В реальности

Я переминалась с ноги на ногу, то и дело поглядывая на экран телефона. Пятнадцать минут. Пятнадцать бесконечных минут я стою у этого старого магазина, который, кажется, видел ещё расцвет советской эпохи. Вокруг — типичный сельский пейзаж: пыльная дорога, стрекотание кузнечиков в высокой траве и запах нагретого за день дерева.

Ну и где его черти носят?

Мы познакомились в обычном флуде — в одной из тех бессмысленных бесед, где люди кидают мемы и спорят о всякой ерунде. Кид выделился сразу. Своим напором, странным чувством юмора и тем, как легко он находил со мной общий язык. Когда разговор зашёл о встрече, я сначала подумала, что это шутка. Но вот я здесь, в его посёлке, за десятки километров от своего дома, с бешено колотящимся сердцем.

– Эй, Мелкая! Неужели не сбежала?

Я вздрогнула и обернулась. Ко мне размашистой походкой шёл парень. Высокий — боже, какой он высокий, я со своими 161 сантиметрами чувствовала себя рядом с ним пятиклассницей. Шатен, волосы взъерошены, а в зелёных глазах прыгают чертята.

– Я уже собиралась, – буркнула я, чувствуя, как щёки начинают гореть. – Ты опоздал.

– Да ладно тебе, – он широко улыбнулся и, ни капли не смущаясь, приобнял меня за плечи. – Зато я здесь. Рад тебя видеть вживую, Луффи. Ты в реальности ещё милее, чем на тех размытых селфи.

Я отвела взгляд, стараясь скрыть улыбку. Кид был именно таким, каким я его представляла: шумным, немного наглым, но каким-то… надёжным. Мы пошли по центральной улице, болтая обо всём на свете. Он травил байки про местных жителей, я рассказывала про учёбу. Всё было идеально, пока он не вспомнил ту самую историю из флуда.

– Слушай, – он вдруг заговорщицки понизил голос, – а помнишь, я писал про старую мебельную фабрику на окраине? Ну, ту, где, по слухам, сторож бесследно исчез в девяностых?

– Помню, – я поёжилась. – Ты ещё говорил, что там по ночам свет в окнах видят, хотя электричества нет уже лет тридцать.

– Именно! – Кид остановился и указал пальцем куда-то в сторону леса, где небо уже начало окрашиваться в багрово-фиолетовые тона заката. – Она тут недалеко. Пойдём?

– Что? Нет! – я замотала головой. – Кид, уже вечереет. Ты сам говорил, что там страшно.

– Так в этом же весь кайф! – он задорно подмигнул мне. – Или ты боишься, что я тебя там съем? Хотя… я бы не отказался от такого сладкого десерта.

– Дурак! – я легонько ударила его по руке, чувствуя, как к горлу подступает комок не то от страха, не то от его дурацкого подката. – Это не смешно. Там наверняка дыры в полу и крысы.

– Обижаешь, я буду твоим личным телохранителем. Если на нас нападёт призрак мебельного магната, я закидаю его шутками про табуретки. Ну пошли, Лу, не будь занудой. Всего один кружочек внутри и назад.

Он так жалобно и одновременно азартно на меня посмотрел, что я сдалась. Глупая, эмоциональная я. Моё нежелание спорить и вечное стремление к приключениям (о которых я потом всегда жалею) взяли верх.

– Ладно. Но если я умру от инфаркта, я буду преследовать тебя вечно.

– О, обещаешь? – он снова ухмыльнулся. – Звучит как предложение руки и сердца, только в более готическом стиле.

До фабрики мы добрались, когда солнце уже почти скрылось за горизонтом. Огромное серое здание с выбитыми окнами-глазницами выглядело как декорация к фильму ужасов. Вокруг стояла мёртвая тишина, прерываемая только шелестом листвы.

– Ну что, готова к погружению в бездну? – прошептал Кид, делая шаг к пролому в стене.

– Не очень, – честно призналась я, вцепившись в край своей кофты.

Внутри было ещё хуже. Пахло сыростью, гнилым деревом и чем-то металлическим. Каждый наш шаг отзывался гулким эхом. Я старалась держаться как можно ближе к Киду, буквально наступая ему на пятки.

– Знаешь, Луффи, – он включил фонарик на телефоне, луч которого выхватил из темноты груды мусора и старые верстаки. – В таких местах обычно начинаются самые интересные сцены. Тишина, темнота, двое наедине…

– Заткнись, а? – прошипела я, озираясь по сторонам. – Мне и так не по себе.

