Игры Эндрилов

Вечер в Колумбии всегда ощущался иначе. Стены дома в Мальборо, казалось, впитывали гул музыки из «Райских сумерек», даже когда там было тихо. Воздух был пропитан запахом сигарет, дорогого одеколона Эндрю и тем едва уловимым ароматом омеги, который Нил перестал подавлять в присутствии своей «семьи».

Нил сидел на краю кровати, разглядывая свои шрамы на коленях. Он привык к боли, привык к тому, что его тело — это карта выживания. Но то, о чем они говорили последние несколько дней, не имело ничего общего с выживанием. Это было про власть, которую он хотел отдать добровольно, и про ответственность, которую Эндрю готов был принять.

Эндрю стоял у окна, его широкие плечи перекрывали вид на ночную улицу. Он не оборачивался, но Нил чувствовал его взгляд затылком. Альфа был спокоен, как скала, но в воздухе вибрировало напряжение — тяжелое, густое, пахнущее хвоей и сталью.

– Ты всё еще можешь сказать «нет», Абрам, – голос Эндрю был ровным, лишенным эмоций, но Нил знал, что за этим холодом скрывается пристальное внимание. – Я не буду спрашивать дважды.

Нил поднял глаза, и в полумраке комнаты его голубые радужки казались почти прозрачными. Он вызывающе улыбнулся, хотя кончики пальцев едва заметно дрожали.

– Ты знаешь, что я не умею вовремя затыкаться, Эндрю. Но сейчас я хочу, чтобы ты заставил меня замолчать.

Эндрю медленно повернулся. Его карие глаза потемнели, становясь почти черными. Он сделал шаг вперед, сокращая расстояние, и Нил невольно сглотнул. Эндрю был воплощением скрытой угрозы: мускулистый, приземистый, с руками, которые могли как убить, так и защитить.

– БДСМ — это не игра в «Лисов», Нил, – Эндрю остановился в шаге от него. – Здесь нет мяча и клюшки. Здесь есть только мой контроль и твое подчинение. Ты понимаешь разницу?

– Да, – Нил выпрямил спину. – Я доверяю тебе больше, чем себе. Разве этого недостаточно?

Эндрю издал короткий, резкий звук, похожий на смешок, но его лицо осталось непроницаемым. Он протянул руку, и Нил замер, ожидая прикосновения. Но пальцы Эндрю лишь коснулись подбородка Нила, заставляя его задрать голову выше.

– Доверие — это опасно, – прошептал альфа. – Особенно с кем-то вроде меня.

– Ты не причинишь мне вреда, которого я не захочу, – уверенно ответил Нил, хотя его сердце колотилось о ребра, как пойманная птица. – Ты защищаешь свою семью. А я — твоя семья.

Эндрю на мгновение сжал челюсти. Это было правдой. Он ненавидел признавать, насколько глубоко этот рыжий идиот пророс в его жизнь, но отрицать это было бессмысленно.

– На колени, – негромко произнес Эндрю.

Это не был приказ альфы, подавляющий волю. Это было приглашение. Нил почувствовал, как по позвоночнику пробежал холодок. Он медленно соскользнул с кровати на пол, чувствуя ковром жесткий ворс. Его взгляд теперь упирался в тяжелые ботинки Эндрю.

– Смотри на меня, – скомандовал Эндрю.

Нил поднял голову. В этом положении он чувствовал себя уязвимым, но странное чувство спокойствия начало разливаться по венам. Границы были обозначены. Правила установлены.

– Стоп-слово, – напомнил Эндрю, запуская пальцы в рыжие волосы Нила и слегка оттягивая их назад. – Скажи его.

– Красный, – выдохнул Нил. – Желтый — если мне нужно сбавить темп.

– Хорошо, – Эндрю наклонился ниже, его лицо оказалось в сантиметрах от лица Нила. – Если ты нарушишь мои правила, последствия тебе не понравятся. Или, наоборот, слишком понравятся.

Нил не сдержался и дерзко усмехнулся, несмотря на ситуацию.

– О, я уверен, что твоя фантазия не ограничивается только ножами, Эндрю. Хотя твоя задница — это единственное, о чем я готов думать вечно, сейчас я весь в твоей власти.

Эндрю сузил глаза. Наглый язык Джостена всегда был его главной проблемой и главным очарованием.

– Ты слишком много болтаешь, кролик.

Эндрю достал из кармана сложенную черную ленту. Нил узнал в ней один из своих старых галстуков, который он никогда не носил. Альфа медленно обмотал его вокруг запястий Нила, стягивая их за спиной. Узел был крепким, но не причинял боли — Эндрю идеально знал предел.

