...

Солнце нещадно палило над просторами Девона, превращая высокую траву в золотистое море. Олеся Громова стояла на узкой тропинке, поправляя выбившуюся из тугого хвоста платиновую прядь. В руках она сжимала плетеную корзинку, накрытую расшитым полотенцем, от которой исходил умопомрачительный аромат свежей выпечки с творогом.

– Социализация, – пробормотала она себе под нос, пробуя на вкус английское слово. – Марк, я тебя когда-нибудь придушу.

Марк, её старший брат и единственный близкий человек, был непоколебим. Его перевод в британское Министерство магии означал не только смену декораций, но и необходимость для Олеси в третий раз за шестнадцать лет менять школу. Сначала был родной Колдовсторец с его суровыми лесами и ледяными озерами, потом два года в Дурмстранге, где она научилась не только магии, но и стойкости. И вот теперь — Англия.

Дом, который они заняли, был старым, пыльным и явно нуждался в крепкой руке мастера по бытовым чарам. Но тишина вокруг искупала всё. По крайней мере, так казалось Олесе, пока Марк не заметил в километре от них странное, покосившееся строение, которое выглядело так, будто держалось исключительно на честном слове и магии.

– Иди и познакомься, Олеся. Тебе здесь учиться. Нельзя же всё лето провести в компании библиотечных призраков и моих отчетов о миграции пикси, – заявил он утром, буквально выталкивая её за порог.

И вот она здесь. Перед ней возвышалась «Нора» — так, судя по табличке, называлось это архитектурное недоразумение. Олеся глубоко вздохнула, поправила воротник легкой рубашки и постучала в массивную деревянную дверь.

Ей открыла невысокая, полная женщина с добрым лицом и копной ярко-рыжих волос. На ней был надет фартук, а в руках она держала кухонное полотенце.

– О, здравствуй, дорогая! – Женщина удивленно моргнула, разглядывая гостью. – Чем могу помочь?

– Добрый день, – Олеся старалась говорить четко, подавляя легкий русский акцент. – Меня зовут Олеся Громова. Мы с братом недавно переехали в дом на холме. Он... он просил передать это вам. В знак добрососедства.

Она протянула корзинку. Женщина расплылась в теплой улыбке.

– Ох, какая прелесть! Проходи, деточка, проходи скорее. Я Молли Уизли. Мы и не знали, что в том старом доме наконец-то кто-то поселился. Маглы всё обходили его стороной, говорили, там сквозняки...

Молли осеклась, внимательно посмотрела на Олесю и добавила чуть тише, словно проверяя почву:

– Вы ведь... из наших? То есть, я имею в виду, вы ведь не из тех, кто удивляется самопомешивающимся половникам?

Олеся не успела ответить. В этот момент сверху раздался громкий хлопок, а затем что-то пернатое и крайне неловкое на полной скорости врезалось в притолоку двери. Маленькая серая сова, оглушенная ударом, рухнула прямо к ногам Олеси, выронив из лап свежий номер газеты.

Газета развернулась. С первой полосы на Олесю смотрел суровый мужчина в мантии, который яростно жестикулировал и то и дело поправлял сползающие очки. Фотография была живой.

– Фух... – Олеся непроизвольно выдохнула, чувствуя, как напряжение в плечах исчезает. – Так вы тоже волшебники. Какое облегчение.

Миссис Уизли звонко рассмеялась, поднимая несчастную сову.

– Ох уж этот Сычик! Вечно не вписывается в повороты. Так ты колдунья? А я-то старалась подбирать слова, чтобы не напугать тебя рассказами о садовых гномах!

– Я училась в Дурмстранге, – улыбнулась Олеся, проходя в дом. – А до этого в Колдовсторце. Мой брат работает в Министерстве.

– Дурмстранг! – Молли всплеснула руками. – Тяжелое место, должно быть. Идем на кухню, я как раз заварила чай. Мальчики мои все разбрелись кто куда: Артур на работе, Рон и близнецы в саду, кажется, пытаются выманить гномов... или взорвать что-нибудь, с ними никогда не знаешь наверняка.

Кухня Уизли была воплощением уютного хаоса. В раковине сама собой мылась сковорода, на стене висели часы с девятью стрелками, которые показывали не время, а местонахождение членов семьи. Олеся с интересом разглядывала всё это, присаживаясь на край деревянного стула.

– Ты, должно быть, пойдешь в Хогвартс в сентябре? – спросила Молли, разливая ароматный чай по чашкам.

– Да, Марк уже подал документы. Сказали, что меня зачислят на шестой курс, если я сдам вступительные тесты по некоторым предметам.

– Шестой курс — это серьезно. Мой Рон переходит на пятый, а Джинни на четвертый. Близнецы, Фред и Джордж, как раз будут на седьмом... если их не выгонят раньше времени за их проделки.

Молли поставила перед Олесей тарелку с её же ватрушками.

