Предательство монарха

Окумура Юки всегда считал, что тишина — это роскошь. В мире, где разломы открываются посреди оживленных улиц, а магическая энергия вибрирует в воздухе, словно натянутая струна, истинное спокойствие найти трудно. Но сегодня тишина в их с Джинву доме была другой. Она не была уютной. Она была склизкой, тяжелой и пахла чужими духами, которые Юки мгновенно распознал, едва переступив порог.

Он вернулся раньше. Хотел сделать сюрприз: приготовил несколько новых рецептов, которые вычитал в старой кулинарной книге, и надеялся провести вечер за разговорами о пустяках, подальше от политики Ассоциации охотников. Юки прошел по коридору, его шаги были бесшумными благодаря природной грации и атлетическому телосложению. Его рост в 195 сантиметров обычно делал его заметным, но сейчас он двигался как тень.

Дверь в спальню была приоткрыта. Всего на несколько сантиметров. Но этого хватило, чтобы мир Окумуры Юки, выстраиваемый пять лет — два года встреч и три года брака, — рассыпался в прах.

Внутри, на их широкой кровати, Сон Джинву, Теневой Монарх, человек, которому Юки доверил свою жизнь и свою тайную сущность, был не один. С ним была Ча Хэ Ин. Лучшая охотница Кореи, «Золотая девочка».

Юки застыл. Его небесно-голубые глаза, обычно сиявшие мягким светом, когда он смотрел на мужа, теперь превратились в два холодных ледника. Кожа, белая как фарфор, казалась мертвенно-бледной в тусклом свете коридора. Он чувствовал, как татуировка на спине — сложный узор из костяных сегментов и шипов, спускающийся вдоль позвоночника, — начала едва заметно пульсировать. Его вторая сущность, скрытая глубоко внутри, шевельнулась, почуяв ярость хозяина.

Он не закричал. Не ворвался внутрь с кулаками. Юки был слишком умен для импульсивных сцен, которые ни к чему не ведут. Его разум, холодный и аналитический, включился мгновенно.

Достав телефон, он твердой рукой навел камеру в щель двери. Несколько секунд видео. Доказательство, которое нельзя будет оспорить. Доказательство того, что верность Теневого Монарха оказалась такой же призрачной, как и его солдаты.

Убрав телефон, Юки так же бесшумно развернулся и вышел из дома.

Холодный вечерний воздух Сеула ударил в лицо, но не принес облегчения. Окумура дошел до своего автомобиля — матово-черного спорткара, припаркованного в тени деревьев. Сев в салон, он не завел мотор. Вместо этого он достал пачку сигарет и закурил.

Дым заполнял легкие, немного притупляя острую боль в груди.

– Значит, вот как это заканчивается, – прошептал он в пустоту салона. Его голос звучал ровно, но в нем слышался скрежет металла.

Юки посмотрел на свои руки. Тонкие, длинные пальцы, на которых в его истинной форме сияли магические метки. Никто не знал, на что он способен. Даже Джинву. Юки всегда предпочитал оставаться в тени своего могущественного мужа, наслаждаясь ролью «мудрого и спокойного супруга». Он ненавидел камеры, ненавидел внимание. Но теперь… теперь его анонимность станет его главным оружием.

Гнев кипел внутри, угрожая вырваться наружу в виде костяных бластеров, способных стереть этот квартал с лица земли. Ему хотелось вернуться и спросить: «Когда? Когда ты решил, что я больше не стою твоей честности?». Но Юки знал ответ. Ему нужны были факты. Ему нужно было знать, насколько глубоко зашла эта ложь. Была ли это случайность или Джинву годами водил его за нос, пока Юки готовил ему ужины и ждал с рейдов?

Он глубоко вздохнул, выдыхая густой дым, и снова затянулся.

– Мне нужны доказательства, – произнес он уже тверже. – Полная картина.

План созрел мгновенно. Завтра он купит камеры и прослушивающие устройства. Самые лучшие, магически экранированные, чтобы даже чувства охотника S-ранга не смогли их засечь. Он установит их везде: в этой проклятой спальне, в кабинете Джинву в их доме, в его личном офисе в Ассоциации. Юки знал все коды доступа, все слабые места в системе безопасности. Он сам помогал их настраивать.

