приемный сын

В просторной гостиной особняка семьи Сон царила мертвая тишина, нарушаемая лишь мерным тиканьем настенных часов. Сон Юки спал в своей комнате на втором этаже. Шестнадцатилетний юноша, чей рост уже достиг внушительных ста восьмидесяти пяти сантиметров, выглядел во сне почти беззащитным, несмотря на широкие плечи. Его растрепанные черные волосы разметались по подушке, а фарфоровая кожа в лунном свете казалась почти прозрачной. На лопатке, уходя вниз по руке, темнела причудливая татуировка — переплетение костей и ломаных линий, которую он всегда старательно скрывал под одеждой.

Внизу, в своем кабинете, Сон Джинву сидел в массивном кресле. Перед ним стоял стакан дорогого виски, к которому он почти не притрагивался. Величайший охотник человечества, Теневой Монарх, выглядел непривычно задумчивым. Его взгляд был устремлен в окно, где за стеклом колыхались тени деревьев, но видел он не сад.

Джинву вспоминал тот день, когда принес Юки в этот дом. Его жена, Ча Хэ Ин, и их сын Сухо приняли мальчика, потому что доверяли Джинву безоговорочно. Но никто из них — ни семья, ни Ассоциация охотников — не знал правды. Джинву официально заявил, что Юки — сирота, найденный им в одном из подземелий S-ранга, чьи родители погибли. И это было правдой лишь наполовину.

Джинву прикрыл глаза, и память мгновенно перенесла его на шестнадцать лет назад.

В тот день он обнаружил аномалию — разлом, который не фиксировали никакие приборы. Это не было обычное подземелье. Войдя внутрь, Джинву оказался в огромном, величественном зале, который казался застывшим вне времени и пространства. Стены были сложены из странного, светящегося камня, а в воздухе висел густой, почти осязаемый запах пыли, древней магии и... чего-то совершенно неуместного, вроде томатного кетчупа.

В центре этого зала он увидел их.

Там стоял мужчина, который выглядел как отражение самого Джинву, но с пугающими отличиями. Белые, как свежевыпавший снег, волосы, ярко-голубые глаза, в которых светилась нечеловеческая мощь. Он был одет в поношенную синюю толстовку и розовые домашние тапочки — наряд, который выглядел бы комично, если бы не исходящая от этого человека аура, заставлявшая даже Теневого Монарха напрячься.

Рядом с ним стоял его двойник — невысокий скелет в точно такой же одежде. Его пустые глазницы светились крошечными белыми точками, а челюсть застыла в вечной, пугающей и одновременно доброй улыбке.

– Санс, ты уверен? – Голос женщины, стоявшей рядом, дрожал от сдерживаемых слез.

Она была неописуемо красива: смоляные черные волосы, изумрудно-зеленые глаза и кожа, которая, казалось, излучала мягкий внутренний свет. В её руках был плотно укутанный сверток с младенцем.

– Да, милая, – мужчина с белыми волосами осторожно взял ребенка на руки, прижимая его к груди. – Это единственный способ.

Джинву тогда замер, скрытый тенями. Он чувствовал, что эти двое — или трое? — были самыми человечными существами, которых он когда-либо встречал, несмотря на их явную иномирную природу.

– Юми, я очень люблю тебя, – прошептал мужчина, которого звали Санс. – Благодарен тебе за сына и за то, что ты любишь меня таким, какой я есть.

– Нам нужно спешить, – Юми прижалась к мужу и сыну. – Чара... она найдет нас. Мы должны спасти наше чудо.

Она плакала, касаясь крохотного личика младенца.

– Его сила... она такая же, как у тебя, Санс. Береги его.

В этот момент Санс резко повернул голову в сторону теней, где скрывался Джинву. Его левый глаз вспыхнул яростным голубым пламенем.

– Выходи, приятель, – произнес он низким, вибрирующим голосом. – Я знаю, что ты там. И я знаю, кто ты.

Джинву вышел на свет, его собственная аура непроизвольно отозвалась на вызов.

– Кто вы такие? – спросил Джинву, внимательно изучая странную пару.

– Те, кому некуда идти, – ответил Санс, немного расслабляясь, когда понял, что перед ним не враг. – Слушай, Теневой Монарх. У меня нет времени на объяснения. Мой мир... он рушится из-за бесконечных циклов. Мой сын не должен стать частью этого безумия.

Он подошел к Джинву и протянул ему ребенка.

– Возьми его. В твоем мире он будет в безопасности. Его зовут Юки. Он несет в себе мою силу — силу Судьи.

Джинву колебался лишь секунду. Глядя в глаза младенца, которые уже тогда светились тем же небесно-голубым светом, он почувствовал странное родство.

