Внезапная любовь

Пустота Карточного мира была осязаемой. Она давила на плечи, забивалась в легкие сухим мешком и заставляла сомневаться в реальности собственного существования. Пик ненавидел это место. Он ненавидел Создателя, ненавидел тесные рамки их общего заточения и, больше всего на свете, он ненавидел неопределенность.

Восьмой клон шел по бескрайнему серому пространству, где пол не отличался от потолка, а горизонт был лишь фикцией. Его тяжелые шаги не рождали эха. В этом стерильном аду тишина была абсолютной, пока её не разрезал резкий, неприятный звук.

Это был смех. Высокий, дребезжащий, похожий на скрежет битого стекла по металлу.

Пик остановился, нахмурив густые брови. Его рука инстинктивно дернулась к тому месту, где обычно покоилось оружие, но там была лишь пустота.

– Эй, рогатый! Ты чего такой хмурый? Словно тебе в кашу вместо сахара песка насыпали!

Из-за невидимого выступа — или просто из воздуха — вынырнула фигура. Это был парень чуть ниже Пика ростом, облаченный в странный зеленый костюм. Его глаза скрывали огромные очки с ярко-зелеными спиралями, которые, казалось, вращались сами по себе, если долго на них смотреть. На губах играла дерзкая, почти издевательская ухмылка.

– Ты еще кто такой? – голос Пика прозвучал хрипло. – Один из «этих»?

Зеленоволосый парень картинно приложил руку к груди, изображая глубокую обиду, но через секунду снова расплылся в улыбке.

– «Этих»? Как грубо! Я — Вару, великий и неповторимый пятый клон. А ты, судя по физиономии, тот самый грозный Восьмой, о котором все молчат, потому что боятся обделаться от страха?

Пик сделал шаг вперед, сокращая дистанцию. От него исходила волна холодной ярости, но незнакомец даже не шелохнулся. Напротив, он с интересом рассматривал Пика, склонив голову набок.

– Мне плевать на твои номера и имена, – отрезал Пик. – Не стой у меня на пути.

– Ой-ой, какие мы грозные, – Вару сделал шутливый реверанс и вдруг оказался совсем рядом, почти вплотную. – А если я не захочу уходить? Что ты сделаешь в этой дыре, где даже ударить толком нельзя, чтобы не провалиться в текстуры?

Пик замер. Он чувствовал исходящий от Вару запах чего-то химического, напоминающего свежую краску. Это было странно и неуместно в их пустом мире. Но еще страннее было то, как этот парень смотрел на него. Сквозь спирали очков невозможно было разглядеть зрачки, но Пик кожей чувствовал этот липкий, жадный взгляд.

– Я найду способ заставить тебя исчезнуть, – процедил Восьмой.

– Ты скучный, – Вару фыркнул и отстранился, заложив руки за голову. – Все здесь скучные. Курилка читает нотации, Зонтик ноет, Феликс брызжет слюной про добро... Тошно смотреть. А ты... ты хотя бы выглядишь так, будто можешь кому-нибудь свернуть шею просто ради удовольствия. Мне это нравится.

Пик на мгновение замешкался. Прямолинейность Вару была обезоруживающей в своей наглости.

– Ты считаешь, что насилие — это развлечение? – спросил Пик, прищурившись.

– Я считаю, что здесь нет ничего, кроме нас самих, – Вару подошел к невидимой стене и провел по ней пальцем. – И если мы не будем развлекаться, мы просто сойдем с ума. Хотя, судя по твоим рогам, ты уже на полпути.

– Это волосы, идиот, – огрызнулся Пик.

– Да какая разница! – Вару снова рассмеялся, и на этот раз в его смехе не было прежней издевки, только какой-то лихорадочный восторг. – Слушай, Пик. Давай договоримся. Ты не будешь пытаться меня убить в первые пять минут встречи, а я... я буду твоим личным проводником по этому дерьму.

– Мне не нужен проводник.

– Нужен. Ты ходишь кругами уже полчаса, – Вару ехидно ткнул пальцем в сторону, откуда пришел Пик. – Здесь пространство складывается, как оригами. Без меня ты будешь вечно смотреть на свою собственную спину.

