Неожиданное признание

В Темпесте выдался на редкость спокойный день. Солнце лениво перекатывалось по лазурному небосводу, золотя крыши домов и отражаясь в чистых водах пруда, у которого Римуру решил устроить себе небольшой перерыв. В облике слизи он уютно устроился на мягком шезлонге, подставив своё желеобразное тело теплым лучам. Работа с документами, споры Кайзена с Вестой и бесконечные отчеты Бенимару — всё это могло подождать хотя бы пару часов.

Однако тишина в компании Милим Нава — понятие мифическое.

Воздух над садом внезапно вздрогнул, раздался характерный хлопок преодоления звукового барьера, и в следующую секунду рядом с шезлонгом приземлилось нечто розовое и крайне энергичное. Земля под ножками кресла слегка просела.

– Римуру! Я тебя повсюду искала! – Милим, как всегда, не признавала личных границ. Она подхватила слизь на руки и бесцеремонно прижала к себе, словно любимую мягкую игрушку.

– Ох, Милим... – Римуру принял человеческий облик, чтобы не быть окончательно раздавленным в порыве дружеских чувств. – Я же просил не приземляться так резко в жилой зоне. Шуна опять будет ворчать, что ты перепугала поваров.

– Ерунда! – Она отмахнулась свободной рукой, при этом не выпуская Римуру из захвата. – Я принесла отличные новости! То есть... не совсем новости. В общем, нам нужно поговорить. Серьёзно!

Римуру замер. Слово «серьёзно» в лексиконе Милим встречалось реже, чем овощи в её рационе. Он внимательно посмотрел на неё: обычно сияющие глаза Князя Тьмы сейчас бегали, а на щеках проступил едва заметный румянец. Она выглядела... непривычно смущенной.

– Хорошо-хорошо, я слушаю, – Римуру мягко высвободился и сел на край шезлонга, жестом приглашая её присесть рядом. – Что-то случилось в твоих землях? Фрей снова заставляет тебя учиться?

Милим уселась на траву, скрестив ноги, и начала увлеченно ковырять носком сапога мягкую землю. Её хвосты нервно подергивались.

– Нет, Фрей тут ни при чём. Хотя она говорит, что я стала слишком часто пропадать в Темпесте, – Милим замолчала, подбирая слова. Для существа, прожившего тысячи лет и обладающего силой, способной стирать континенты, она выглядела пугающе уязвимой. – Слушай, Римуру... Ты ведь мой лучший друг, верно? Самый-самый первый и настоящий?

– Конечно, Милим. Мы же «кореши», помнишь? – Римуру улыбнулся, пытаясь разрядить обстановку.

– Вот именно! – Она резко вскинула голову, и её взгляд встретился с его взглядом. – Но в последнее время... когда я возвращаюсь к себе, мне становится как-то странно. Раньше мне было просто скучно. А теперь мне... одиноко без тебя. И это не та скука, которую можно прогнать дракой или мёдом.

Римуру почувствовал, как внутри него что-то ёкнуло. Рафаэль в его сознании хранила молчание, словно давая ему возможность разобраться в этом диалоге самостоятельно.

– Это нормально, – осторожно начал он. – Мы все скучаем по друзьям, когда долго не видимся.

– Нет, ты не понимаешь! – Милим вскочила на ноги, её магическая энергия на мгновение вспыхнула золотистыми искрами. – Я думала об этом. Долго думала! Даже спрашивала у Фрей, но она только странно улыбалась и говорила, что я «наконец-то взрослею». А Гай вообще расхохотался, когда я попыталась с ним посоветоваться!

– Гай? Ты обсуждала это с Гаем? – Римуру мысленно прикрыл лицо рукой. Представить советы Гая Кримсона в делах сердечных было выше его сил.

– Да! И он сказал, что если я чувствую, что хочу забрать тебя в свою столицу и никогда не выпускать, то это либо жадность, либо... – Она внезапно замолчала, густо покраснев.

– Либо? – подсказал Римуру, чувствуя, как по спине пробежал холодок предчувствия.

Милим сделала шаг вперед, сокращая расстояние между ними до минимума. Её маленькие ладошки легли ему на плечи. Для стороннего наблюдателя это выглядело бы как разговор двух подростков, но Римуру кожей чувствовал колоссальное давление её ауры, которая сейчас вибрировала от волнения.

– Римуру, ты мне нравишься. Не просто как «кореш», с которым весело есть мёд. Я хочу быть с тобой всегда. Глядя на то, как Шион и Шуна постоянно крутятся вокруг тебя, я... я злюсь. У меня внутри всё закипает, и хочется разрушить что-нибудь очень большое.

Она сделала глубокий вдох, её голос дрогнул.

– Я люблю тебя, Римуру. Вот! Я это сказала!

В саду воцарилась оглушительная тишина. Даже птицы, казалось, перестали щебетать, осознав масштаб происходящего. Римуру чувствовал, как его процессор (точнее, Рафаэль) лихорадочно обрабатывает информацию, строя тысячи вероятностных моделей.

