Хен

Первая встреча с Пак Богомом случилась два года назад, и она была похожа на сцену из сопливой дорамы, которую Субин никогда бы не стал смотреть по доброй воле. Тогда, в свои двадцать, он был чуть более нескладным, чуть менее уверенным в себе и абсолютно неспортивным. Его лучший друг, Кай, буквально вытащил его на стадион в шесть утра, утверждая, что бег помогает «очистить разум перед сессией».

Субин тогда едва не задохнулся на втором круге. Он остановился, согнувшись пополам и уперевшись ладонями в колени, когда мимо него пронеслась стремительная тень. Мужчина бежал легко, словно гравитация на него не действовала. На нем была простая серая майка, подчеркивающая широкие плечи, и короткие шорты, открывающие сильные, натренированные ноги.

Когда незнакомец пробежал еще круг и поравнялся с задыхающимся Субином, он замедлился и улыбнулся. Это была самая светлая и теплая улыбка, которую Субин видел в своей жизни.

– Дыши носом, парень. Если будешь хватать воздух ртом, бок заколет еще сильнее.

Голос был глубоким, бархатистым и каким-то... правильным. Субин тогда лишь кивнул, не в силах выдавить ни слова, и влюбился. Глупо, бесповоротно и совершенно безнадежно. Позже он узнал, что этого мужчину зовут Пак Богом, что он успешный врач и что он — альфа.

Субину исполнилось двадцать два. Он стал выше, его плечи раздались, а детская припухлость щек сменилась более четкими линиями челюсти. Но внутри он остался тем же простым парнем-бетой, который обожал старые джинсы, безразмерные свитеры на молнии и свои верные, потрёпанные кеды. Учеба в университете на архитектурном факультете высасывала из него все соки. Чертежи, макеты и бесконечные лекции не оставляли времени даже на нормальный сон, не говоря уже о беге.

Сегодняшний день не задался с самого утра. Профессор раскритиковал проект библиотеки, кофе пролился на новую толстовку, а погода за окном давила серым небом. Субин сидел на скамейке в парке, натянув капюшон на голову, и бессмысленно ковырял носком кеда сухую землю.

– Эй, великан, ты чего такой кислый? – Кай плюхнулся рядом, бесцеремонно пихнув друга в плечо.

– Жизнь — это тлен, Кай. Архитектура — это боль. Я хочу быть хлебушком и просто лежать.

– Тебе нужно встряхнуться. Помнишь, как два года назад? Давай побегаем.

Субин поднял на него скептический взгляд.

– Ты издеваешься? Я не бегал с тех самых пор. Я умру через сто метров.

– Не умрешь. Зато все дурные мысли выветрятся. Давай, я знаю, что твои кроссовки всегда в рюкзаке.

Субин вздохнул. Спорить с Каем было бесполезно. Через десять минут он уже стоял на дорожке парка, затягивая шнурки. На нем были его любимые широкие джинсы — не самая лучшая одежда для спорта, но он лишь накинул сверху привычный синий свитер на засувке.

Они начали медленно. Прохладный осенний воздух приятно обжигал легкие. Субин старался сосредоточиться на ритме, на том, как подошвы касаются асфальта. И вдруг его сердце пропустило удар. Не от усталости.

Впереди, на той же дорожке, показалась знакомая фигура. Пак Богом.

За два года он совсем не изменился. Всё тот же статный, уверенный в каждом движении. Даже в спортивной одежде он выглядел так, будто сошел с обложки журнала. Его аура альфы была спокойной, но властной, окутывающей пространство вокруг него ощущением надежности.

Кай, заметив замешательство друга, хитро хмыкнул и ускорился, оставляя Субина позади.

– Эй, ты куда? – крикнул Субин, но друг лишь махнул рукой.

Субин не заметил, как Богом, закончив свой круг, остановился у питьевого фонтанчика как раз в тот момент, когда парень пробегал мимо. Коварный корень дерева, вылезший на дорожку, решил судьбу этого вечера. Субин запнулся.

Мир на мгновение перевернулся. Он уже приготовился к жесткому приземлению, но вместо холодного асфальта почувствовал сильные руки, подхватившие его за предплечья.

– Осторожнее. Ты в порядке?

Субин поднял глаза. Лицо Богома было совсем близко. От него пахло кедром, чистотой и чем-то неуловимо медицинским — стерильностью и спокойствием.

– Да... я... извините, – пробормотал Субин, чувствуя, как уши заливает краской. – Я просто не очень ловок в этом.

