Наследие

В огромном особняке Сергеевых, расположенном в элитном районе, утро началось не с кофе, а с энергичного топота и заливистого смеха. Пятнадцатилетний Алекс, несмотря на свой внушительный рост в сто девяносто пять сантиметров и атлетическое телосложение, порой обладал энергией маленького урагана. Его густые блондинистые волосы были растрепаны, закрывая брови, а в ярко-голубых глазах плясали чертята.

– Дед, ну признай! – крикнул Алекс, ловко уворачиваясь от летящей в него декоративной подушки. – Ты же просто засмотрелся на какую-нибудь русскую красавицу и не заметил дверной косяк! Отсюда и шрам, и история про потерю глаза в эпичной битве!

Дед Алекса, мужчина ростом под два метра, чья фигура всё еще внушала трепет даже бывалым наемникам, прорычал что-то нечленораздельное, но в его серо-голубых глазах светилась гордость за внука.

– Ах ты, мелкий засранец! – дед в шутку замахнулся кулаком, который был размером с голову подростка. – Я тебе покажу «косяк»! Я этого зверя в одиночку завалил, пока ты еще под стол пешком не ходил! Ну, держись!

Алекс, одетый в широкую белую футболку, серые спортивные штаны и черные носки, сорвался с места. Он двигался с грацией хип-хоп танцора, которой занимался профессионально, но даже идеальная координация и пресс кубиками не спасли его на свежевымытом мраморном полу.

На повороте в сторону гостиной ноги Алекса предательски поехали в разные стороны. Он попытался восстановить равновесие, взмахнул руками, задевая серебряные серьги в ушах, и с глухим звуком «бух» приземлился прямо на пятую точку. И не просто приземлился, а заскользил дальше, пока не уперся в чьи-то дорогие кожаные туфли.

Над ним возвышались двое.

Его отец, Цезарь Александр Сергеев, выглядел как сошедший с пьедестала титан. Светлые волосы зачесаны назад, но пара прядей небрежно выбилась, придавая ему вид опасного, но чертовски привлекательного хищника. При росте два десять он казался горой мышц, облаченной в идеально сидящий костюм.

Рядом с ним стоял Чон Ли Вон — личный адвокат семьи и человек, которого Алекс считал эталоном стиля. Ли Вону было всего двадцать четыре, и его внешность могла бы обеспечить ему победу на любом мировом конкурсе красоты. Темные волосы мягкими волнами обрамляли лицо со светлой, почти фарфоровой кожей. Он был одет в простую белую футболку, которая парадоксальным образом смотрелась на нем дороже, чем смокинги на других мужчинах.

– Приземление на четыре балла, Алекс, – Ли Вон мягко улыбнулся, обнажив верхний ряд ровных зубов. – Техника скольжения хороша, но тормозной путь не рассчитан.

– Пап, Ли Вон, привет... – Алекс неловко почесал затылок, чувствуя, как на фарфоровых щеках проступает розовый румянец. – Я просто... проводил историческое расследование дедушкиных травм.

Цезарь тяжело вздохнул, глядя на сына, но в глубине его взгляда читалась теплота.

– Твое расследование чуть не снесло нашего адвоката, – Цезарь протянул сыну огромную ладонь и одним рывком поднял его на ноги. – Ты в курсе, что твой новый фотосет в журнале парализовал работу половины офиса? Секретарши только и делают, что обсуждают «дерзкого русского принца».

Алекс усмехнулся, поправив воротник-стойку своей домашней кофты. Он знал, что выглядит хорошо. Его татуировка, начинающаяся на левой руке и уходящая на грудь, эффектно контрастировала со светлой кожей на снимках. Он любил внимание, любил быстрые машины и хорошие аниме, но больше всего он любил быть на шаг впереди всех.

– Это просто бизнес, отец, – Алекс достал из кармана пачку сигарет, но, поймав строгий взгляд Ли Вона, лишь покрутил её в пальцах. – Кстати, Ли Вон, ты обещал привезти те персики из Кореи. Они у тебя в машине?

– В багажнике, – рассмеялся адвокат. – И целая коробка сладостей. Твой мозг требует глюкозы для новых стратегий?

– Мой мозг требует удовольствий, – мудро заметил подросток, направляясь к выходу, по пути прихватив наушники. – Пойду послушаю новый сет и съем пару персиков, пока дед не решил взять реванш.

***

В это же время, на другом конце континента, в Сеуле, атмосфера была куда более тихой, но не менее напряженной.