«Анализ завершен», – прозвучал в голове спокойный голос навыка. – «Вероятность искренности субъекта Милим Нава — 100%. Рекомендуемый ответ: отсутствует».

«Спасибо, Рафаэль, очень помогла», – саркастично подумал Римуру.

Он смотрел в её глаза — чистые, полные надежды и страха перед отказом. Милим, древнейший Князь Тьмы, дочь Звездного Короля Драконов, сейчас стояла перед ним, ожидая вердикта, словно обычная девчонка.

– Милим... – Римуру осторожно накрыл её руки своими. – Это очень... неожиданно.

– Я знаю! – выпалила она. – Я сама в шоке! Я же никогда такого не чувствовала. Это даже страшнее, чем сражаться с кем-то сильным.

– Послушай, – он мягко улыбнулся, стараясь вложить в свой голос как можно больше тепла. – Ты для меня очень дорогой человек. Когда я только встретил тебя, я и представить не мог, что мы станем так близки. И... честно говоря, я никогда не думал о себе в таком ключе. В этом мире я — слизь, у меня даже пола технически нет.

– Мне плевать на это! – Милим упрямо тряхнула головой. – Ты — это ты. Твоя душа, твоя доброта... и то, как ты готовишь! Мне всё равно, как ты выглядишь.

Римуру вздохнул. Он понимал, что просто «отшутиться» не получится. Милим была прямолинейна до мозга костей, и любая двусмысленность могла ранить её сильнее, чем магическое заклинание.

– Знаешь, – тихо произнес он, – я не могу прямо сейчас сказать, что чувствую то же самое в полной мере. Моя жизнь здесь, в Темпесте, заполнена заботами о жителях, политикой и бесконечными планами. Но... когда ты прилетаешь, всё становится ярче. С тобой весело, с тобой я чувствую себя свободным от груза ответственности правителя.

Милим внимательно слушала, её глаза заблестели.

– Значит... у меня есть шанс? – шепотом спросила она.

– Я хочу сказать, что ты мне тоже очень дорога. И я не хочу, чтобы между нами что-то изменилось в худшую сторону. Давай... давай не будем торопиться? Я не обещаю, что завтра же мы объявим о свадьбе и объединим наши страны, но я обещаю, что буду относиться к твоим чувствам серьезно.

Милим на мгновение замерла, осмысливая его слова. Затем её лицо озарила такая широкая и искренняя улыбка, что Римуру невольно зажмурился.

– Ура-а-а! – Она подпрыгнула, едва не вызвав локальное землетрясение. – Римуру не сказал «нет»! Римуру сказал, что я ему дорога!

– Эй, тише, тише! – засмеялся он, пытаясь удержать равновесие. – Ты сейчас весь сад разнесешь!

Она внезапно остановилась и хитро прищурилась.

– Раз я теперь... ну, официально претендую на твоё сердце, значит, я имею право на привилегии?

– Какие еще привилегии? – подозрительно прищурился Римуру.

– Во-первых, двойная порция мёда на ужин! А во-вторых... – Она стремительно наклонилась и чмокнула его в щеку.

Прежде чем Римуру успел осознать произошедшее, Милим уже была в десяти метрах от него, сияя от счастья.

– Я пойду скажу Шуне, чтобы она не смела сегодня тебя трогать! Сегодня мой день! – И она умчалась в сторону дворца, оставляя за собой шлейф из розовых искр и абсолютного хаоса.

Римуру остался стоять у шезлонга, прикоснувшись рукой к щеке. Место поцелуя слегка покалывало.

«Рафаэль, скажи... я ведь только что подписал себе смертный приговор в плане спокойной жизни?»

«Ответ», – голос навыка показался Римуру подозрительно ехидным. – «Вероятность того, что ваша жизнь станет в десять раз хаотичнее — 99,9%. Однако уровень вашего ментального удовлетворения может вырасти пропорционально».

– Ну, по крайней мере, скучно точно не будет, – пробормотал Римуру, глядя вслед убегающей Милим.

Он посмотрел на свои руки, потом на заходящее солнце. Где-то там, в замке, сейчас наверняка начиналась буря — Шуна и Шион вряд ли спокойно примут новости от «лучшей подруги» их господина. Но, как ни странно, на душе у Римуру было легко.

В конце концов, быть любимым самым сильным существом в мире — это не самая плохая судьба для обычной слизи. Даже если это означает, что теперь за его внимание будет вестись настоящая война мирового масштаба.

Римуру улыбнулся и не спеша направился к дому. Предстоял долгий вечер, полный объяснений, криков и, скорее всего, очень вкусного ужина. Жизнь в Темпесте продолжалась, и сегодня она стала чуточку слаще, чем обычно.

– Эй, Милим! Подожди меня! И не вздумай говорить Шуне про мёд, она же посадит нас обоих на диету! – крикнул он, переходя на бег.

Над лесом Джура медленно загорались первые звезды, свидетельствуя о том, что даже в мире мечей и магии есть место для чего-то простого, искреннего и бесконечно важного.