– Да или нет, Нил? – спросил Эндрю, когда фиксация была завершена.

– С тобой — всегда «да», – ответил Нил, чувствуя, как внутри всё натягивается, словно струна.

Эндрю приподнял его за локоть, заставляя подняться, и толкнул к кровати. Нил упал на живот, чувствуя мягкость покрывала лицом. Он слышал, как Эндрю расстегивает свои наручи, как металл тихо звякает о прикроватную тумбочку.

– Ты сказал, что уважаешь границы, – голос Эндрю раздался прямо над ухом Нила. – Но сегодня я буду их расширять. Ты будешь делать только то, что я скажу. Никаких лишних движений. Никаких комментариев.

Нил почувствовал, как тяжелая ладонь Эндрю легла ему на поясницу, придавливая к матрасу. Омега внутри него затрепетал от этого проявления доминирования. Это не было насилием, которое он видел в детстве. Это было внимание — абсолютное, концентрированное внимание, направленное только на него.

– Понял? – надавил Эндрю.

– Понял, – глухо отозвался Нил в подушку.

Эндрю провел рукой ниже, очерчивая контуры тела Нила. Он всегда знал, что у Джостена потрясающая фигура — результат бесконечных тренировок и бегства от прошлого. Но сейчас, когда Нил был связан и полностью зависел от него, это ощущалось иначе.

– Ты такой шумный в своей голове, Абрам, – Эндрю сел на его бедра, придавливая своим весом. – Отключи мозг. Чувствуй только меня.

Нил закрыл глаза. Он чувствовал жар, исходящий от тела Эндрю, слышал его размеренное дыхание. Когда Эндрю начал медленно стягивать с него спортивные штаны, Нил невольно дернулся, но тут же замер, вспомнив приказ.

– Тише, – предупредил альфа.

Когда кожа Нила соприкоснулась с прохладным воздухом комнаты, он вздрогнул. Эндрю не торопился. Он изучал каждый шрам, каждую отметину на бедрах Нила, словно читал книгу. Его прикосновения были на грани — между лаской и требованием.

– Твоя задница действительно заслуживает отдельного упоминания в уставе «Лисов», – пробормотал Эндрю, и Нил почувствовал, как его щеки вспыхнули. – Но сегодня она принадлежит мне.

Эндрю прикоснулся к нему — сначала просто ладонью, согревая кожу, а затем его пальцы начали исследовать более интимные зоны. Нил закусил губу, чтобы не издать звук. Ему хотелось большего, ему хотелось, чтобы Эндрю заполнил его полностью, но он знал, что альфа будет вести свою игру до конца.

– Ты хочешь что-то сказать? – спросил Эндрю, заметив, как напряглись мышцы Нила.

– Хочу... тебя, – выдохнул Нил. – Пожалуйста.

Эндрю замер. Слово «пожалуйста» из уст Нила Джостена стоило дороже золота.

– Ты получишь меня, когда я решу, что ты готов, – Эндрю перевернул его на спину с удивительной легкостью.

Нил щурился от света лампы, глядя на Эндрю снизу вверх. Связанные руки за спиной создавали неудобство, но это лишь усиливало ощущение реальности происходящего. Эндрю навис над ним, упираясь руками в матрас по обе стороны от головы Нила.

– Посмотри на меня, Нил. Что ты видишь?

Нил всмотрелся в эти карие глаза, в которых сейчас горело пламя, скрытое за годами безразличия.

– Я вижу человека, который не даст мне упасть, – честно ответил Нил.

Эндрю на мгновение закрыл глаза, словно борясь с чем-то внутри себя. Затем он наклонился и прижался своими губами к губам Нила. Это не был нежный поцелуй. Это было утверждение прав собственности. Нил ответил с той же яростью, пытаясь дотянуться до Эндрю, насколько позволяли путы.

Запах альфы стал невыносимо острым — смесь озона перед грозой и лесного костра. Нил почувствовал, как его собственная омежья суть откликается, заполняя комнату сладковатым, манящим ароматом.

– Ты пахнешь как приглашение к катастрофе, – прошептал Эндрю в губы Нила.

– Тогда стань моим эпицентром, – парировал Нил.

Эндрю отстранился лишь на секунду, чтобы достать смазку. Его движения были точными и уверенными. Нил наблюдал за ним, не отрываясь. Он видел, как перекатываются мышцы на плечах Эндрю, как сосредоточенно его лицо. В этот момент Эндрю Джозеф Миньярд был самым прекрасным и самым опасным существом на планете.

Когда первый палец Эндрю вошел в него, Нил выгнулся, издав тихий стон.

– Дыши, – скомандовал Эндрю. – Просто дыши, Нил.