В доме Сон Джинву, величайшего охотника уровня S и человека, спасшего мир, царил уют. Однако его сын, Сон Сохо, сидел за столом, облокотившись на руки, и издавал такие тяжелые вздохи, будто на его плечах лежала тяжесть всех врат мира.

Джинву, чей взгляд обычно пронзал пространство и время, сейчас с легким недоумением смотрел на сына.

– Сохо, ты вздыхаешь уже пятнадцатый раз за утро, – Джинву отставил чашку чая. – Если это из-за тренировок, то мы можем их сократить.

– Дело не в тренировках, пап, – сухо ответил Сохо, не поднимая глаз.

На столе перед ним лежал свежий номер международного модного журнала. С обложки на мир смотрел парень с пронзительными голубыми глазами и копной светлых волос. Он сидел на капоте черного спорткара, и в его взгляде читалась такая смесь интеллекта и дерзости, что это буквально гипнотизировало.

– Пап... – Сохо наконец поднял взгляд на отца. – Разве можно влюбиться в парня с обложки журнала? Просто увидев фото?

В этот момент в столовую вошла Чхэ Хэ Ин. Она подошла к сыну и заглянула через его плечо.

– В чем дело? О чем спор? – спросила она, улыбаясь.

– Кажется, наш сын влюбился в русского парня, – Джинву кивнул на журнал, в его голосе промелькнула тень иронии.

Хэ Ин взяла журнал в руки, внимательно рассматривая юношу на фото. Алекс Сергеев выглядел там как воплощение эстетики: фарфоровая кожа, серебро в ушах и этот холодный, мудрый не по годам взгляд.

– Парень-то действительно красивый, – признала Хэ Ин, погладив сына по плечу. – Очень породистое лицо. Сергеевы... Кажется, я слышала эту фамилию в отчетах ассоциации. У них очень сильная кровь.

– Он выглядит так, будто знает все мои секреты, – прошептал Сохо, снова утыкаясь в страницу. – Смотри, у него даже татуировка есть. И этот рост... Тут написано, что ему всего пятнадцать, а он уже сто девяносто пять сантиметров.

Джинву прищурился, вглядываясь в изображение Алекса. Как охотник, он чувствовал нечто большее, чем просто красоту. От парня на фото исходила аура уверенности и скрытой силы.

– Мир тесен, Сохо, – спокойно произнес Джинву. – Если судьба решит, что вы должны встретиться, никакие границы и расстояния не помешают. Но помни, такие люди, как он, не любят слабых.

Сохо резко выпрямился, его глаза сверкнули решимостью.

– Я буду тренироваться в два раза усерднее, – заявил он. – Если я когда-нибудь встречу его, я не хочу выглядеть просто фанатом из другой страны.

***

Тем временем в России Алекс сидел на широком подоконнике в своей комнате. В одной руке у него был сочный персик, в другой — смартфон, на котором он перелистывал новости об изменениях в магических полях Кореи. Музыка в наушниках качала ритм хип-хопа, а мысли были заняты новой моделью машины, которую отец обещал подарить ему на шестнадцатилетие.

Он внезапно замер, почувствовав странное покалывание в затылке — предчувствие, которое никогда его не подводило.

– Кто-то обо мне думает, – пробормотал он, откусывая персик. – И судя по ощущению, этот «кто-то» находится очень далеко.

Он спрыгнул с подоконника, подошел к зеркалу и критически осмотрел свое отражение. Высокий, атлетичный, с идеальным прессом и умными глазами. Алекс знал свою цену. Он знал, что его жизнь — это шахматная доска, где он всегда играет белыми.

– Ну что ж, – Алекс усмехнулся своему отражению, поправляя серьгу. – Кто бы ты ни был, надеюсь, ты готов к встрече. Потому что я обычно забираю то, что мне нравится.

Он выключил музыку и вышел из комнаты. Внизу дед снова начал спорить с отцом о политике, а Ли Вон наверняка пытался их помирить своими юридическими доводами. Жизнь семьи Сергеевых текла своим чередом, еще не зная, что в далеком Сеуле один парень только что поставил себе цель, которая свяжет их судьбы в тугой узел из магии, страсти и холодного блеска стали.

Алекс прошел на кухню, решив приготовить что-нибудь особенное. Кулинария была его медитацией. Нож летал в его руках с невероятной скоростью — сказывались годы тренировок с холодным оружием.

– Персиковый десерт с карамелью, – решил он. – И пусть весь мир подождет.

Он еще не знал, что «весь мир» в лице семьи Сон уже начал обращать на него пристальное внимание. И что его дерзкая улыбка на обложке глянца стала первым ходом в игре, ставки в которой будут гораздо выше, чем просто симпатия.