– Чудесная выпечка, Олеся. Твоя мама научила?

Тень пробежала по лицу девушки. Она опустила взгляд на свои руки, переплетая тонкие пальцы.

– Нет, бабушка. Родителей не стало, когда мне было четыре. Они были мракоборцами.

Миссис Уизли мгновенно изменилась в лице. Она мягко накрыла ладонь Олеси своей теплой, мозолистой рукой.

– Ох, дорогая... Мне так жаль. Но у тебя есть брат, верно?

– Да, Марк. Он для меня всё. Он даже отказался от карьеры в полевом отделе, чтобы заниматься бумажной работой и быть со мной.

– Он хороший человек, – уверенно кивнула Молли. – В наше время семья — это самое важное. Особенно сейчас, когда в газетах пишут... ну, ты сама видишь.

Она кивнула на «Ежедневный Пророк», лежащий на краю стола. Заголовок кричал о странных исчезновениях и слухах о возвращении Того-Кого-Нельзя-Называть. В России об этом тоже говорили, но там, за снегами и лесами, угроза казалась далекой. Здесь же, в Англии, воздух будто был пропитан ожиданием грозы.

– В Дурмстранге об этом много спорили, – тихо сказала Олеся. – У нас... специфическое отношение к Темным Искусствам. Но мой брат говорит, что тьма всегда остается тьмой, как её ни назови.

– Твой брат очень мудрый человек, – серьезно ответила Молли.

В этот момент снаружи раздались громкие крики, смех и звук чего-то, подозрительно похожего на небольшой взрыв.

– Ма-а-ам! – проорал чей-то голос. – Фред утверждает, что если добавить в порошок мгновенной тьмы толченый корень имбиря, получится фейерверк «Ночной кошмар», но у нас только что загорелся сарай!

Миссис Уизли тяжело вздохнула и закатила глаза, но в её взгляде читалась безграничная любовь.

– Вот видишь? Тишина в этом доме — редкий гость. Пойдем, я познакомлю тебя с этими сорванцами. Только будь осторожна, они могут попытаться продать тебе какие-нибудь «блевательные батончики».

Олеся улыбнулась. Впервые за долгое время чувство тревоги от переезда начало отступать. Возможно, этот старый дом и странные соседи — это именно то, что ей было нужно.

– Я справлюсь, – ответила она, вставая из-за стола. – В Дурмстранге нас учили держать удар. А если не поможет магия, у меня еще остались ватрушки.

Молли рассмеялась и повела девушку во двор, навстречу новому лету и новой жизни.

Выйдя на крыльцо, Олеся зажмурилась от яркого света. Перед ней раскинулся сад, где двое абсолютно одинаковых рыжих парней пытались потушить дымящуюся бочку, а мальчик помладше смущенно наблюдал за ними, потирая нос.

– Эй, ребята! – крикнула миссис Уизли. – У нас гостья. Постарайтесь не выглядеть как банда разбойников хотя бы пять минут!

Рыжие близнецы синхронно обернулись. Их глаза расширились при виде Олеси.

– Ого, – сказал один.

– Джордж, ты видишь то же, что и я? – спросил второй.

– Если ты о прекрасном видении из соседнего поместья, то да, Фред.

Они в два прыжка оказались рядом, наперебой протягивая руки.

– Фред и Джордж Уизли, к вашим услугам!

– Специалисты по созданию хаоса и...

– ...и неофициальные гиды по окрестностям!

Олеся слегка растерялась от такого напора, но вежливо пожала обе руки.

– Олеся Громова. Приятно познакомиться.

– Громова? – Фред прищурился. – Звучит грозно. Ты из России?

– Да.

– Потрясающе! – воскликнул Джордж. – Мы слышали, у вас там в школах вместо палочек используют медвежьи когти, а на завтрак подают зелье храбрости.

Олеся не выдержала и рассмеялась. Её смех, чистый и звонкий, заставил даже Рона, который до этого стоял поодаль, подойти ближе.

– Медвежьи когти — это на продвинутом курсе, – подыграла она, блеснув желто-зелеными глазами. – А на завтрак у нас обычно снег с сахаром.

Близнецы переглянулись с выражением искреннего восхищения.

– Кажется, этот учебный год в Хогвартсе будет гораздо интереснее, чем мы думали, – в один голос заявили они.

Олеся посмотрела на заходящее солнце, окрашивающее небо в розовые и пурпурные тона. Где-то там, за холмом, Марк наверняка уже начал распаковывать книги и ворчать на пыль. Она обязательно расскажет ему, что социализация — это не так уж и страшно. Особенно если у тебя есть ватрушки и соседи, которые умеют превращать обычный будний день в маленькое приключение.

– Ну что, Олеся, – Молли приобняла её за плечи. – Хочешь посмотреть, как мы сражаемся с садовыми гномами? Это наше национальное развлечение.

– С удовольствием, – ответила девушка, чувствуя, как Англия понемногу становится для неё домом.