Егшл

Каил обожал это выражение лица. Тот самый момент, когда самоуверенность исследователя заброшенных мест сменяется первобытным, липким ужасом. Дима Масленников, человек, который сделал карьеру на том, что пугался теней в объективе камеры, сейчас выглядел по-настоящему жалко.

Каил лениво парил под потолком, закинув руки за голову. Его нынешнее состояние имело массу плюсов: не нужно есть, не нужно спать, а главное — можно проходить сквозь стены и издеваться над живыми, оставаясь незамеченным. Но была одна загвоздка, о которой он не мог рассказать ни одной живой душе. Стоило ему произнести вслух секрет своего перерождения, признать, что он — это он, и его существование оборвется окончательно. Бездна сожрет его без остатка.

Поэтому Каил предпочитал играть. Дима был идеальной игрушкой. Интересный, эмоциональный, вечно лезущий туда, где нормальный человек давно бы перекрестился и ушел домой. Каил следовал за ним по пятам, аккуратно обходя ловушки — те самые «растяжки» и датчики, которые Дима расставлял для охоты на паранормальное. Иронично: ловушки были материальны, но Каил, даже будучи призраком, инстинктивно их обтекал, словно не хотел портить парню контент.

Но сегодня всё пошло не по плану. Точнее, именно так, как Каилу хотелось.

Они забрались в старый бункер, о котором не было ни одной записи в архивах. Дима шел впереди, освещая путь мощным фонарем, а Каил плыл за его спиной, корча рожи в объектив выключенной камеры. В какой-то момент пространство вокруг них просто… дрогнуло.

Дима шагнул в дверной проем, ожидая увидеть очередную сырую комнату, но оказался в ловушке. Дверь за его спиной исчезла, превратившись в глухую бетонную стену. Перед ним расстилался бесконечный, залитый мертвенно-белым светом коридор. Ни окон, ни выходов, ни теней.

– Какого черта?! – Дима бросился к стене, судорожно ощупывая холодный бетон. – Парни! Сударь! Это не смешно!

Каил почувствовал, как воздух вокруг заискрился. Это было пространство «между», место, где законы физики пасовали перед волей случая. И, кажется, это место имело свои правила.

– Ох, ты всё же попал в это пространство, – раздался голос Каила, звонкий и полный неприкрытого ехидства.

Дима резко обернулся, выронив фонарь. Луч света ударил в пол, высвечивая фигуру парня, который буквально материализовался из воздуха. Каил стоял, прислонившись к невидимой стене, и на его лице расцвела дьявольская улыбка.

– Каил? – Дима застыл, не веря своим глазам. – Ты… ты откуда здесь? Что это за место?

– Какая жалость, Дима, – Каил проигнорировал вопрос, медленно приближаясь к нему. – Ты всегда так стремился найти призраков, а теперь, когда нашел, выглядишь так, будто сейчас упадешь в обморок. Позволь, я тебя просвещу.

Каил облетел вокруг Димы, его движения были рваными, нечеловеческими.

– Ты в бесконечном коридоре. Выхода нет. Точнее, он есть, но цена тебе не понравится. Видишь ли, здесь действуют особые правила. Ты должен, в самом прямом смысле, «укрощать» призраков, пока у них над головами не вышел таймер.

– Что за бред ты несешь? – Дима попятился, но уперся спиной в стену.

– Смотри выше, глупыш, – Каил ткнул пальцем вверх.

Дима поднял глаза и вскрикнул. Прямо над головой Каила, в воздухе, светились неоновые цифры.

00:05:42

Цифры неумолимо отсчитывали секунды назад. 41… 40… 39…

– Если ты не успеешь до того, как время выйдет, – Каил наклонился к самому уху Димы, обдав его могильным холодом, – тебя убьют. И поверь, это будет не та быстрая смерть, о которой пишут в книжках. Коридор поглотит тебя, превратит в такую же тень, как я. Только безмозглую.

– Что я должен делать?! – Дима сорвался на крик, его колотило. – Что значит «укрощать»?!

– О, Дима, ты же взрослый мальчик, – Каил рассмеялся, и этот смех эхом разнесся по бесконечному пространству. – Тебе нужно войти в физический контакт. Полный. Глубокий. Ты должен заставить призрака почувствовать себя живым, выплеснуть энергию, иначе таймер обнулится вместе с твоим пульсом.

Дима смотрел на него с ужасом. Он понимал, к чему клонит этот безумный парень.

– Ты… ты предлагаешь мне… это? С тобой?

– А у тебя есть выбор? – Каил развел руками. – Посмотри вокруг. Коридор бесконечен. Других призраков тут пока нет, но они появятся, когда я исчезну. И они будут куда менее дружелюбны.

Каил сделал шаг вперед, сокращая дистанцию до минимума. Его таймер теперь показывал 00:04:15.

– Знаешь, Дима, я ведь долго за тобой наблюдал, – прошептал Каил, игриво проводя прозрачным пальцем по щеке Димы. – Ты такой забавный, когда пугаешься. Твое сердце сейчас колотится так громко, что я слышу его ритм. Тук-тук. Тук-тук.

Дима тяжело дышал. Логика кричала ему, что это галлюцинация, бред, вызванный недостатком кислорода в закрытом бункере. Но холод, исходящий от Каила, был слишком реальным. Цифры над его головой — слишком яркими.

– И... и всё? Просто... это? И я выйду? – голос Димы дрожал.