– Я позабочусь о нем, – пообещал Джинву.

– Спасибо, – прошептал Санс. – И помни... если он когда-нибудь начнет шутить про кости — значит, он в порядке.

Вспышка ослепительного света оборвала воспоминание.

Джинву открыл глаза в своем кабинете и сделал глоток виски. Юки рос удивительным ребенком. Он любил тишину, музыку и готовить — его кулинарные способности порой поражали даже Ча Хэ Ин. Но больше всего Джинву беспокоила сила, которую Юки начал проявлять втайне от всех.

Мальчик думал, что отец не замечает, как он тренируется в лесу за поместьем. Но Джинву видел всё.

Юки унаследовал «Манипуляцию Душой». Он мог окрашивать души противников в синий цвет, подчиняя их гравитации. Джинву видел, как его приемный сын одним движением руки швырял огромные валуны, словно те были из пенопласта.

Костные атаки Юки были изящными и смертоносными. Он создавал целые леса из костяных пиков, заставляя воображаемого противника метаться в узких промежутках. Синие кости, которые наносили урон только при движении, эффект «Кармы», разъедающий саму суть врага... Всё это делало шестнадцатилетнего юношу опаснее многих охотников S-ранга.

Но самым впечатляющим были Гастер-бластеры. Когда Юки призывал эти парящие черепа, стреляющие разрушительными лазерами, воздух вокруг него начинал вибрировать от колоссальной концентрации маны.

– Ты не спишь, отец? – Тихий голос заставил Джинву вздрогнуть.

Юки стоял в дверях кабинета. На нем была простая черная футболка, открывающая часть татуировки на руке. Его голубые глаза смотрели внимательно и немного грустно.

– Не спится, – ответил Джинву, жестом приглашая сына войти. – Снова тренировался ночью?

Юки замер на мгновение, затем прошел в комнату и сел в кресло напротив.

– Ты знал, – это был не вопрос, а утверждение.

– Я знаю о тебе всё, Юки, – мягко произнес Джинву. – С того самого дня, как взял тебя на руки.

Юки опустил взгляд на свои ладони. Между его пальцев проскочила крохотная искра синей магии.

– Иногда мне кажется, что я не отсюда, – признался он. – Эта сила... она не похожа на магию охотников. Она чувствуется как... правосудие? Или долг? И эти сны... о человеке с белыми волосами и скелете, который постоянно каламбурит.

Джинву молчал, раздумывая, стоит ли рассказывать правду именно сейчас. Отношения Юки с ним всегда были теплее, чем с Хэ Ин или Сухо. Мальчик чувствовал в Джинву какую-то родственную тьму, понимание, которого не могли дать другие.

– Ты — мой сын, Юки, – твердо сказал Джинву. – И это единственное, что имеет значение. Твое происхождение... оно необычно, но оно не определяет, кто ты есть.

Юки поднял голову. В его глазах на мгновение вспыхнул тот самый синий огонь, который Джинву видел у Санса.

– Я хочу использовать эту силу, чтобы защитить нашу семью, – произнес юноша. – Но я боюсь, что если я раскроюсь, всё изменится. Мама, Сухо... они увидят во мне монстра.

– Сухо никогда так не подумает, – Джинву улыбнулся, вспоминая энергичного младшего сына. – А Хэ Ин... она любит тебя больше жизни. Твоя сила — это часть тебя. Как и твоя любовь к тишине и музыке.

Юки слегка улыбнулся, и эта улыбка была до боли похожа на ту, что застыла на лице скелета из подземелья.

– Знаешь, отец, – Юки встал, собираясь уходить. – У меня есть одна шутка.

Джинву затаил дыхание.

– Какая же?

– Почему скелеты такие спокойные? – Юки прищурился. – Потому что у них всё... до костей продумано.

Юноша тихо рассмеялся и вышел из кабинета, оставив Джинву в смешанных чувствах. С одной стороны, каламбур был ужасен. С другой — Теневой Монарх почувствовал невероятное облегчение.

Наследие Санса жило в этом мире. И оно было в надежных руках.

Джинву допил виски и посмотрел на пустой стакан. Где-то там, в других мирах или временных линиях, настоящий отец Юки, возможно, тоже сейчас смотрел на звезды, надеясь, что его сын нашел свой дом.

– Он в порядке, Санс, – негромко произнес Джинву в пустоту кабинета. – Он действительно в порядке.

За окном занимался рассвет, окрашивая небо в нежно-голубые тона — точь-в-точь под цвет глаз Юки. Впереди их ждало много трудностей, ведь мир охотников никогда не был спокойным местом, но Теневой Монарх знал: когда придет время, его старший сын встанет рядом с ним. И тогда врагам лучше будет приготовиться к «плохому времени».