Телефон на соседнем сиденье завибрировал. Экран загорелся, высвечивая сообщение от Джинву: «Юки, я задержусь в Ассоциации еще на пару часов. Много бумажной работы. Люблю тебя».

Юки посмотрел на экран с горькой усмешкой.

– Любишь, значит, – пробормотал он.

Он не стал читать сообщение. Просто зажал кнопку питания и выключил телефон. Пусть Джинву гадает, где он. Или пусть наслаждается своим «совещанием» с Ча Хэ Ин.

Заведя двигатель, Юки сорвался с места. Рев мотора дорогого спорткара эхом отразился от стен домов. Сегодня он не вернется домой. Он снимет номер в дорогом отеле в центре, где его никто не найдет. Ему нужно выпить, нужно поспать и нужно подготовиться к тому, что начнется завтра.

А еще… ему нужно купить новый дом. Место, где не будет запаха предательства.

***

Утро встретило Юки головной болью и тяжестью в области лопаток. Татуировка зудела — верный признак того, что внутренняя сила требует выхода. Он стоял перед зеркалом в ванной отельного люкса, рассматривая свое отражение. Всклокоченные черные волосы, выбритые виски, пирсинг в ушах — по три в каждом. Он выглядел как модель или рок-звезда, но в глазах застыла пустота, которую не замаскировать никакой красотой.

Он оделся в привычном стиле: узкие черные брюки и свободная рубашка, скрывающая рисунок на спине. Сегодня его ждал долгий день.

Первым делом он посетил специализированный магазин оборудования для частных детективов, работающих с «одаренными» целями.

– Мне нужно то, что не фонит маной, – коротко бросил он продавцу, выкладывая на прилавок стопку банкнот. – И чтобы запись шла в облако с шифрованием военного уровня.

Продавец, узнав в нем мужа самого Сон Джинву, не задавал лишних вопросов. Страх и уважение к Теневому Монарху распространялись и на его близких. Если бы он только знал, для кого предназначены эти жучки.

К полудню Юки уже был в здании Ассоциации. Охрана пропустила его с поклоном.

– Господин Окумура, охотник Сон сейчас на тренировочном полигоне с охотницей Ча, – услужливо сообщил дежурный.

Юки едва заметно вздрогнул при упоминании этого имени, но лицо осталось непроницаемой маской.

– Благодарю. Я просто подожду его в кабинете. Хотел оставить ему обед.

– Конечно, проходите.

В кабинете Джинву пахло кофе и старой бумагой. Юки действовал быстро и четко. Первый жучок отправился под массивную дубовую столешницу. Вторая миникамера, размером с игольное ушко, идеально вписалась в декоративную решетку кондиционера, охватывая весь обзор комнаты.

Он чувствовал себя шпионом в собственном доме, в собственной жизни. Но это было необходимо.

Закончив, он присел в кресло мужа. На столе стояла их общая фотография. Они смеялись на фоне Эйфелевой башни во время их медового месяца. Джинву тогда выглядел таким искренним.

– Ты хороший актер, Джинву, – прошептал Юки, касаясь пальцами стекла рамки. – Или я был слишком слеп.

В этот момент дверь кабинета открылась. На пороге стоял Сон Джинву. Он выглядел слегка запыхавшимся, его куртка была накинута на плечи. Увидев Юки, он на мгновение замер, и в его глазах промелькнула тень — то ли удивление, то ли вина, которую он тут же скрыл за мягкой улыбкой.

– Юки? Ты здесь? Я пытался дозвониться до тебя вчера вечером и сегодня утром. Твой телефон выключен.

Юки поднялся, сохраняя на лице привычное выражение спокойного спокойствия.

– Прости. Телефон разрядился, а я… я засиделся у брата. Мы немного выпили, и я решил остаться у него, чтобы не садиться за руль.

Джинву подошел ближе, пытаясь обнять его. Юки не отстранился, но внутри всё сжалось от отвращения. Запах Ча Хэ Ин всё еще едва уловимо исходил от его кожи.

– Я волновался, – сказал Джинву, целуя его в висок. – Мог бы просто прислать сообщение с телефона брата.

– Ты же знаешь, какой он «золотой мальчик», – Юки усмехнулся, и эта усмешка была на удивление естественной. – У него вечно сел телефон или потеряна зарядка.

– Ладно, главное, что ты в порядке. Пообедаем вместе?