– Да ладно тебе, расслабься. Если услышишь стоны, не пугайся — это просто здание дышит. Или я тренируюсь подкатывать к тебе в более интимной обстановке.

– Ты неисправим, – я шмыгнула носом, чувствуя, как от страха начинают подрагивать колени.

Мы прошли вглубь длинного коридора. Кид, несмотря на свои шуточки, тоже выглядел напряжённым. Он часто оборачивался и светил фонариком в пустые дверные проёмы. Его весёлость явно была защитной реакцией, но он держался молодцом.

– Гляди, какая штука, – он направил свет на старый плакат на стене. – «Труд облагораживает человека». Видимо, призраки тут очень благородные.

Вдруг где-то сверху, на втором этаже, раздался резкий грохот. Как будто кто-то с силой уронил тяжёлый железный ящик. Звук разорвал тишину, заставив меня подпрыгнуть на месте.

– Мамочки! – вскрикнула я и, не соображая, что делаю, мертвой хваткой вцепилась в Кида, обнимая его со спины и пряча лицо между его лопаток.

Меня трясло. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, оно сейчас выскочит из груди. В голове пронеслись все самые страшные сценарии: от маньяков до монстров.

– Тихо, тихо, Мелкая, – голос Кида стал неожиданно серьёзным и мягким. Он не отстранился, наоборот, накрыл мои руки своими холодными ладонями. – Это просто птица или штукатурка отвалилась. Тут старое здание, оно постоянно сыплется.

– Нет, это было слишком громко! – пропищала я в его куртку. – Пойдём отсюда, пожалуйста!

– Эй, посмотри на меня, – он медленно развернулся в моих объятиях, так что теперь я прижималась к его груди.

Я подняла на него глаза, полные слёз. В свете фонарика его лицо выглядело непривычно спокойным.

– Я рядом, – сказал он, и в его зелёных глазах не было ни капли насмешки. – Никакой призрак не пройдёт через меня. Я слишком ценю свою единственную адекватную подругу из интернета.

Он приобнял меня за плечи, притягивая ближе, и я почувствовала, как страх понемногу отступает, сменяясь странным теплом. От него пахло одеколоном и немного жвачкой.

– Но если ты так сильно хочешь обниматься, – он снова хитро прищурился, возвращаясь к своему обычному образу, – мы могли бы выбрать место поуютнее. Например, мой диван. Там хотя бы крысы не аплодируют нашим чувствам.

– Кид! – я возмущённо выдохнула, отстраняясь, но всё равно продолжая держаться за его локоть. – Ты просто невыносим. Даже в такой момент!

– А что? Смех убивает страх, – он подмигнул мне и снова повёл к выходу. – Идём, героиня. На сегодня приключений хватит. А то ты мне все рёбра переломаешь своими объятиями, а я ещё планировал дожить до восемнадцати.

Мы вышли на улицу, когда уже совсем стемнело. Свежий ночной воздух показался мне самым прекрасным ароматом в мире. Я наконец-то смогла глубоко вздохнуть.

– Спасибо, – тихо сказала я, когда мы отошли на приличное расстояние от фабрики.

– За что? За то, что не бросил тебя на съедение мебельным демонам? – он усмехнулся, закидывая руки за голову.

– И за это тоже. И за то, что… ну, успокоил.

Кид остановился и посмотрел на меня. В темноте его силуэт казался огромным.

– Обращайся, Луффи. Но в следующий раз, когда захочешь прижаться ко мне покрепче, просто скажи. Не обязательно для этого лезть в заброшки.

Я снова почувствовала, как краснею, и порадовалась, что сейчас ночь. Этот парень определённо умел выводить меня из равновесия, но, честно говоря, я была рада, что приехала.

– Мечтай больше, – буркнула я, ускоряя шаг.

– Обязательно! – донёсся мне в спину его весёлый голос. – Кстати, у меня дома есть отличный чай. И никаких призраков. Только я и моё нескромное обаяние. Пойдём?

Я обернулась и посмотрела на него. Хитрый, наглый, вечно шутящий невпопад… и такой настоящий.

– Пойдём, – улыбнулась я. – Но только если без шуток про десерты.

– Ничего не обещаю, Мелкая! Ничего не обещаю.