Запретные семейные тайны

В просторном кабинете, пропахшем дорогим табаком и старой кожей, царила удушающая тишина. Джеффри Манни, мужчина пятидесяти четырех лет с удивительно густыми темно-синими кудрями, сидел за массивным столом из красного дерева. На нем был идеально выглаженный строгий костюм-тройка, который подчеркивал его крепкое, подтянутое телосложение. Несмотря на возраст, Джеффри выглядел как человек, привыкший брать от жизни всё, что пожелает. Банкир и психолог в одном лице, он умел читать людей как открытые книги, и сейчас его взгляд был прикован к фигуре, замершей у окна.

Вэй Сноу, его двадцатипятилетний внук, стоял спиной к деду. Его телосложение было обманчиво хрупким: узкие плечи, тонкая талия и округлые бедра, которые делали его фигуру почти девичьей. На нем были надеты лишь экстремально короткие шорты и безразмерная белая футболка, едва прикрывающая верхнюю часть бедер. Белые кудряшки на его голове подрагивали от каждого вдоха. Вэй был выше Джеффри, но в присутствии деда он всегда казался маленьким и беззащитным. Его кожа была идеально гладкой, лишенной малейшего намека на растительность — особенность, которая всегда сводила Джеффри с ума.

– Подойди ко мне, Вэй, – голос Джеффри прозвучал низко и властно.

Вэй вздрогнул. Он рос без матери, а его отец, сын Джеффри, давно уехал к бабушке, оставив парня на попечение этого сурового и властного человека. Вэй всегда заглядывался на деда, чувствуя к нему не только родственную привязанность, но и нечто гораздо более темное, порочное.

– Да, дедушка... – прошептал Вэй, медленно поворачиваясь.

Его лицо было невероятно женственным: большие влажные глаза, пухлые губы и нежный румянец на щеках. Он сделал несколько неуверенных шагов, и его белые носочки мягко ступали по дорогому ковру.

– Ты сегодня слишком задумчив, – Джеффри встал из-за стола, его мощная фигура нависла над внуком. – О чем ты мечтаешь, глядя в окно? О том, как кто-то сорвет с тебя эту нелепую одежду?

– Нет, я... я просто... – Вэй запнулся, когда Джеффри подошел вплотную.

Старший мужчина протянул руку и грубо схватил Вэя за подбородок, заставляя смотреть себе в глаза. Его пальцы были сильными и мозолистыми, контрастируя с нежной кожей омеги.

– Ты лжешь мне, – Джеффри усмехнулся, и в его глазах вспыхнул опасный огонек. – Я чувствую твой запах. Ты хочешь, чтобы я прикоснулся к тебе.

Джеффри резко толкнул Вэя в сторону спальни, которая примыкала к кабинету. Парень вскрикнул, но не от боли, а от предвкушения. Оказавшись на широкой кровати, Вэй попытался приподняться, но Джеффри навис сверху, придавливая его своим весом. Строгий пиджак банкира терся о мягкий хлопок футболки Вэя.

– Ты такой гладкий, – прорычал Джеффри, проводя ладонью по бедру внука, открытому короткими шортами. – Ни единого волоска. Как кукла. Моя идеальная кукла.

– М-м-м... дедушка, пожалуйста... – простонал Вэй, выгибаясь навстречу руке.

Джеффри не собирался быть нежным. Он впился в шею Вэя жадным поцелуем, оставляя яркий, багровый засос. Вэй громко вскрикнул, его пальцы впились в плечи Джеффри, пытаясь то ли оттолкнуть, то ли притянуть его еще ближе.

– Тише, маленький, – прошептал Джеффри, перемещаясь к другому участку шеи. – Твой отец далеко, никто нас не услышит. Ты ведь этого хотел? Чтобы я взял тебя грубо?

– Да... ах... да! – Вэй закинул голову назад, подставляя горло под новые укусы и поцелуи.

Джеффри отстранился на секунду, глядя на раскрасневшееся лицо внука. Его взгляд упал на приоткрытый рот Вэя. Не раздумывая, он засунул большой палец в рот парню, надавливая на язык.

– Соси его, – приказал он.

Вэй послушно обхватил палец губами, глядя на Джеффри снизу вверх преданными, затуманенными страстью глазами. Слюна стекала по подбородку, но Джеффри это только заводило. Он чувствовал, как его собственное тело отзывается на близость этого женственного, нежного существа, которое по иронии судьбы было его плотью и кровью.

– Ты – мое самое большое искушение, – выдохнул Джеффри, вырывая палец из его рта и принимаясь расстегивать свой ремень. – Я учил тебя быть послушным, и сегодня ты покажешь мне всё, чему научился.

– Я буду... я буду хорошим... – Вэй задыхался от стонов, когда Джеффри снова накрыл его губы своими, на этот раз в глубоком, властном поцелуе.

Комната наполнилась звуками тяжелого дыхания и шлепков плоти о плоть. Джеффри действовал напористо, не давая Вэю перевести дух. Его подтянутое тело двигалось с грацией хищника, в то время как Вэй под ним плавился, словно воск.

– Посмотри на меня, Вэй, – потребовал Джеффри, когда они достигли пика напряжения. – Чей ты?

– Твой... ах... я только твой... – Вэй метался по подушкам, его белые кудри спутались.

Засосы на его шее теперь горели огнем, а тело дрожало от каждого движения старшего мужчины. Вэй был до одури нежен, его кожа казалась прозрачной в свете ламп, а отсутствие волос делало его еще более уязвимым и эротичным в глазах Джеффри.

– Мхх... папочка... – наконец сорвалось с губ Вэя в момент наивысшего блаженства, когда он окончательно признал власть деда над собой.

Джеффри замер, тяжело дыша и глядя на обмякшего, счастливого внука. В этом запретном слове было всё: и их общая тайна, и признание его абсолютной силы. Он знал, что теперь Вэй никогда не сможет смотреть на других мужчин, потому что никто не сможет дать ему того, что давал его собственный дед.