– Не сегодня, Джинву. У меня много дел в городе. Я просто заскочил забрать свои документы, которые оставил у тебя в сейфе на прошлой неделе.

Джинву кивнул, не подозревая, что каждое его движение теперь записывается.

– Хорошо. Увидимся вечером дома? Я постараюсь вернуться пораньше.

– Да. Постарайся, – ответил Юки, направляясь к выходу.

Выйдя из здания Ассоциации, Юки почувствовал, как его бьет крупная дрожь. Игра началась. Теперь оставалось только ждать, когда Теневой Монарх совершит ошибку.

***

Вечер в отеле прошел в напряженном ожидании. Юки открыл ноутбук, подключаясь к камерам. Сначала в доме была тишина. Потом послышался звук открывающейся двери. Джинву вернулся. Он ходил по комнатам, звал Юки.

Затем он зашел в спальню. Юки видел через камеру, как его муж садится на кровать — ту самую кровать — и достает телефон.

Через минуту раздался звонок.

– Хэ Ин? Да, он был сегодня в Ассоциации. Нет, вроде ничего не заподозрил. Сказал, что был у брата.

Юки сжал кулаки так сильно, что костяшки побелели. Ногти впились в ладони, почти до крови.

– Да, я тоже скучаю, – продолжал Джинву в трубку. – Нам нужно быть осторожнее. Юки умный, если он что-то почует, будет сложно. Я не хочу его терять, но и от тебя отказаться не могу.

Голос Джинву звучал так обыденно, будто он обсуждал план зачистки подземелья, а не предательство человека, с которым делил жизнь.

В этот момент внутри Юки что-то окончательно оборвалось. Татуировка на спине вспыхнула холодным голубым светом, просвечивая сквозь ткань рубашки. Его глаза из небесно-голубых стали наливаться кроваво-красным.

Воздух в гостиничном номере стал ледяным. Пространство вокруг Юки начало искажаться. Его тело начало меняться, плоть словно истончалась, уступая место истинной форме.

Через мгновение посреди комнаты стоял уже не красавец-парень, а жуткое воплощение смерти. Высокий скелет в длинном черном пальто с высоким воротником. Красные зрачки-точки светились яростью, а от них вверх тянулись тонкие алые линии маны.

За его спиной из пустоты материализовались два огромных костяных черепа. Бластеры. Один с черной глазницей и красной радужкой, другой — излучающий ослепительное голубое сияние. Они глухо рычали, их пасти были готовы извергнуть потоки разрушительной энергии.

Юки посмотрел на свои костлявые руки. На левой ладони горела красная метка, на правой — голубая.

– Ты не хочешь меня терять, Джинву? – проскрежетал он голосом, который казался шепотом самой бездны. – Ты уже меня потерял.

Он закрыл ноутбук. Теперь у него было всё. Записи разговоров, видео из спальни, подтверждение их связи.

Он снова принял человеческий облик, но холод в глазах остался. Юки достал телефон и набрал номер своего риелтора.

– Тот дом в пригороде, с усиленной магической защитой и частным участком. Я покупаю его. Прямо сейчас. Наличными.

Затем он открыл мессенджер и нашел контакт брата.

– Мне нужна твоя помощь с переездом. Завтра. И подготовь своих юристов. Мы будем подавать на развод.

Юки выключил свет в номере. В темноте только его глаза продолжали светиться слабым, потусторонним светом.

Сон Джинву думал, что он — единственный хозяин теней и смерти в этом мире. Он забыл, что иногда самые опасные монстры — это те, кто готовит тебе завтрак и улыбается перед сном, скрывая свою истинную мощь за фарфоровой кожей и небесными глазами.

Юки больше не будет прятаться. Если Джинву хотел игры в тени, он ее получит. И Окумура Юки позаботится о том, чтобы финал этой игры стал для Теневого Монарха самым страшным кошмаром.

– Завтра, Джинву, – прошептал Юки, глядя на огни ночного Сеула. – Завтра твой мир начнет рушиться так же, как вчера рухнул мой.

Он лег в постель, но не чтобы спать. Он лежал и слушал тишину. Теперь эта тишина принадлежала ему. Она была его союзником, его броней и его оружием.

Впереди был долгий путь мести и освобождения, и Окумура Юки был готов пройти его до конца, даже если для этого ему придется выжечь всё, что он когда-то любил. Ведь в конце концов, кости не чувствуют боли. Они только помнят.