Запретный плод

В доме семьи Сон сегодня было непривычно тихо. Теневой Монарх, Сон Джинву, вместе со своей супругой Ча Хэ Ин отправились в другой город по делам Ассоциации охотников. Огромный особняк, пропитанный остаточной магической энергией величайшего охотника в истории, остался в распоряжении двух братьев.

Сон Юки, младший сын в семье, только что закончил изнурительную тренировку. Несмотря на свои шестнадцать лет, он уже обладал силой ранга S, унаследовав от отца не только невероятный магический потенциал, но и стальную дисциплину. Рост в сто восемьдесят пять сантиметров и атлетическое, идеально сбалансированное телосложение делали его похожим на ожившую античную статую, лишенную излишней грузности, но полную скрытой мощи.

Горячие струи воды в душе стекали по его светлой коже, смывая пот и напряжение. Юки закрыл глаза, подставляя лицо под поток. Его короткие, растрепанные черные волосы намокли, а капли воды очерчивали рельефные мышцы пресса и груди. На левом плече, заходя на грудь и шею, чернела замысловатая татуировка — узоры, напоминающие тени, которыми повелевал их отец. На правом предплечье красовался широкий кольцевой орнамент, подчеркивающий силу его рук.

Юки был натурой созерцательной. Он любил тишину, классическую музыку и процесс приготовления изысканных блюд. Но больше всего он ценил терпение — качество, которое помогало ему сдерживать свою альфа-природу. Однако сегодня в воздухе витало нечто странное.

Выключив воду, он обмотал полотенце вокруг бедер. На шее привычно покоился тонкий черный шнурок с кулоном-кольцом, а в левом ухе тускло поблескивала темная серьга. Пар исходил от его тела, когда он толкнул дверь ванной и вышел в общую комнату.

Юки замер. Прямо перед ним, в центре гостиной, стоял его старший брат, Сон Сухо.

Сухо, будучи омегой, всегда обладал особой чувствительностью к аурам. Но сейчас его взгляд был прикован не к магической силе брата, а к нему самому. Юки выглядел ошеломляюще: мокрые волосы, ярко-голубые глаза, светящиеся в полумраке комнаты, и безупречные линии мускулатуры, по которым всё еще скатывались капли воды.

– Сухо? Что-то случилось? – голос Юки прозвучал спокойно и глубоко, разрезая тишину.

Старший брат не ответил сразу. Он медленно скользил взглядом по татуировкам Юки, по его широким плечам и узкой талии. В нос Сухо ударил запах брата — терпкий, мужественный аромат с тонкими нотками персикового саке, которое Юки так любил. Этот запах дурманил, заставляя инстинкты омеги внутри Сухо подать голос.

Несмотря на кровное родство, Сухо видел перед собой не просто младшего брата. Он видел идеального альфу. Сильного, мудрого, невероятно красивого и обладающего той самой аурой защиты, в которой так нуждался любой омега.

– Сухо... – Юки тяжело сглотнул, заметив странный блеск в глазах брата. – Ты странно на меня смотришь. Родители скоро вернутся, мне стоит одеться.

– Они не вернутся до завтра, Юки, – тихо произнес Сухо, делая шаг вперед. – Ты ведь знаешь, что их задержали на конференции.

Юки почувствовал, как в комнате сгущается напряжение. Он был S-ранговым охотником, его чувства были обострены до предела. Он ощущал, как участилось сердцебиение Сухо, как изменился его запах, становясь более сладким и манящим. Это была опасная игра, грань, которую они никогда не переступали.

– Я знаю, – Юки старался сохранять свое легендарное терпение. – Но это не повод стоять посреди комнаты и так на меня смотреть. Я только из душа.

– Ты даже не представляешь, насколько ты совершенен, – прошептал Сухо, продолжая сокращать дистанцию. – Отец всегда говорил, что ты унаследовал его спокойствие, но я вижу в тебе пламя, которое ты так тщательно скрываешь.

Юки почувствовал, как внутри него просыпается зверь. Его альфа-природа, обычно усмиренная мудростью и самоконтролем, начала реагировать на близость омеги. Он любил брата, защищал его, но сейчас ситуация выходила из-под контроля.

– Сухо, прекрати, – Юки сделал шаг назад, но уперся спиной в дверной косяк. – Мы братья.

