Несовсем правда

Мака Албарн никогда не жаловалась на жизнь. С того самого дня, как семь лет назад её мать собрала чемоданы и ушла, громко хлопнув дверью, девятилетняя девочка поняла: порядок в доме — это теперь её зона ответственности. Пока отец, Спирит, топил тоску в работе и сомнительных походах по барам, Мака училась варить идеальный суп, гладить рубашки и распределять бюджет так, чтобы хватало на счета и учебники. Друзья? На них просто не оставалось времени. Пока сверстники обсуждали новинки кино, Мака заучивала латынь и формулы органической химии.

Её целью был медицинский университет Шинигами — место, куда простым смертным без огромного счета в банке вход был практически заказан. Но Мака не была «простой». Она была лучшей.

Соул Эванс был её полной противоположностью. Наследник музыкальной династии, мальчик с серебряной ложкой во рту и вечным оскалом бунтаря на лице. В то время как его старший брат, Уэс, был воплощением совершенства и виртуозности, Соул был «проблемой». Он ненавидел чопорные приемы, ненавидел рояль, на котором его заставляли играть часами, и больше всего на свете ненавидел то, как мать смотрела на него — как на бракованный инструмент, который еще можно настроить.

– Соул, это переходит все границы, – ледяным тоном произнесла миссис Эванс, поправляя безупречную прическу. – Вчера ты снова пропустил репетицию ради какой-то подвальной вечеринки с гитарами. Твой отец в ярости. Если ты не желаешь соответствовать фамилии, мы хотя бы должны быть уверены, что твоя будущая спутница жизни направит тебя в нужное русло. Мы с отцом подобрали несколько кандидатур из семей наших партнеров...

– Хватит! – Соул с грохотом отодвинул стул, вскакивая из-за стола. – Я не собираюсь жениться на какой-нибудь кукле с фарфоровыми мозгами только ради ваших акций. У меня уже есть девушка!

В столовой повисла звенящая тишина. Миссис Эванс медленно подняла взгляд на сына.

– Вот как? И кто же эта таинственная особа? Надеюсь, она не из того притона, где ты ошиваешься?

Соул лихорадочно соображал. Ему нужно было имя. Кто-то, кто выглядел бы достаточно прилично, чтобы мать не выставила её за дверь сразу, но при этом кто-то, кто был бы максимально далек от их «высшего света».

– Её зовут Мака, – выпалил он первое, что пришло в голову. Он видел эту девушку в библиотеке. Вечно с книгами, серьезная, ни разу на него не посмотревшая. – Мака Албарн. И она... она потрясающая.

– В таком случае, – мать Соула прищурилась, – приведи её завтра на ужин. Если она существует, мы с радостью её примем. А если нет... готовься к помолвке с дочерью лорда Томпсона.

У Соула был ровно день.

***

Мака выходила из супермаркета с тяжелым пакетом, когда перед ней с визгом затормозил ярко-красный спортивный автомобиль. Окно опустилось, и она увидела Соула Эванса — парня, чье имя было синонимом неприятностей.

– Эй, Албарн! Садись, есть дело жизни и смерти, – крикнул он, поправляя повязку на лбу.

– Эванс? Ты перепутал меня с кем-то из своих фанаток, – сухо ответила Мака, пытаясь обойти машину. – У меня дома стирка и глава по анатомии.

– Послушай, – Соул выскочил из машины и преградил ей путь. Он выглядел непривычно взволнованным. – Мне нужна твоя помощь. Всего один вечер. Мои предки хотят женить меня на какой-то медузе, и я сказал, что ты — моя девушка. Пожалуйста, подыграй мне. Я заплачу!

Мака остановилась и внимательно посмотрела на него. Её зеленые глаза сузились.

– Мне не нужны твои деньги, Эванс. Но мне нужно, чтобы кто-то починил кран в ванной, на который у отца нет времени, и, возможно, пара новых справочников по нейрохирургии.

– Договорились! Кран, книги, да хоть весь книжный магазин! Только спаси меня от этого ужина.

***

На следующий вечер Мака стояла перед зеркалом в своем единственном приличном платье — темно-зеленом, простом, но идеально подчеркивающем её фигуру. Она чувствовала себя крайне неуютно. Соул заехал за ней вовремя, на этот раз ведя машину на удивление осторожно.

– Просто веди себя естественно, – бормотал он, пока они шли к массивному особняку Эвансов. – Моя мать — та еще мегера. Она будет искать подвох. Не давай ей повода.

– Природная честность — мой конек, Соул. Тебе стоило об этом подумать раньше, – отозвалась Мака, поправляя воротничок.

Когда они вошли в огромную гостиную, миссис Эванс уже ждала их, восседая в кресле, словно на троне. Она окинула Маку оценивающим взглядом, от которого у любого другого подкосились бы ноги. Но Мака лишь вежливо кивнула, сохраняя прямую осанку — годы домашнего труда и учебы выработали в ней стальной стержень.

