Трах трах

Воздух в хижине Соника казался густым, пропитанным ароматом хвои и морского бриза, который пробивался сквозь открытое окно, но даже он не мог охладить того жара, что вспыхнул между двумя ежами. Это началось как обычная стычка, очередное состязание в скорости и силе, но искры, летевшие от их столкновений, на этот раз подожгли нечто иное.

Шедоу тяжело дышал, прижимая Соника к стене. Его алые глаза горели не привычной яростью, а первобытным, необузданным желанием. Соник, чьи иглы были растрепаны, а дыхание сбито, не пытался вырваться. Напротив, он вызывающе улыбался, хотя в его взгляде читалось то же самое томление.

– Ты слишком долго сдерживался, Шедоу, – прошептал Соник, чувствуя, как горячее тело соперника вжимается в него.

– Заткнись, – прохрипел Шедоу, прежде чем впиться в его губы требовательным, почти грубым поцелуем.

Всё произошло стремительно. Одежда и перчатки были отброшены в сторону. Их тела переплелись на кровати в хаотичном танце страсти. Первый акт их близости был быстрым, громким и полным животной энергии. Соник выгибался под Шедоу, выкрикивая его имя, пока совершенная форма жизни вбивалась в него с неистовой силой, стремясь доказать своё превосходство даже в такие моменты.

Когда первая волна экстаза схлынула, Шедоу не отстранился. Он остался лежать сверху, тяжело дыша в изгиб шеи Соника. Его сердце колотилось как сумасшедшее. Но вместо обычного удовлетворения он почувствовал странный зуд. Ему было мало. Ему хотелось увидеть Соника в ещё более уязвимом, ещё более подчинённом положении.

– Это было... невероятно, – выдохнул Соник, пытаясь восстановить дыхание. – Но ты какой-то слишком напряжённый, даже для себя.

Шедоу медленно поднялся, глядя на синего ежа сверху вниз. Его взгляд стал холодным и расчетливым, что заставило Соника невольно вздрогнуть.

– Я хочу кое-чего особенного, Соник, – голос Шедоу звучал низко и вибрирующе.

– Оу, неужели? – Соник попытался придать голосу уверенности. – И что же у тебя на уме, «мрачный и суровый»?

Вместо ответа Шедоу схватил Соника за запястья. Его хватка была железной. Он рывком перевернул синего ежа на живот и толкнул его к краю кровати.

– Эй, полегче! – вскрикнул Соник, но в его голосе не было протеста, скорее предвкушение.

Шедоу достал из-под кровати (где Соник хранил всякий хлам, но Шедоу заранее приметил нужные вещи) крепкие эластичные бинты. Он действовал быстро и профессионально. Спустя минуту Соник оказался зафиксирован: его руки были привязаны к ножкам кровати, а сам он стоял на коленях в позе раком, не в силах пошевелиться.

– Шедоу... это уже серьезно, – пробормотал Соник, чувствуя, как по спине пробежал холодок возбуждения.

– Молчи и смотри, – приказал Шедоу.

Он опустился на колени позади Соника. Его взгляд сосредоточился на выставленном напоказ, подрагивающем заде ежа. Шедоу медленно, дразняще провел ладонью по бедрам Соника, заставляя того вздрогнуть. Затем он наклонился и начал вылизывать его.

Соник издал приглушенный стон, вцепляясь пальцами в простыни. Язык Шедоу был шершавым и горячим, он проходился по складкам, уделяя внимание каждой детали, доводя Соника до исступления. Синий еж извивался в своих путах, его бедра непроизвольно дергались навстречу ласкам.

– Ты такой податливый, когда связан, – прошептал Шедоу, отрываясь от его плоти.

Он потянулся к тумбочке и достал продолговатый девайс — мощный вибратор, который они купили в шутку, но так и не использовали на полную. Шедоу нажал на кнопку, и комната наполнилась низким, вибрирующим гулом.

– Шедоу, подожди... – начал было Соник, но его слова перешли в крик, когда Шедоу одним уверенным движением вставил игрушку в него до самого основания и включил максимальный режим.

Тело Соника выгнулось дугой. Вибрация была настолько мощной, что он чувствовал её каждой клеткой своего существа. Его зрачки расширились, а из горла посыпались бессвязные звуки.

– Смотри на меня, – скомандовал Шедоу, обходя кровать, чтобы встать прямо перед лицом Соника, при этом оставаясь в зоне видимости его задницы.

Шедоу начал медленно дрочить, не сводя глаз с того, как игрушка работает внутри Соника. Вид того, как синий еж, великий герой Мобиуса, беспомощно извивается, привязанный к кровати, с вибрирующим фаллосом внутри, вызывал у Шедоу почти болезненный прилив возбуждения.

– Посмотри, как ты дрожишь, – издевательски произнес Шедоу, ускоряя движения руки. – Тебе ведь нравится это, верно? Нравится чувствовать себя игрушкой в моих руках?

Соник не мог ответить. Его сознание застилал туман наслаждения и сенсорной перегрузки. Он видел перед собой Шедоу — напряженного, потного, с безумным блеском в глазах, — и это только подстегивало его собственное либидо.

Шедоу наблюдал за тем, как плоть Соника вокруг вибратора подергивается, как его анус пытается сжаться вокруг инородного предмета. Это зрелище было самым эротичным, что он когда-либо видел. Его собственное возбуждение достигло предела. С резким рыком Шедоу излился, его семя попало на живот и грудь Соника.

Он тяжело дышал, глядя на плоды своих трудов. Соник всё еще содрогался, игрушка продолжала свою беспощадную работу. Шедоу смотрел на это несколько секунд, чувствуя, как пульсация в его паху не утихает, а, наоборот, разгорается с новой силой.

Этого было мало. Гораздо меньше, чем ему требовалось, чтобы утолить этот внезапный голод.

– Я еще не закончил с тобой, Соник, – прорычал Шедоу, снова обхватывая свой член, который мгновенно стал каменным.

– О боже... Шедоу... – простонал Соник, его голос сорвался на хрип.

Шедоу продолжал дрочить, не сводя глаз с работающей игрушки. Он хотел запечатлеть этот образ в своей памяти навсегда. То, как синий мех Соника блестел от пота, как его иглы шуршали по простыне, и как он был полностью, абсолютно во власти Шедоу. Каждое движение руки Шедоу было синхронизировано с ритмом вибратора, превращая пытку наслаждением в бесконечный цикл.

– Ты мой, – прошептал Шедоу, наклоняясь к уху Соника, пока его рука двигалась всё быстрее и быстрее. – Сегодня ты принадлежишь только мне.

И в этом хаосе ощущений, посреди гула вибратора и тяжелого дыхания, Соник знал, что он не хотел бы быть ни в каком другом месте.