– Разве это имеет значение для тех, в чьих жилах течет кровь Монарха? – Сухо поднял руку и осторожно коснулся татуировки на груди Юки. – Твоя кожа такая холодная... а внутри ты горишь.

Пальцы Сухо были теплыми, и это прикосновение отозвалось электрическим разрядом в теле младшего Сона. Юки накрыл ладонь брата своей, пытаясь отстранить её, но вместо этого лишь крепче прижал к своей груди. Он чувствовал, как его собственное сердце начинает биться в унисон с сердцем Сухо.

– Ты выпил? – спросил Юки, уловив едва заметный аромат персикового саке, который, кажется, исходил от самого Сухо.

– Всего глоток, – признался старший, глядя прямо в ярко-голубые глаза Юки. – Чтобы набраться смелости. Юки, я давно хотел сказать... я не могу найти никого, кто был бы достоин стоять рядом со мной. Потому что я всегда сравниваю их с тобой. И никто не выдерживает сравнения.

Юки молчал. Его мудрость подсказывала ему, что нужно прекратить это прямо сейчас, уйти в свою комнату и запереть дверь. Но его тело, его инстинкты S-ранга и природа альфы говорили об обратном. Он видел перед собой омегу, который признавал его превосходство, который жаждал его внимания.

– Ты играешь с огнем, брат, – голос Юки стал ниже на октаву, в нем прорезались властные нотки. – Я могу быть терпеливым, но у всего есть предел.

– Тогда покажи мне свой предел, – вызвался Сухо, подаваясь еще ближе, так что между ними почти не осталось пространства.

Запах персиков в комнате стал невыносимо густым. Юки почувствовал, как капля воды сорвалась с его волос и упала на ключицу Сухо. В этот момент весь мир за пределами этого дома перестал существовать. Не было ни Ассоциации, ни монстров, ни великого отца-монарха. Были только они двое.

Юки медленно поднял руку и заправил прядь волос Сухо за ухо, коснувшись кончиками пальцев его шеи. Сухо вздрогнул, и этот короткий вздох стал последней каплей.

– Ты сам этого хотел, – прошептал Юки.

Он не сделал ничего агрессивного. Он просто позволил своей ауре, своей силе S-ранга, слегка выплеснуться наружу. Комната наполнилась тяжелой, властной энергией. Сухо почувствовал, как его ноги подкашиваются под этим давлением, но это не был страх. Это было восхищение.

Юки наклонился к самому уху брата, обдавая его горячим дыханием.

– Иди в свою комнату, Сухо. Оденься. Я приготовлю ужин. И мы сделаем вид, что этого разговора не было. Пока не стало слишком поздно.

Сухо посмотрел на него, в его глазах читалось разочарование, смешанное с еще большим вожделением. Он видел, как Юки борется с собой, как напряжены мышцы на его руках, как потемнели его голубые глаза.

– Ты слишком правильный, Юки, – Сухо отступил на шаг, переводя дыхание. – Но я знаю, что ты чувствуешь то же самое.

– Я чувствую ответственность за нашу семью, – отрезал Юки, хотя его голос слегка дрогнул. – Иди.

Когда Сухо скрылся за дверью своей комнаты, Юки еще долго стоял, прислонившись к стене. Он тяжело дышал, пытаясь унять бушующую внутри бурю. Его татуировки, казалось, пульсировали в такт его пульсу.

Он прошел на кухню, стараясь занять руки делом. Готовка всегда успокаивала его. Он достал спелые персики, их аромат напомнил ему о близости брата, и на мгновение он замер с ножом в руке. Юки был мудр не по годам, он понимал, что эта тихая семейная жизнь — лишь затишье перед бурей.

Достав бутылку персикового саке, он плеснул немного в бокал. Прозрачная жидкость блеснула в свете ламп. Юки сделал глоток, чувствуя, как сладость и крепость напитка обжигают горло.

– Терпение, – прошептал он сам себе, глядя на свое отражение в оконном стекле. – Просто нужно еще немного терпения.

Но в глубине души он знал: когда родители вернутся, и жизнь вернется в привычное русло, взгляд Сухо, брошенный на него сегодня в гостиной, навсегда останется в его памяти. И рано или поздно, S-ранговому альфе придется признать, что некоторые битвы невозможно выиграть, даже обладая силой бога. Особенно если враг — твое собственное сердце.