Любовь троих

Тяжелые дубовые двери Большого зала распахнулись с таким грохотом, будто их вышибли ногой, а не открыли с помощью магии. В проеме стояла она — живое воплощение заносчивости и холода. Платиновые волосы Евы Айс были стянуты в тугой, высокий хвост, а серебристо-зеленый галстук Слизерина казался удавкой на шее любого, кто посмел бы встать у неё на пути.

Ева перевелась в Хогвартс в середине сентября, сразу на второй курс, и за три дня успела настроить против себя половину школы.

– Какого черта вы все вылупились? – звонкий голос Евы разнесся под сводами заколдованного потолка. – У вас что, уроков нет, или вы просто дебилы по жизни?

Профессор Макгонагалл, проходившая мимо, поперхнулась воздухом и строго поджала губы.

– Мисс Айс! Десять очков со Слизерина за ненормативную лексику. И извольте следовать к своему столу.

Ева лишь фыркнула, закатив глаза так сильно, что, казалось, она пытается рассмотреть собственный мозг. Проходя мимо стола Гриффиндора, она задела плечом Гарри Поттера. Тот едва успел подхватить свои очки, которые съехали на кончик носа.

– Смотри, куда прешь, Поттер, – бросила она, даже не обернувшись. – Твои шрамы не делают тебя неприкосновенным, ясно?

– Слушай, Айс, – Гарри нахмурился, его голос зазвучал непривычно жестко. – Твоя манера общения оставляет желать лучшего. Мы здесь пытаемся завтракать, а не слушать твои помои.

– Ой, да неужели? – Ева остановилась и резко развернулась, нависая над ним. – А я-то думала, «Золотой мальчик» привык к вниманию. Сдрисни в туман, пока я не превратила твои очки в два куска навоза.

Гарри сжал кулаки. Он был честным и хитрым, но прямолинейная грубость Евы выбивала его из колеи. Она была как оголенный провод — тронешь и получишь разряд тока, от которого искры из глаз посыпались бы даже у Дамблдора.

– Оставь его, Ева, – раздался ленивый, тягучий голос.

Драко Малфой сидел за столом Слизерина, поигрывая серебряной ложкой. Его лицо выражало высшую степень превосходства, но когда он смотрел на Айс, в его глазах мелькало нечто похожее на уважение. Или на опасение.

– Эти нищеброды и герои-самоучки не стоят твоего времени, – добавил Драко, бросив презрительный взгляд на рыжую макушку Рона Уизли.

– Малфой, захлопнись, – Ева плюхнулась на скамью рядом с ним. – Ты меня тоже бесишь. Твоя прическа выглядит так, будто её вылизал гиппогриф с обсессивно-компульсивным расстройством.

Драко на мгновение лишился дара речи, но тут же взял себя в руки, натянув маску невинности, заметив приближающегося профессора Снейпа.

Тем временем на другом конце зала, за столом Гриффиндора, два рыжих затылка синхронно повернулись в сторону Слизерина.

– Ты видел это, Джордж? – прошептал Фред, его глаза азартно блестели. – Она просто... феноменальна.

– Она послала Малфоя, Фред, – Джордж коснулся пальцем родинки на своем подбородке, что он делал всегда, когда задумывался. – И она знает заклинание «Эверте Статум» лучше, чем Флитвик. Я видел, как она вчера на перемене откинула им Крэбба.

– Она дерзкая, – кивнул Фред.

– И умная, – добавил Джордж.

– И матерится как пьяный гоблин-шахтер, – закончили они хором.

Близнецы переглянулись. В их головах одновременно созрел план, который не сулил Хогвартсу ничего, кроме хаоса.

***

Урок Зельеварения в подземельях всегда был испытанием, но сегодня атмосфера была особенно накаленной. Слизерин и Гриффиндор сидели вместе. Снейп, словно огромная летучая мышь, парил между рядами, источая холод.

Ева Айс сосредоточенно нарезала корни мандрагоры, когда почувствовала, что за её спиной кто-то стоит.

– Знаешь, Ева, если добавить туда щепотку сушеных крыльев феи, котел не просто позеленеет, он начнет петь неприличные песни, – прошептал Фред прямо ей в ухо.

– Отвали, Уизли, – не оборачиваясь, ответила Ева. – Если я испорчу зелье из-за тебя, я засуну этот котел тебе туда, где солнце не светит.

– Какая экспрессия! – восхитился Джордж, появляясь с другой стороны. – Мы просто хотели предложить помощь. Мы ведь эксперты по... нестандартным реакциям.

– Я сказала: съебались отсюда, – Ева наконец повернулась, и её голубые глаза сверкнули яростью. – Вы двое мне мешаете.

– Мисс Айс, мистер Уизли, – голос Снейпа разрезал воздух, как нож. – Очередная вспышка вашего... красноречия будет стоить факультету еще двадцати очков.

Ева выругалась себе под нос, но замолчала. Близнецы, ничуть не смутившись, уселись за соседний стол, продолжая поедать девушку глазами.

Драко Малфой, сидевший неподалеку, внимательно наблюдал за этой сценой. Его тошнило от вида Уизли, но в голове уже зрел план. Он видел, как Фред и Джордж смотрят на Еву. Это было жалко. Это было недопустимо. Но это могло быть полезно.

После урока, когда ученики толпились в коридоре, Драко перехватил Еву за локоть.

– Отпусти, Малфой, – огрызнулась она. – Или я проверю на тебе действие того проклятия, о котором читала в Запретной секции.