Богом не отпустил его сразу. Он внимательно осмотрел Субина, и в его глазах промелькнуло узнавание.

– А я тебя помню. Тот парень со стадиона, который не умел дышать носом.

Субин готов был провалиться сквозь землю.

– Вы помните? Это было два года назад.

– У меня хорошая память на лица, – Богом мягко улыбнулся, и у Субина подкосились коленки. – К тому же, не часто встретишь кого-то, кто бегает в джинсах и таком уютном свитере. Ты студент?

– Да, архитектурный. Последний курс почти.

– Тяжело, должно быть, – Богом наконец отпустил его руки, но не отошел. – Я Пак Богом. Работаю хирургом в центральной больнице.

– Я знаю... то есть, я Субин. Чхве Субин.

– Приятно познакомиться официально, Субин. Ты выглядишь очень уставшим. Учеба забирает все силы?

Субин кивнул, внезапно почувствовав желание выговориться этому человеку.

– Сегодня был плохой день. Проект не приняли, всё валится из рук. Друг заставил выйти побегать, чтобы "очистить разум".

– Твой друг прав, – Богом кивнул в сторону тропинки, ведущей к выходу из парка. – Но бег в плохом настроении может привести к травмам, если не концентрироваться. Знаешь что? Я как раз закончил. Моя машина здесь неподалеку. Давай я подвезу тебя? Заодно выпьем по чашке чая, тут есть отличное место.

Субин замер. Успешный, невероятно красивый альфа-врач приглашает его, обычного бету в помятом свитере, на чай?

– Я... я не хочу вас утруждать.

– Вовсе нет. Мне было бы приятно продолжить разговор. Ты кажешься интересным человеком, Субин.

Они дошли до парковки, где стоял черный представительский седан. Внутри пахло так же, как и от самого Богома. Субин чувствовал себя немного не в своей тарелке, сидя на дорогом кожаном сиденье в своих старых кедах.

– У вас очень красивая машина, – тихо сказал он.

– Спасибо. Это необходимость, – Богом уверенно вел автомобиль. – Когда работаешь в больнице, иногда нужно оказаться на месте очень быстро. Но, честно говоря, я больше люблю свой дом за городом. Там тишина, можно по-настоящему выдохнуть.

– У вас есть свой дом? – Субин округлил глаза. – Наверное, там потрясающая архитектура.

Богом рассмеялся, и этот звук был похож на музыку.

– Хочешь посмотреть? Это не так далеко, как кажется. Я мог бы показать тебе свои чертежи, там есть над чем поработать в плане ландшафта. Мне бы не помешал совет будущего профессионала.

Субин почувствовал, как сердце забилось чаще. Это не было похоже на простую вежливость. В том, как Богом смотрел на него — открыто и с явным интересом — было что-то большее.

– Я бы с радостью, – ответил Субин, и на его лице впервые за день появилась настоящая, искренняя улыбка.

Они ехали по вечернему городу, и Субин ловил себя на мысли, что плохой день внезапно превратился в лучший вечер в его жизни. Богом рассказывал о забавных случаях из практики, а Субин — о том, как однажды случайно построил макет здания, который выглядел как гигантский кролик.

– Знаешь, Субин, – сказал Богом, когда они остановились на светофоре и он повернулся к парню. – Бета ты, альфа или омега — это не имеет значения, когда у человека такая светлая душа. Я рад, что ты сегодня споткнулся именно рядом со мной.

Субин покраснел до корней волос и поправил засувку на свитере.

– Я тоже рад, доктор Пак.

– Просто Богом, – поправил тот. – Для друзей — просто Богом.

Впереди был целый вечер, огромная квартира в центре, дом с садом и, возможно, что-то гораздо более важное, чем просто обсуждение архитектуры. Субин понял, что иногда, чтобы найти свое счастье, нужно просто выйти на пробежку и позволить себе немного неуклюжести.

– Кстати, – добавил Богом, когда они уже подъезжали к его дому. – Твой свитер. Он тебе очень идет. Выглядит очень... по-домашнему.

– Спасибо, – прошептал Субин, прижимая рюкзак к груди. – Это мой любимый.

– Теперь и мой тоже, – улыбнулся Богом, паркуя машину.

Этот вечер обещал стать началом чего-то удивительного, и Субин, глядя на профиль мужчины рядом, впервые за долгое время почувствовал, что он именно там, где должен быть. В старых кедах, в джинсах, но абсолютно счастливый.