– Может быть, – Каил прикусил губу, его глаза сверкнули неестественным светом. – Но поторопись. У меня почти вышел таймер. А я ведь не единственный, кто хочет твоей компании.

Дима зажмурился на мгновение, пытаясь собраться с мыслями. Он был блогером, исследователем, авантюристом. Но к такому жизнь его не готовила. С другой стороны, альтернативой была смерть в этом белом чистилище.

– Ладно, – выдохнул Дима, открывая глаза. В них больше не было страха, только отчаянная решимость выжить. – Иди сюда, придурок.

Каил довольно хмыкнул. Он любил, когда люди проявляли характер.

– О, так-то лучше. Но помни: я призрак. Тебе придется постараться, чтобы я что-то почувствовал.

Дима схватил Каила за плечи. К его удивлению, руки не прошли насквозь — в этом пространстве дух обрел подобие плотности, пускай и странной, напоминающей холодный воск. Он потянул Каила на себя, прижимая к бетонному полу, который на ощупь казался мягче, чем должен был быть.

– Три минуты, Дима, – пропел Каил, обвивая шею парня руками. – Тик-так. Шоу начинается.

Дима не стал больше слушать его издевки. Он прижал Каила к себе, пытаясь согреть своим живым теплом это ледяное тело. Поцелуй был странным — на вкус как озон перед грозой и сталь. Каил ответил с неожиданной жадностью, его пальцы впились в спину Димы, оставляя обжигающе холодные следы.

Это был сюрреалистичный танец в пустоте. Дима действовал грубо, ведомый инстинктом самосохранения, а Каил только подначивал его, то исчезая в его объятиях, то становясь твердым, как скала. Каждое движение отзывалось в коридоре странным гулом, будто само пространство вибрировало от этого извращенного обмена энергией.

– Быстрее, Дима, – шептал Каил, задыхаясь от ощущений, которые он не испытывал с момента своей смерти. – Таймер не ждет.

Цифры над головой Каила мигали красным.

00:01:12

Дима чувствовал, как пот застилает глаза. Он никогда не думал, что борьба за жизнь будет выглядеть именно так. Он чувствовал, как Каил под ним меняется — его кожа становилась теплее, а глаза наполнялись чем-то похожим на человеческую жизнь.

– Я... я не могу... – выдохнул Дима, когда до конца оставалось меньше минуты.

– Можешь! – Каил резко дернул его на себя, заставляя столкнуться взглядами. – Или ты хочешь остаться здесь навсегда? Смотри на меня!

В этот момент Дима увидел в глазах Каила не только насмешку, но и глубокую, вековую тоску. Этот парень не просто дразнил его. Он был одинок в своем бессмертии, запертый в теле, которое не могло даже признать свое существование.

Это осознание придало Диме сил. Последний рывок был актом не страха, а какой-то странной, болезненной близости. Когда экстаз накрыл их обоих, коридор содрогнулся.

00:00:05

00:00:04

00:00:03

Вспышка ослепительного света заставила Диму зажмуриться. На мгновение ему показалось, что он падает в бесконечную пропасть.

Когда он открыл глаза, он лежал на пыльном полу бункера. Рядом валялся его фонарь, луч которого упирался в обычную металлическую дверь. Никакого белого коридора. Никаких цифр.

– Дима! Дима, ты где?! – послышался голос Сударя из соседней комнаты.

Дима сел, тяжело дыша. Его одежда была в пыли, а на шее и плечах горели странные, быстро исчезающие пятна, похожие на ожоги от холода.

– Я здесь... – хрипло отозвался он.

Он огляделся. В комнате никого не было. Но на пыльной стене, прямо напротив него, было начертано пальцем:

«1:0 в мою пользу, Дима. До следующей заброшки».

Дима нервно рассмеялся, закрывая лицо руками. Он знал, что никто ему не поверит. Он и сам бы себе не поверил, если бы не чувствовал до сих пор этот странный вкус озона на губах.

А в углу, под самым потолком, невидимый для камер и людей, Каил довольно потянулся. Его таймер исчез, сменившись едва заметной золотистой аурой. Он снова был призраком, снова был свободен и снова мог дразнить своего любимого исследователя.

– Ты даже не представляешь, что нас ждет в подвалах той старой больницы, – прошептал Каил, зная, что Дима его не слышит.

Или, по крайней мере, Дима очень хотел в это верить.

Каил легко кувыркнулся в воздухе и последовал за Димой, который, пошатываясь, выходил к своей команде. Игра продолжалась, и Каил не собирался ее заканчивать. Ведь пока Дима Масленников ищет призраков, Каил будет тем, кто позволит себе быть найденным. На своих условиях.

Он летел следом, насвистывая под нос мелодию, которую слышал только он сам. Впереди было еще много заброшек, много ловушек и, конечно же, много поводов для дьявольской улыбки. Ведь самое интересное в смерти — это то, как сильно она заставляет живых цепляться за жизнь.

– Эй, Дима! – крикнул Сударь, подбегая к другу. – Ты чего такой бледный? Увидел кого-то?

Дима посмотрел на пустой угол, где только что промелькнула тень, и криво усмехнулся.

– Можно и так сказать. Пойдемте отсюда. На сегодня контента хватит.

Каил, невидимый для всех, весело подмигнул объективу камеры, которая всё еще висела на груди Димы. Он знал: когда Дима будет отсматривать материал, на секунду в кадре мелькнет пара светящихся глаз. И этого будет достаточно, чтобы Дима снова вернулся в игру.

Ведь в бесконечном коридоре всегда есть место для двоих.