– Потише, Айс, – Драко отпустил её руку и выставил ладони вперед в примирительном жесте. – Я просто хотел сказать, что эти два рыжих недоразумения — Фред и Джордж — кажется, всерьез вознамерились тебя достать.

– Я заметила, – буркнула она. – Постоянно крутятся рядом, как назойливые мухи.

– Они позорят честь чистокровных магов своим существованием, – высокомерно произнес Драко. – Но, если подумать... Джордж из них двоих хотя бы чуть менее идиот. Или Фред? Какая разница.

Ева подозрительно прищурилась.

– Ты к чему клонишь, блондинчик?

– Я к тому, – Драко понизил голос, – что если ты хочешь, чтобы они перестали тебя бесить, тебе стоит выбрать одного и... ну, позволить ему надеяться. Тогда второй отвалит. А потом ты просто бросишь его в какой-нибудь люк.

Ева расхохоталась. Это был резкий, лающий смех.

– Ты предлагаешь мне использовать их? Малфой, ты еще большая сволочь, чем я думала. Мне нравится.

Она развернулась и пошла прочь, оставив Драко в легком замешательстве. Он не ожидал, что она согласится так быстро. На самом деле, Малфой хотел лишь одного — чтобы Уизли выглядели как можно глупее. Если они оба влюбятся в Еву, а она выставит их на посмешище, это будет лучшим цирком в истории школы.

***

Вечером в гостиной Гриффиндора было шумно. Фред и Джордж сидели в углу, окруженные пергаментами с чертежами новых шуточных заклинаний.

– Она такая... непробиваемая, – вздохнул Джордж, рисуя на полях тетради рожицу, подозрительно похожую на Еву.

– Это вызов, брат, – ответил Фред. – Кому нужны легкие пути? Поттер вон тоже считает её монстром, но он просто не понимает. В ней есть искра.

– Скорее лесной пожар, – усмехнулся Джордж. – Но я готов сгореть.

В этот момент в проеме портрета появился Гарри. Он выглядел уставшим и раздраженным.

– Опять обсуждаете Айс? – спросил он, бросая сумку на диван. – Она сегодня на Трансфигурации превратила крысу Рона в хрустальный бокал, а потом разбила его «случайно». Рон до сих пор в шоке.

– Она просто тренирует точность, Гарри, – отмахнулся Фред. – Ты слишком серьезен.

– Она опасна, – отрезал Гарри. – И она дружит с Малфоем. Этого достаточно, чтобы держаться от неё подальше.

– Мы не ищем легких путей, Поттер, – хором ответили близнецы.

На следующий день Хогвартс гудел. Ева Айс вызвала на дуэль третьекурсника из Когтеврана, который посмел прокомментировать её привычку ругаться. Дуэль закончилась быстро: когтевранец обнаружил, что его язык превратился в кусок наждачной бумаги, а штаны приклеились к потолку.

Когда Ева выходила из пустого класса, где произошла стычка, её ждали двое.

– Это было... эффектно, – сказал Джордж, протягивая ей плитку шоколада из «Сладкого королевства».

– Охренительно эффектно, – поправил Фред, протягивая ей вторую плитку. – Мы тут подумали...

– О боже, вы умеете думать? – Ева остановилась, скрестив руки на груди. – И что же вы придумали, рыжие гении?

– Мы придумали, что тебе скучно, – Джордж сделал шаг вперед. – Ты умная, ты сильная, но тебе не с кем повеселиться по-настоящему. Драко — зануда. Поттер — святоша.

– А мы — это мы, – улыбнулся Фред. – Как насчет того, чтобы сегодня ночью пробраться в кухню? Эльфы делают потрясающие сэндвичи с ветчиной.

Ева посмотрела на них. На Джорджа с его родинкой на подбородке, который выглядел чуть более искренним. На Фреда, в глазах которого плясали черти.

– Вы понимаете, что если нас поймают, я скажу, что вы меня похитили под Империусом? – спросила она, дернув бровью.

– Мы на это и рассчитываем, – подмигнул Джордж.

– Ладно, – Ева выхватила обе плитки шоколада. – В полночь у портрета Полной Дамы. И если вы опоздаете хоть на секунду, я прокляну ваши метлы так, что вы будете летать задом наперед до конца выпуска.

Она прошла мимо них, намеренно задев Джорджа плечом. Тот замер, провожая её взглядом.

Из-за угла за этой сценой наблюдал Драко Малфой. Он сжимал в руке свою палочку. План работал, но почему-то внутри росло странное чувство раздражения. Ева Айс была слишком хороша для этих двоих. Она была Слизеринкой до мозга костей — дерзкой, умной и совершенно неуправляемой.

– Посмотрим, кто кого завоюет, рыжие придурки, – прошептал Малфой, разворачиваясь. – Но я не позволю вам победить так просто.

Гарри Поттер, проходивший мимо по своим делам, заметил странное выражение лица Малфоя и остановился. Он чувствовал, что в школе затевается что-то покрупнее, чем просто школьный роман или очередная шутка близнецов. Ева Айс принесла с собой холод, но вокруг неё почему-то становилось всё жарче.

– Это добром не кончится, – тихо сказал Гарри самому себе, поправляя очки.

А в это время в подземельях Слизерина Ева Айс сидела на своей кровати, разворачивая шоколад. Она знала, что затеяли близнецы. Она знала, что затеял Малфой. И она точно знала, что в этой игре правила будет устанавливать только она.

– Идиоты, – прошептала она, откусывая кусочек. – Но хотя бы шоколад у них вкусный.

Её глаза сверкнули в полумраке комнаты. Впереди была полночь, и Хогвартс еще не знал, на что способна эта блондинка, когда ей становится по-настоящему скучно.