Нил послушно сделал глубокий вдох. Он сосредоточился на ощущении растяжения, на том, как Эндрю медленно и бережно готовит его. Это было странное сочетание власти и заботы. Эндрю доминировал, он подчинял, но при этом он следил за каждым вздохом Нила, за каждым дрожанием его ресниц.

– Ты в порядке? – короткий вопрос, проверка границ.

– Да, – голос Нила сорвался. – Больше.

Эндрю добавил второй палец, затем третий. Нил чувствовал, как внутри всё плавится. Он хотел, чтобы Эндрю был внутри него, хотел чувствовать эту тяжесть и полноту.

– Развяжи меня, – попросил Нил, когда Эндрю начал расстегивать свои джинсы.

– Нет, – отрезал Эндрю. – Тебе не нужны руки, чтобы чувствовать меня. Тебе нужно только подчиняться.

Нил зажмурился. Отказ подействовал как электрический разряд. Он почувствовал, как Эндрю пристроился между его ног. Альфа помедлил, давая Нилу последний шанс передумать, но Нил лишь шире развел колени, приглашая его.

Вхождение было медленным и мучительным в своей правильности. Нил вскрикнул, когда Эндрю вошел в него полностью, заполняя пустоту, о существовании которой Нил даже не подозревал. Он чувствовал, как Эндрю замер, давая ему привыкнуть к размеру и ритму.

– Ты... – Нил не мог подобрать слов.

– Замолчи, Абрам, – Эндрю начал двигаться.

Сначала толчки были короткими и осторожными, но постепенно ритм участился. Нил метался по подушке, его связанные руки были прижаты к матрасу весом его собственного тела. Каждый толчок Эндрю отзывался вспышкой света перед глазами. Это было слишком много, слишком ярко, слишком реально.

Эндрю не отрывал взгляда от лица Нила. Он видел, как расширяются его зрачки, как он кусает губы до крови, как его кожа покрывается испариной. Альфа чувствовал, как его собственный узел начинает пульсировать, требуя разрядки, но он продолжал держать контроль.

– Скажи моё имя, – потребовал Эндрю, ускоряясь.

– Эндрю... Эндрю! – голос Нила перешел в хрип.

Это было то самое признание, которое им обоим было необходимо. В этой комнате, в этой темноте, окруженные запахами друг друга, они были не просто вратарем и нападающим, не просто защитником и беглецом. Они были двумя половинами чего-то сломанного, что наконец-то нашло способ срастись.

Когда оргазм накрыл Нила, это было похоже на взрыв. Он не мог двигать руками, не мог обхватить Эндрю ногами так крепко, как хотел, и эта беспомощность сделала удовольствие невыносимо острым. Он кричал, не заботясь о том, услышит ли его кто-то в доме.

Эндрю последовал за ним через мгновение, сдавленно рыча и вжимаясь в Нила так сильно, словно хотел слиться с ним воедино.

Тишина, наступившая после, была оглушительной. Было слышно только их тяжелое, сбитое дыхание. Эндрю не спешил отстраняться. Он лежал на Ниле, пряча лицо в изгибе его шеи, чувствуя, как бешено бьется пульс омеги.

Через несколько минут Эндрю приподнялся и потянулся к узлу на запястьях Нила. Когда лента была развязана, Нил не сразу смог пошевелить руками. Они затекли, но это было приятное онемение.

Эндрю сел рядом, его лицо снова приняло привычное выражение спокойствия, но в глазах всё еще плескалось что-то мягкое, почти нежное. Он протянул руку и аккуратно вытер слезу, скатившуюся по щеке Нила — следствие эмоционального перенапряжения, а не боли.

– Ты всё еще здесь? – спросил Эндрю.

Нил медленно сел, потирая запястья, на которых остались красные следы от ткани. Он посмотрел на Эндрю и улыбнулся — на этот раз искренне, без тени вызова.

– Я никуда не уйду, Эндрю. Ты же знаешь.

Эндрю кивнул. Он протянул Нилу его футболку, которую тот отбросил ранее.

– Иди в душ. И не забудь обработать запястья.

Нил поднялся, чувствуя слабость в ногах, но прежде чем уйти, он подошел к Эндрю и быстро, почти невесомо, коснулся губами его виска.

– Спасибо за контроль, – прошептал он.

Эндрю ничего не ответил, лишь проводил его взглядом. Но когда дверь в ванную закрылась, он посмотрел на свои ладони, которые всё еще хранили тепло кожи Нила, и впервые за долгое время позволил себе едва заметную, почти призрачную улыбку.

Он защищал свою семью. И иногда защита означала — позволить им сдаться.