нажал кнопку на пульте, и на огромном экране развернулась сложная схема шахматной партии, где фигуры были заменены логотипами гильдий.

– Вы все уже в цугцванге, – спокойно продолжил Юки. – Любой ваш ход ведет к поражению. Либо вы подписываете контракт на моих условиях — фиксированные цены, доступность для всех рангов и процент от прибыли в мой фонд помощи пострадавшим от врат, — либо завтра ваши гильдии попадут в черный список поставок. Навсегда.

Ли Вон, стоявший за плечом мужа, едва сдерживал улыбку. Он видел, как могущественные охотники, способные крушить скалы, пасуют перед интеллектом и волей двадцатилетнего парня без капли маны.

Переговоры закончились триумфом. Когда они вернулись в машину, Юки устало откинулся на кожаное сиденье.

– Ты был великолепен, – сказал Ли Вон, сжимая его руку.

– Я просто хочу, чтобы мир стал безопаснее для наших детей, – ответил Юки, закрывая глаза. – Чтобы им не пришлось сражаться так, как отцу или Сухо. Технологии могут дать людям шанс там, где магия бессильна.

– Поедем домой? – предложил Ли Вон. – Твоя мама звонила, они с отцом привезут подарки для мальчиков. Джинву сказал, что хочет обсудить с тобой какой-то новый проект в Китае.

– Отец никогда не сидит на месте, – Юки усмехнулся. – Ладно, поедем. Но сначала заедем в ту кондитерскую. Я обещал Сухо купить те редкие пирожные, которые он любит. Несмотря на то, что он «золотой мальчик», иногда мне его жаль. Быть героем — это слишком утомительно. Куда приятнее быть тем, кто создает инструменты для героев.

Машина плавно тронулась с места, унося их прочь от делового центра. Сон Юки, человек без маны, но с сердцем титана, снова выиграл свою партию. Он знал, что впереди еще много вызовов, но пока у него есть его семья, его острый ум и аромат персикового саке по вечерам — он останется непобедимым боссом в этой игре под названием жизнь.

Вечером в доме Сон царила суета. Двое маленьких сорванцов с криками носились вокруг дедушки Джинву, который, смеясь, поднимал их в воздух с помощью своей тени. Ча Хэ Ин о чем-то увлеченно беседовала с Ли Воном, обсуждая будущую внучку и выбирая имя.

Юки стоял на кухне, надев фартук поверх дорогой рубашки. Он мастерски нарезал персики для десерта. Сухо подошел к нему, облокотившись о столешницу.

– Опять скупил половину акций конкурентов? – подмигнул старший брат.

– Только те, что плохо лежали, – парировал Юки, не отрываясь от дела. – Тебе ли жаловаться? Твоя новая броня — моя последняя разработка. Она выдержит даже прямой удар дракона.

– За это спасибо, – Сухо стал серьезнее. – Знаешь, отец прав. Ты самый сильный из нас всех, Юки. Твоя сила в голове, и она куда опаснее наших мечей.

Юки лишь улыбнулся, глядя на свою семью. В этом мире, полном монстров и магии, он создал свой собственный рай, свою империю, где правили не ранги, а любовь и интеллект. И он был готов защищать этот рай до последнего вздоха, всегда оставаясь на шаг впереди любого врага.