Пик огляделся. Действительно, местность казалась обманчиво однообразной, но в ней чувствовался какой-то подвох. Он снова посмотрел на пятого клона. Вару выглядел самодовольным, эгоистичным и абсолютно невыносимым. Он был воплощением всего, что Пик презирал: хаоса, шутовства и несерьезности.

Но в то же время в нем была энергия. Живая, ядовито-зеленая искра в этом мертвом сером мире.

– Почему ты пристал именно ко мне? – прямо спросил Пик. – Иди донимай своего «Зонтика».

Вару на секунду замолчал. Его улыбка стала чуть менее широкой, а поза — более напряженной.

– Те слабаки... они предсказуемы, – произнес он тише. – Они боятся меня, ненавидят или жалеют. А ты... ты просто смотришь на меня как на грязь под ногтями. Это освежает. К тому же, у тебя самый крутой цвет в колоде. После моего, конечно.

Вару подошел ближе и, прежде чем Пик успел среагировать, быстро коснулся пряди его фиолетовых волос.

– Хватит! – Пик перехватил его руку, сжимая запястье.

Вару не поморщился от боли. Напротив, он подался вперед, сокращая расстояние до минимума. Его дыхание коснулось подбородка Пика.

– Сильный, – прошептал Вару, и в его голосе проскользнула нотка, которую Пик не смог распознать. Это не было страхом. Это было... восхищение? – Знаешь, Пик, я думаю, мы станем отличной командой. Я буду злить всех вокруг, а ты будешь их бить. Идеальный баланс.

– Я не собираюсь быть твоим телохранителем, – Пик оттолкнул его руку.

– Посмотрим, – Вару грациозно развернулся на пятках и зашагал прочь, не оборачиваясь. – Идешь, Ваше Величество? Или подождешь, пока у тебя вырастут настоящие рога от скуки?

Пик постоял на месте, глядя в спину этому странному существу. В голове пульсировала мысль, что общение с Вару принесет ему только проблемы. Огромные, шумные и невероятно раздражающие проблемы.

Но альтернативой была тишина. Та самая тишина, которая медленно пожирала его изнутри.

– Стой, зеленка, – крикнул Пик, срываясь с места.

Вару остановился и обернулся. Его очки блеснули в тусклом свете, скрывая глаза, в которых в этот момент вспыхнуло нечто гораздо более глубокое, чем простое любопытство. Для Вару это не было просто знакомством. С того самого момента, как он увидел эту угрюмую, мощную фигуру в конце бесконечного коридора, он понял: он нашел свою главную цель. Свою главную одержимость.

– Я знал, что ты не устоишь перед моим обаянием, – Вару снова оскалился в своей привычной манере.

– Заткнись и иди, – буркнул Пик, поравнявшись с ним.

Они шли рядом — два самых сложных элемента этой странной карточной системы. Один — холодный камень, другой — едкая кислота.

– А знаешь, почему я выбрал именно тебя? – вдруг спросил Вару, когда они прошли уже приличное расстояние.

– Ты уже говорил. Тебе скучно.

– Не только, – Вару на мгновение замедлил шаг и посмотрел на Пика снизу вверх. – Просто фиолетовый очень красиво смотрится на фоне зеленого. Ты не находишь?

Пик ничего не ответил, лишь прибавил шагу, стараясь скрыть странное смятение. Он еще не знал, что этот эгоистичный шут в зеленых очках только что решил, что Пик принадлежит ему. И Вару, в отличие от всех остальных, всегда получал то, что хотел. Даже если для этого нужно было сжечь весь мир дотла.

– Эй, не так быстро! – закричал Вару, вприпрыжку догоняя его. – Я еще не рассказал тебе свой план по захвату власти над этим серым недоразумением!

– У тебя нет никакого плана.

– Обижаешь! Мой план безупречен. Пункт первый: ты носишь меня на руках. Пункт второй...

– Заткнись, Вару.

– Видишь? Мы уже понимаем друг друга с полуслова!

Их голоса еще долго звучали в пустоте, нарушая вечный покой Карточного мира. И впервые за долгое время Пику показалось, что эта пустота перестала быть такой уж невыносимой. Хотя признаться в этом самому себе он пообещал не раньше, чем найдет выход из этой тюрьмы. Или пока Вару не доведет его до настоящего безумия. Что, судя по всему, должно было случиться гораздо раньше.