– Итак, Мака, – начала миссис Эванс после того, как формальные приветствия были закончены. – Соул сказал, что вы учитесь вместе. Должна признаться, я ожидала увидеть... кого-то более похожего на окружение моего сына. Вы кажетесь очень серьезной девушкой.

– Благодарю, миссис Эванс, – спокойно ответила Мака. – Учеба требует сосредоточенности.

– И всё же, – женщина пригубила вино, – я не могу не спросить. Семья Эванс очень состоятельна. Мой сын, несмотря на его... эксцентричность, завидный жених. Вы ведь понимаете, что многие девушки ищут его расположения только ради финансовой выгоды?

Соул напрягся, его пальцы сжали салфетку под столом. Он уже открыл рот, чтобы огрызнуться, но Мака опередила его. Её голос звучал ровно и уверенно.

– Я понимаю ваше беспокойство, – она посмотрела прямо в глаза хозяйке дома. – Но деньги вашего сына меня не интересуют. Я поступила в медицинский университет Шинигами на полную стипендию, пройдя конкурс в пятьсот человек на место. Туда обычно попадают дети богатых родителей за огромные взносы, но я добилась этого своими силами. Моя цель — стать врачом, а не содержанкой. И если Соул выбрал меня, то, вероятно, потому, что я — единственный человек в его жизни, который не смотрит на него как на чековую книжку или разочарование.

В комнате воцарилась тишина. Соул смотрел на Маку с открытым ртом. Он и не подозревал, что эта «заучка» скрывает в себе столько огня.

Миссис Эванс долго молчала, внимательно изучая гостью. В её взгляде лед внезапно сменился странным блеском — интересом, смешанным с расчетом.

– Поступить на бюджет в Шинигами... – медленно повторила она. – Это впечатляющее достижение. У вас есть дисциплина, ум и, что более важно, характер.

Она перевела взгляд на Соула, который выглядел так, будто только что выиграл в лотерею, а затем снова на Маку.

– Знаете, Мака, я должна признать, что недооценила выбор сына. Но... – на губах миссис Эванс появилась загадочная улыбка. – Увидев вас, я пришла к выводу, что вы слишком хороши для Соула. С его ветреностью и нежеланием следовать традициям, он только будет тянуть вас вниз.

Соул поперхнулся водой.

– Мама, ты о чем?!

– О том, дорогой, что такой девушке, как Мака, нужен кто-то более достойный и стабильный. Кто-то, кто оценит её острый ум и поможет реализовать потенциал в нашем кругу.

Миссис Эванс позвонила в колокольчик.

– Передайте Уэсу, чтобы он спустился к ужину. Я хочу, чтобы он познакомился с нашей гостьей.

– Ты издеваешься? – прошипел Соул, вскакивая. – Это моя девушка!

– Пока что, Соул, пока что, – отмахнулась мать. – Мака, дорогая, присаживайтесь поудобнее. Вы обязательно должны остаться на ужин. Я уверена, у вас с Уэсом найдется гораздо больше общих тем для разговора. Музыка, наука, высшие цели... А Соул может пойти в свою комнату и поиграть на гитаре, раз уж он так жаждет свободы.

Мака перевела взгляд с торжествующей миссис Эванс на взбешенного Соула. Ситуация выходила из-под контроля. Она пришла сюда, чтобы помочь парню избавиться от навязчивой опеки, а в итоге превратилась в «приз» для его идеального брата.

– Я никуда не уйду, – Соул внезапно схватил Маку за руку, переплетая свои пальцы с её. Его ладонь была горячей и немного дрожала. – И Мака не пойдет на свидание с Уэсом. Она здесь со мной.

Мака почувствовала, как по коже пробежали мурашки. Она посмотрела на Соула — в его глазах больше не было бунтарского задора, там была странная, отчаянная решимость.

– Миссис Эванс, – Мака мягко, но твердо высвободила руку, чтобы поправить салфетку, но осталась сидеть рядом с Соулом. – Я ценю ваше предложение, но я не предмет интерьера, который можно переставить из одной комнаты в другую. Я пришла сюда по приглашению Соула. И раз уж вы пригласили меня на ужин, давайте проведем его достойно.

В этот момент в дверях появился Уэс. Высокий, элегантный, с идеальной улыбкой, он был воплощением всего, что Мака должна была ненавидеть в этом доме.

– Ты звала меня, мама? – его голос был бархатным, но Мака заметила, как Соул весь подобрался, словно перед прыжком.

– Да, Уэс. Познакомься, это Мака Албарн. Будущий врач и... протеже нашего Соула. Но я думаю, вам стоит пообщаться поближе.

Мака вздохнула. Вечер обещал быть долгим, и, судя по искрам, летевшим между братьями, её план «просто посидеть и уйти» провалился с треском. Она посмотрела на Соула, который выглядел так, будто готов был объявить войну всему миру, и внезапно для самой себя тихо шепнула:

– Не переживай. Я не люблю идеальные аккорды. В них нет души.

Соул замер, а затем на его губах медленно расплылась его фирменная, хищная и чертовски крутая ухмылка. Кажется, эта игра только начиналась.